Утром в понедельник, когда Энсон уже совсем было собрался отправиться в Прю Таун, зазвонил телефон.
Трубку тут же сняла Анна и сказала:
— Да, он здесь, но кто его спрашивает? — повернувшись к Энсону, она с недоумением произнесла: — Вас спрашивает какая-то миссис Томпсон, — не дожидаясь его реакции, она переключила тумблер селектора.
Энсон нетерпеливо схватил трубку.
— Да. Это Джон Энсон.
— Джон… Это я.
Шокированный Энсон с ужасом узнал голос Мэг. Он украдкой бросил взгляд на Анну, которая в этот момент вставляла очередной лист в каретку пишущей машинки. Понимая, что на работу она звонит по важной причине, и радуясь тому, что слышит ее голос, он сказал:
— Я весь внимание, миссис Томпсон.
— Как бы нам встретиться сегодня вечером. Кое-что произошло.
— Нет проблем, миссис Томпсон, — ответил Энсон, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Благодарю, что не забыли меня.
Он положил трубку.
Так как Анна не обратила на звонок ровно никакого внимания, ему даже не пришлось врать ей. Торопливо собрав бумаги, он сложил их в верхний ящик стола. Затем, сказав Анне, что появится в офисе лишь на следующее утро, Энсон направился к машине.
В течение дня он только и думал, что же такое экстраординарное могло случиться, что Мэг позвонила в офис. По дороге на ланч, в ресторане стеля «Мальборо», он остановился, чтобы купить лосьон после бритья. Когда он уже расплачивался, женщина, вошедшая следом за ним, сказала:
— Хэлло, Джонни… давненько не виделись.
Резко развернувшись, Энсон в замешательстве обнаружил, что рядом с ним стоит Фей Лаули, к услугам которой он прибегал до того, как познакомиться с Мэг.
Нарочитый выпендреж и ее распущенность когда-то привлекали Энсона, но сейчас, глядя на эту размалеванную бабу, он был поражен, как мог провести с ней столько часов.
— Хэлло, Фей, — бесстрастно произнес он, глядя на нее как сквозь стекло. — Извини… Но у меня совершенно нет времени.
— А как насчет вечера, Джонни? — спросила Фей, глядя на него в упор. В ее глазах был холодный вызов.
Он заставил себя улыбнуться.
— Увы-е, чувствую ничего не получится. Но когда я буду здесь в следующий раз, обязательно тебе позвоню.
Он уже хотел пройти мимо нее, но она схватила его за локоть.
— Но ты хотя бы не забыл обо мне? — откровенный вызов в ее глазах напугал его. — Ведь мы встречались… раз в неделю… вспоминаешь?
Ожесточившись, он выдернул локоть.
— Не будем обострять ситуацию, Фей. У меня действительно много дел.
Не оглядываясь, он едва ли ни бегом направился к машине. Капли пота выступили на лбу, неясная тревога заставляла быстрее биться сердце.
Подъехав к отелю и поставив машину на стоянку, Энсон вошел в ресторан, где уже находился Гарри Дэвис, занимающийся куплей-продажей нефти и газа, и с которым он был достаточно близко знаком.
Дэвис, толстый коротышка средних лет, обладал редким талантом нравиться буквально всем, в том числе и Энсону. Но сейчас, размышляя о том, что же такое могло случиться у Мэг, он бы предпочел поесть в одиночестве.
Понимая, что выбора у него нет, Энсон уселся за один столик с Дэвисом и сделал заказ. В ожидании официанта, они поговорили о делах вообще. Затем, с аппетитом поглощая отменный гороховый суп, они заговорили о работе, конкретно касающейся их. И только когда официант подал жареных цыплят, Дэвис сказал:
— Никак не могу понять, что происходит в этом чертовом городишке! Подумать только, два убийства за десять дней! А мы то полагали, что у нас весьма сообразительный шеф полиции! Нужно немедленно покончить с подобным произволом!
Энсон удивленно уставился на него.
— Два убийства? Ты это о чем?
— Ну как же! Неужели ты не читал утренние газеты?
— Нет. А в чем дело?
Счастливый Дэвис откинулся на спинку стула.
— Преступление с особой жестокостью на почве секса! Молодая парочка занималась любовью в машине на вершине Глин Хилл прошлой ночью. И надо же было случиться что к ним подкрался сексуальный маньяк с револьвером в руке. Без лишних слов он тут же застрелил парня, а девушку извращенно изнасиловал. Я хорошо знал этого парня… с девушкой они крутили любовь последние шесть месяцев. В это невозможно поверить! А уж как он над девушкой издевался! У полицейских пока нет никаких версий, хотя они и располагают описанием внешности насильника. Это, да еще убийство на бензоколонке «Калтекс», тут у кого хочешь голова пойдет кругом, а не только у шефа полиции Джонсона.
— Но ведь по убийству на автозаправке у него нет никаких зацепок, — уточнил Энсон, откусывая кусочек цыпленка.
— Разумеется, нет. Скорее всего там поработал какой-то гастролирующий гангстер. Но вот что касается прошлой ночи… — Дэвис некоторое время жевал, потом продолжил. — У меня дочь подрастает… мало ли что… Если он изнасиловал одну девушку, то почему бы ему не изнасиловать еще несколько. И…
— Это верно, — согласился Энсон, но мысли его были заняты совсем другим, и рассказ Дэвиса его уже не интересовал. Он думал только о Мэг. Кое-что случилось! Даже не замечая, что его уже не слушают, Дэвис продолжат рассказ.
Едва Мэг открыла дверь, как Энсон тут же выпалил:
— Ты меня Успокоишь, крошка. Сколько раз я тебя предупреждал, чтобы ты‘не смела звонить мне в офис.
— Но мне срочно нужно было увидеть тебя, — повернувшись, Мэг направилась в гостиную.
Сбросив пальто на кресло, Энсон подошел к камину.
— Так что же все-таки произошло?
— Садись.
Он присел на краешек дивана, а Мэг по обыкновению устроилась на полу у его ног.
— Джон… все пошло насмарку. Мы уезжаем отсюда.
Энсон вздрогнул. Холодные мурашки поползли по спине.
— Уезжаете? Что ты имеешь в виду?
— Именно то, что сказала. Эту новость Фил сообщил мне прошлой ночью. В конце месяца мы переезжаем во Флориду.
— Во Флориду? — ничего не понимая, Энсон смотрел на нее. — Что ты несешь, Мэг?
Она лишь беспомощно развела руками.
— Я лишь передаю тебе его слова. Какой-то мужчина… Герман Шуман… у него большие плантации во Флориде. Он случайно зашел в магазин Фремли пару дней назад и увидел какие чудеса может творить Фил. Короче, он тут же предложил Филу стать его партнером. Фил едва не сошел с ума от радости. Ведь это как раз то, что ему и было нужно, а главное — никакого риска.
Внутри Энсона что-то оборвалось, и он безвольно откинулся на спинку дивана.
— В конце месяца, говоришь?
— Да. Уже в конце этой недели Фил подает заявление об уходе. Но это еще не все неприятности. Он намерен аннулировать страховой полис, так как стартовый капитал ему больше не нужен.
— И ты уезжаешь вместе с ним?
— А что еще остается делать? — Мэг порывисто схватила его за руки. — О! Джон! Я так хочу быть с тобой! Что же нам делать?
Он привлек ее к себе, лихорадочно пытаясь найти выход из создавшегося положения.
Флорида! Мэг окажется за мили и мили от него! Мысль о том, что он потеряет ее, а главное деньги, на которые так рассчитывал и которые уже считал своими, заставила сжаться сердце.
Мэг осторожно высвободилась из его объятий и нервно заходила по гостиной.
— Теперь ты понимаешь? Я была просто обязана тебе позвонить. Нельзя ли разделаться с ним, пока он не уехал? Это единственный наш вариант. Если мы не избавимся от него до конца месяца, то…
— Понимаю… Дай мне подумать. — Энсон обхватил голову руками. — Так сколько времени в нашем распоряжении?.. Так, восемнадцать.
— Да.
Холодок неясной тревоги заполз в душу.
— А ведь нельзя забывать о Мэддоксе.
— К чертям Мэддокса! — взорвалась Мэг. — Если мы не сделаем этого до юнца месяца, мы вообще никогда уже не сможем это сделать! О, Джон! Я готова пойти на риск… а ты?
— Ну-у. — нерешительно протянул Энсон. — Я рассчитывал, что у меня будет как минимум пять месяцев на тщательную разработку плана… но восемнадцать дней…
Мэг едва сдержала крик радости. Он у нее на крючке!
Последние несколько дней и ночей она только и думала о том, как бы убедить Энсона убить Фила до того, как она потеряет Моряка Хогана. И вдруг ей пришло в голову сказать Энсону, что Фил неожиданно уезжает из штата. Она знала, что при этом ничем не рискует. Ведь Энсон не сможет проверить ее слова.
Энсон нервно переплел пальцы, глядя на Мэг.
— Мне надо все тщательно обдумать… Могу я у тебя остаться на ночь?
Теперь, когда он уже плотно сидел у нее на крючке, можно было позволить этому идиоту и некоторое вознаграждение. В конце концов, в прошлом она спала с дюжинами мужчин, которые были далеко не красавцы, подобно Энсону.
— Разумеется…
Подойдя, она обняла его и крепко прижалась всем телом, стараясь сдержать дрожь отвращения, которую испытывала, когда его руки касались ее.
