Рорик посмотрел на тлеющие в костре угли. Отряд разбил лагерь неподалеку от Дублина в сосновой чаще, там, где ветви деревьев нависали над мелководной рекой Лиффей. Погода испортилась, все время моросил дождь. Было сыро и душно. Вокруг буйно росли травы. В лесу было нечем дышать. Мужчины задыхались. Все было опутано густыми зарослями земляничных деревьев, молодыми побегами тиса и растущими повсюду странными кроваво-красными цветами.
Рорик взглянул туда, где под низко нависшими ветвями сосен были спрятаны две плоскодонки, как нельзя лучше подходившие для плавания именно по такой грязной мелководной речушке, как эта.
Неожиданный треск развалившихся в костре головешек, поднявших вверх огненные искры, отвлек Рорика от его мыслей. Он тяжело вздохнул, поднялся и забросал угли песком.
– Мы немедленно захватим девочку, – решительно сказал он, поворачиваясь к терпеливо ожидавшим его приказа мужчинам.
Это оказалось просто, даже слишком просто, что насторожило Рорика. Дочь Хормуза, Эза, была в комнате со своей служанкой, подслеповатой пожилой женщиной. Крон лишь слегка оглушил женщину, подхватил, когда та стала оседать на пол, и осторожно опустил на ковер.
Девочка молча смотрела на неожиданно ворвавшихся в ее комнату огромных мужчин.
Рорик опустился рядом с ней на колени.
– Я не причиню тебе вреда, Эза, – сказал он, осторожно взяв девочку за руку. – Меня зовут Рорик. Ты поедешь со мной. Видишь ли, твой папа хочет отнять у меня кое-что, принадлежащее только мне, и я вынужден взять тебя с собой, чтобы обменяться с ним. Повторяю, я не причиню тебе вреда. Я знаю, твой папа очень любит тебя и не захочет подвергать опасности. А я лишь хочу получить назад то, что по праву принадлежит мне. Ты понимаешь?
Эза кивнула. Она бесстрашно взглянула на молодого и, возможно, более сильного, чем ее отец, мужчину.
– Я понимаю тебя, – ответила она.
– Ты смелая девочка, – похвалил Рорик, поднимаясь на ноги. – Нам пора.
Рорик внимательно смотрел на девочку, пока та наблюдала, как Хафтер достает из сундука, стоявшего в ногах ее кровати, накидку. Она показалась ему вдумчивой, старательной и серьезной девочкой. Вдруг она улыбнулась, и Рорик почувствовал, как екнуло сердце. Он впился в нее взглядом, затем подошел и снова присел перед ней на колени.
– Посвети-ка, Раки, – попросил он. Когда свет факела осветил лицо ребенка, у Рорика перехватило дыхание. – Возможно ли это, – пробормотал он, – здесь тайна похлеще того, что я мог ожидать.
С этими словами он взял из рук Хафтера накидку и закутал в нее Эзу. Через несколько минут они уже были в лодке и гребли вниз по реке Лиффей.
– Милорд.
Эйнар повернулся. Перед ним стоял Гунлейк.
– Чего тебе? Я должен подумать. Слишком многое надо решить.
– Знаю. И одно решение вам предстоит принять немедленно. – Гунлейк перевел дыхание. – Через час король в сопровождении Хормуза будет здесь. С ним большой отряд воинов.
Эйнар чертыхнулся.
– Наши гонцы только что доложили мне об этом. У нас мало времени. – Гунлейку хотелось рассказать Эйнару о замужестве Мираны, но он понимал, что уже слишком поздно.
– Я подготовлю сестру.
– Милорд, может быть, можно как-то избавить ее от этого, может… – Гунлейк осекся, поймав тяжелый взгляд Эйнара.
– Забудь об этом, старик. Она станет супругой короля. Ситрик даст ей все, о чем может мечтать женщина. Ей, конечно, придется терпеть его домогательства, но не слишком часто, ведь он стар и немощен. Или она выйдет замуж, или я убью ее. Ты понял?
Гунлейк кивнул.
– Я вынужден буду сделать это, если она откажется выйти замуж, король не прощает неудач, и, поверь мне, я не собираюсь умирать в одиночестве.
Эйнар застал Сайру в спальне Мираны. Она разглядывала содержимое обшитого золотом сундука, стоявшего в ногах огромной кровати, и ничуть не смутилась при его появлении.
– Мне нужны украшения, Эйнар, – обольстительно улыбаясь, промурлыкала она, – чтобы сделать себя еще красивее.
– Бери все что хочешь, – буркнул он. – Не знаешь, где сестра?
– Ваша сводная сестра, милорд, – нарочито поправила Сайра. – Нет. Я видела ее раньше в окружении женщин. Но потом она ушла. И я не знаю куда.
Эйнар выругался и вышел из спальни, не проронив больше ни слова.
Сайра удивленно посмотрела ему вслед, в его поведении было нечто странное. И это вызвало в ней смутную тревогу. Она слышала, что Леллу навестил один из мужчин, старый, мрачный детина, отличавшийся особой жестокостью, ей не терпелось услышать вопли этого малолетнего мерзавца.
Сайра переворошила все содержимое сундука, пока не обнаружила великолепные браслеты, серьги и колье. Уж в них-то она точно будет неотразима. Интересно, что скажет Мирана, когда увидит на ней свои драгоценности? Пожалуется Эйнару? Или станет умолять его расправиться с ней? Пожалуй, и то и другое, решила она. Последнее время Сайра чувствовала, как растет ее власть над Эйнаром, этот случай мог бы сыграть ей на руку. Она получит Эйнара. Он был загадочной личностью и этим лишь сильнее притягивал ее. Постепенно она приручит его, как собаку.
А когда прибудет король, не исключено, что он захочет жениться именно на ней, Сайре, если, конечно, до того времени она не выйдет замуж за Эйнара. Она все еще была во власти своих грез, когда услышала весть о том, что прибывает король.
«Слишком рано», – подумала она и поднялась. Ну что ж, тогда она выйдет замуж за Эйнара. Сайра дотронулась до искусно выкованного серебряного браслета, который стягивал ее правое предплечье. Да, Эйнар подойдет ей как нельзя лучше. Он станет исполнять любое ее желание.
Она злорадно ухмыльнулась, предвкушая гнев короля, когда он узнает, что его невеста давно уже не девственница.
Она надеялась, что Ситрик изберет для нее какую-нибудь медленную смерть, удушит или отдаст на растерзание своим воинам, чтобы они насиловали ее до тех пор, пока она не испустит последний вздох. Но что будет с Эйнаром? Ему тоже грозит опасность? Сайра снова усмехнулась. В ее головке зародилась новая дерзкая мысль. Она красива, гораздо красивее этой черноволосой мерзавки, и, что особенно важно, девственна. Жизнь неожиданно наполнилась новым смыслом.
Ей пришло в голову отнести Лелле немного еды. Это жалкое отродье, возможно, будет умолять ее об этом. Ей не терпелось полюбоваться следами, оставленными ее коготками на его щеках, да к тому же узнать, во что его превратил тот жестокий воин.
«Где же Рорик?» – думала она, осторожно спускаясь по ступеням во внутренний дворик крепости. Она не сомневалась, что он придет за ней, семья настоит на этом. Ей не терпелось увидеть его. Она лелеяла надежду, что Эйнар схватит Рорика, и вот тогда она отведет душу, сдирая кнутом кожу с его спины. Сайра затрепетала при воспоминании о его вероломстве, о том, как он отверг ее, о боли, которую она испытала, стоя у позорного столба.
