С Луизой? С её дочерью?
— Она… спит, — сказала дезориентированная Николь.
— Понимаю, с детьми это случается. Что ж, тогда я дам вам время свыкнуться с ситуацией, и приду завтра. Когда мне это сделать, чтобы наверняка застать Луизу?
— В три часа, — предложила Николь. — Она как раз проснется после сна, и не будет капризной.
— Да, в три, — зачем-то повторила Сабрина. — В три будет… отлично будет в три.
— В таком случае, до встречи, милые дамы.
Он поцеловал им пальчик, и ушел.
— И что это только что было? — спросила Николь, наблюдая в окне, как мужчина идет от крыльца к машине. Даже издали было видно, какое у него прекрасное настроение.
Они переглянулись.
— Кажется, мой будущий муж приезжал.
— По-прежнему кажется? — удивилась Николь. — Там кольцо в гостиной лежит, это чуть больше, чем кажется.
— Тоже верно.
— Одно непонятно… Почему же он так резко всё это делал? Ни тебе чаепития, ни беседы ни о чем.
— Думаю, причина в том, что я его утром выгнать пыталась.
— Вот оно как! — изрекла Николь глубокомысленно. — А за что?
— Ты мне посоветовала.
— Я? Когда это я такое сделала?
— Ты говорила не привязываться, вот я и пыталась… как умела.
Николь цокнула языком.
— Что ж, понимаю.
Николь вернулась в гостиную. Сабрина пошла за ней следом и увидела, что тетя держит в руках коробку с кольцом, и внимательно её рассматривает.
— Кажется, доченька, я таки была неправа… Ты для него нечто большее, чем мимолетная забава.
И женщины снова переглянулись.
• • •
София и Сафрон сидели в пустой гостиной, то самой, в которой Эрих вручил Сабрине кольцо. София рассматривала меблировку. В который раз, она спрашивала себя, как могла обо всем этом забыть. Тот опыт так сильно её изменил! София ощущала себе больше Сабриной, чем Тамарой, хоть всё это — одна и та же женщина.
Тамара и Сабрина — две её прошлые жизни!
— Как… как я могла об этом забыть? Ведь я же вспомнила Тамару… почему я не могла вспомнить Сабрину.
Сафрон прикоснулась к вазе на столе, её рука при соприкосновении мягко утонула в вазочке.
— Тебя прокляли, София.
— Кто?
— Вспоминай… проклятие еще действует, у меня недостаточно сил, чтобы сказать тебе это прямо… но я могу… подсказать.
Сафрон подошла к Софии, и опустилась перед ней на корточки. Взяла её за руку.
— Вспоминай, София… Вспоминай лицо своего убийцы. Ты ведь уже знаешь, кто это был?
Глава Двадцать Шестая: Сабрина вспомнит
Однажды она спросила у Эриха:
— Тебя не пугает то, что случилось с моим мужем?
— Нет, — ответил он. — Кроме того, ты обо мне тоже ничего не знаешь. Сожет, у меня в подвале клетка с пленниками стоит.
Сабрина рассмеялась.
Движение — и вот уже она лежит на кровати, а он нависает сверху. Целует, раздевает, его руки гладят её грудь.
Сабрина выгибается, прогибается, стонет. Она понимает, что он может делать с ней, что угодно, она будет плавится в его руках. Всё разрешит, всё позволит, разделит любое желание.
Нет стыда, есть доверие… и любовь.
— Сабрина… — он медленно в неё входит, — я люблю тебя.
— Я тебя тоже, Эрих.
Когда желание схлынуло, и они оба улеглись и почти уснули, Сабрина внезапно спросила:
— Кстати, ты забыл у меня свой портсигар.
— Какой еще портсигар? — Он поцеловал её в плечо, крепче прижал к себе.
— Серебренный, с гравировкой по краям.
— Сабрина, ты что-то перепутала. Я не курю, уже очень-очень много лет. И портсигар с собой не ношу.
Она почти уснула, и уже ничего ему не ответила… Но утром снова вспомнила портсигар. Даже обыскала весь дом. Сабрина была уверена, что Эрих забыл в её доме портсигар.
Он действительно его однажды забыл… но не в её доме, а в доме Тамары… около тридцати лет назад.
Сабрина начала вспоминать.
•••• •• ••
— Связь с Эрихом наполняла Сабрину энергией, несмотря на то что он был очень осторожен. Он любил её, старался не навредить. Благодаря обретенной энергии, Сабрина начала вспоминать прошлую жизнь.
Но Сабрину пугали эти видения, она их не понимала, а спрашивать у Эриха побоялась, полагая, что он её в сумасшествии обвинит.
Её можно понять, не каждый помнит, каково это — когда тебе в спину нож вонзают, а Сабрина помнила. Более того — у неё на теле, в том месте, где ранили Тамару, было небольшое родимое пятно. Как ты понимаешь, тело тоже многое помнило, даже больше, чем хозяйка этого тела. У тебя ведь тоже есть родимые пятна, не так ли?
— Есть…
— О них мы тоже поговорим… позже. А теперь представь удивление Сабрины, когда она около месяца видела в снах незнакомого мужчину, а потом узнала этого мужчину наяву. Можешь представить, каково ей было?
— Могу… Кажется, я помню тот день.
— Помнишь, кого она встретила? — усмехнулась Сафрон.
— Марка.
— Верно. Они снова увидели друг друга, но в этот раз всё было иначе. В новой жизни, Эрих был для Сабрины не ненавистным женихом, а любимым мужчиной, в то время как Марк… он по-прежнему любил свою Тамару и считал, что имеет на Сабрину такие же права, какие имел на влюбленную в него Тамару.
•• •• ••
Он познакомил её со своей семьей. Они вместе бывали на всех семейных мероприятиях, часто, не таясь, ночевали друг у друга. У Эриха были тайны, были обязанности, и Сабрина не пыталась в эти тайны влезть, так как ей самой, увы, было что скрывать, начиная со смерти мужа, и заканчивая непонятными сновидениями.
Одной из тем, которые Эрих не очень любил обсуждать, был его младший брат — Марк Нойман, который последние пять лет провел вдали. Из обрывочных фраз Сабрина узнала, что младший Нойман разорвал отношения с семьей, а с братом отказывался даже разговаривать.
— Он всегда был очень спокойным, вдумчивым человеком. Но в какой-то момент просто оставил всех нас. Переехал в Штаты под предлогом того, что будет возглавлять там бизнес. Но это только отговорка.
— А в чем настоящая причина…
— По правде говоря… я не знаю.
Часто в рассказах Эриха путались даты. Иногда он говорил, что брат уехать пять лет назад, иногда — двадцать пять. Сабрина улавливала эти несоответствия, и надеялась, что со временем во всем разберется.
Когда Эрих сказал, что Марк возвращается в Европу, Сабрина почему-то испугалась. Возможно, нечто подобное испытывали люди, которые должны были вот-вот взойти на эшафот.
— Я буду рада с ним познакомиться, — ответила женщина.
Соврала.
•• •• ••
Эрих планировал устроить в честь возвращения Марка официальный прием в доме родителей, на котором бы и познакомил Сабрину с младшим братом.
На прием Сабрина собиралась с особой тщательностью. Длинное платье в пол, полупрозрачные перчатки, волосы впервые за долгое время слегка завила.
Увы, в последний момент Луиза начала капризничать. Дочку пришлось успокаивать, и на прием Сабрина немного опоздала.
К её приеду, особняк был полон гостей, некоторые даже успели переместиться в сад, где разгуливали с бокалами вина.
Она прошла в дом с черного входа, как и было условлено. Эрих её встретил, провел с большой зал, принялся знакомить её с гостями. Не то чтобы она была новым человеком в этой среде — многих Сабрина уже знала, здесь даже были знакомые её первого мужа… впрочем, многих она видела впервые.
— А где госпожа Хайке Нойман, и твой брат?
— Они… ушли куда-то. Вернутся с минуты на минуту.
Затем Эриха куда-то позвали, и Сабрина решила присоединиться к компании знакомых, что в тот момент как раз обсуждали новые веяния моды. Моду Сабрина любила, разговор её увлек.
… Она ощутила на себе взгляд. Так бывает, когда просто знаешь — кто-то не просто смотрит, а присматривается.
Ей отчего-то стало неловко, и она постаралась незаметно покинуть компанию, и перешла на другой конец комнаты. Схватила бокал, принялась греть его в руках.
