С минуты на минуту, у дома должна была притормозить машина, из которой выйдет убитая горем женщина, и уничтожит и своё счастье, и счастье мужчины, что ждал её в том доме.
— Он меня шантажировал, — София смотрела на дом, в котором, сложишь всё иначе, она бы прожила всю свою жизнь. — Марк похитил Луизу… Как я могла забыть о таком!? Господи, как могла забыть!?
— Ты помнишь, что случилось? Расскажи…
София вздохнула…
•• •• ••
Сабрина боялась Марка. Она старалась не появляться там, где есть шанс увидеть его, и тем более старалась не оставаться с ним наедине. Но Марк с её желаниями не считался.
Она встречала Марка в парикмахерской, куда водилась стричься дочку, он приходил на все званые ужины, где она появлялась… он снова сблизился с братом.
— Это так неожиданно, — признался однажды Эрих, пока она перебирала присланные экземпляры пригласительных открыток.
Они сидели в гостиной, рядом играла в куклы Луиза. До свадьбы оставалось около трех недель.
— Что именно? — женщина обернулась к лежащему на диване мужчине.
— Марк… Мы снова близки, как когда-то. Вынужден признать, мне его на хватало даже больше, чем я предполагал. Мы были близки в юности, а потом…
Сабрина по-прежнему смотрела лишь в открытки, буквы расплывались перед глазами.
— Он тебе неприятен, мой брат, — это был не вопрос — утверждение.
— Не то чтобы…
— Сабрина… не обманывай меня, я прошу тебя.
— Я не обманываю, я просто не считаю нужным делиться некоторыми наблюдениями. Согласись, в твоей жизни тоже есть много того, о чем ты предпочитаешь не распространяться.
— Например?
— Например, как ты можешь утверждать, что видел строительство Эйфелевой Башни?
— Ну… это была какая-то оговорка, — Эрих ухмыльнулся.
— Конечно-конечно. У тебя оговорки на каждом шагу…
— Хм… Извините, что помешал…
На пороге стоял Марк.
Эрих и Сабрина быстро встали с дивана. Эрих был рад видеть брата, Сабрина бы отдала половину своего состояния ради возможности никогда его больше не видеть.
— А это, должно быть, маленькая Луиза, — он обратил внимание на играющую неподалеку дочь Сабрины. Услышав свое имя, девочка отвлеклась от блондинистой куклы и приветливо улыбнулась. — Она так похожа на мать.
— Это не так, — Сабрина подошла к дочери, и взяла её на руки. — Внешне она пошла в Джорджа.
— Зато характер от матери! — вклинился Эрих. — Такая же очаровательная. — уже к брату. — Марк, какими судьбами?
— Проезжал мимо, решил, что неплохо бы зайти.
Сабрина в это не верила. Если он и проезжал мимо, то зашел только потому, что увидел её авто.
— Я рад познакомиться с твоей дочерью, Сабрина, — Марк неотрывно следил за её дочерью. — Я слышал, что она очень мила, и что ты её очень любишь.
Он наклонился к Луизе, что удобно разместилась у мамы на руках.
— Здравствуй, Луиза.
Девочка смутилась и спрятала лицо у Сабрины на груди.
— Извини, она не жалует незнакомцев.
— Понимаю…
— Ничего — ничего, на всё нужно время.
Неделю спустя, Луиза была похищена.
•• •• ••
С самого утра, у неё было плохое предчувствие. Она пила кофе — и переживала, она наносила макияж — и переживала, собирала дочку на прогулку — переживала, ждала дочку и няню с прогулки — переживала.
Причина переживаний стала понятна, когда её избитая няня вернулась с прогулки… одна. Одежда разорвала, губа рассечена.
Оказалось, двое мужчин похитили Луизу прямо из детской площадки, няня не успела ничего сделать.
— Что? — не поверила Сабрина. — Но… но там же охрана… я не понимаю.
Оказалось, что похитить ребенка очень просто, и никакая няня не спасет. Достаточно послать правильных людей — и дело сделано.
Сабрина позвонила в полицию, Сабрина позвонила Эриху — тот не отвечал. К вечеру, её паника достигла апогея… и вот тогда, когда она уже была на грани, в дверь её дома постучали. Напуганная, погруженная в истерику мать побежала открывать дверь.
— Луиза…
Марк Нойман не выглядел на счастливым, ни сердитым. Он стоял на пороге её дома, и остановил её сердце одной лишь фразой:
— Твоя дочь в безопасности.
У нее в глазах потемнело. Женщина, которая славилась прекрасным здоровьем, впервые в жизни не смогла совладать с происходящим.
Марк мгновенно подхватил ее на руки, и положил на диван в гостиной. Когда он попытался отодвинуться от нее, Сабрина схватилась за лацканы его пиджака.
— Где моя дочь?! Что ты с ней сделал?!
Он медленно обхватил её запястья, отрывая женщину от себя. При этом, её рук не отпустил, но теперь она была в его захвате, а не наоборот.
— Успокойся, Сабрина, с ней ничего плохого не случится. Не случится потому, что ты сейчас успокоишься, и выслушаешь меня. Сядь!
Он был зол. А ей было страшно, пусть бы ударил, только бы отдал ей дочь.
— Ты уйдешь от Эриха. Пойдешь к нему, и скажешь, что хочешь разорвать помолвку. Как только ты это сделаешь — я верну тебе дочь.
— Нет, — заплакала Сабрина. — Я всё расскажу Эриху.
— Расскажи, — Марка не пугала подобная перспектива. — Ты думаешь, он поможет? Я его брат, а ты — всего лишь невеста. Если он может тебе помочь, где он сейчас, почему не отвечает?
Сабрине нечего было ответить. Она посылала к Эриху горничную, но та сказала, что он уехал из города.
Марк наклонился к Сабрине.
— Он думает, что ты ему изменяешь… давно думает. Его люди — мои люди, моя система. Я знаю, как обмануть собственного брата. Если ты придешь к нему просить помощи — он не поможет, зато твоя дочь пострадает.
«Ну вот и всё, это конец. В погоне за счастьем, ты потеряла дочь».
— Чего ты хочешь?
— А вот это, — мужчина ухмыльнулся, — правильный вопрос.
Он медленно потянулся к ней. Сел ближе, схватил её руку, поднес к губам и поцеловал. Медленно потянул женщину на сея. Легко потянул, показывая — я не принуждаю, сама ко мне приближайся.
Сабрина так и сделала.
— Хорошо, умница моя.
Он обхватил рукой её талию. Ближе, еще ближе.
— Не сопротивляйся… просто не сопротивляйся. Не нужно всхлипывать, всё хорошо…
Получив ее вынужденное согласие, Марк резко накинулся на неё. Придавил к матрасу, жестко поцеловал, его руки блуждали по её телу. Дорвался, он наконец-то дорвался!
Сабрина не сопротивлялась. Пусть целует, пусть что хочет делает, лишь бы вернул ей дочь.
Мужчина оторвался от нее ненадолго. Казалось, он пьян, либо сошел с ума.
— В спальню, — проговорил хрипло. — Веди меня в спальню.
Он вытер слезы с её глаз.
— Не плачь, маленькая, — погладил её шею, — все будет хорошо.
Он целовал грубо, настойчиво. Сабрина не сопротивлялась — какая разница, лишь бы увидеть дочь. Лишь бы он её вернул.
В комнате было темно. Её одежда вперемешку с одеждой чужого мужчины валялась на полу.
Эта комната знала тепло и радость, в этой комнате они с Эрихом столько раз были счастливы. И в этой же комнате его брат её насиловал.
— Тамара, — шептал мужчина другое имя, и ей хотелось плакать от отчаяния.
Марк убивал не только её тело, он убивал воспоминания Тамары. Та девочка… он ведь действительно его любила! Разве могла она представить, что когда-то этот родной мужчина совершит над ней насилие.
Он повернул её тело набок, спеленал руками-ногами, целовал шею… Сабрина могла думать только о том, что больше никогда не подпустит к себе мужчину. Они все её предали, даже Эрих, который позволил подобному случиться.
Его размеренные толчки вторили её всхлипам. Он требовал не плакать, но разве ж такое возможно?
Когда всё закончилось, он быстро оделся и, глядя на её отстранённое лицо, сказал:
— Сейчас ты поедешь к нему, и скажешь, что свадьба отменяется. Как только ты сделаешь это — я верну тебе дочь.
— Он мне не поверит, — прошептала Сабрина.
— Поверит. Когда нужно, ты бываешь очень убедительна, не так ли? Вспомнить хотя бы, как ты оплакивала смерть мужа… хоть сама причастна к его смерти, сама убила, пусть и руками родственницы.
