Первого врага, гоблина, поразил ударом в горло, второму вцепился в лицо Рыжий, третий, гном, пал от клинка Харальда. Но остальные не заметили гибели соратников, они накатились, подобно океанской волне, и земля щедро оросилась кровью, хлынувшей из ран…
В первый миг безумцы яростным натиском сумели потеснить безарионское войско. Даже белые гномы, чей отряд уменьшился во много раз, приостановились. Но затем стало сказываться то, что воины Господина бились исступленно, но каждый за себя, не помня о соратниках, а противостояли им не отдельные бойцы, а сотни и тысячи, чьи командиры знали свое дело.
Ари Валн на левом фланге первым выправил положение, пустил в ход магию Ан-чи…
Олен же просто махал мечом, тяжелевшим с каждым ударом. Отводил клинки в руках врагов, старался не делать лишних движений, беречь силы, таявшие со скоростью упавшей в костер ледышки. Рядом взрывался фейерверками ударов Харальд, похоже, не знавший усталости. Рубилась Саттия, сражался оцилан, за спиной ощущалось присутствие Бенеша.
Молодой маг не пускал в ход колдовскую силу, не творил заклинаний, но непонятным образом давал почувствовать, что он тут. Сзади будто тянуло легким приятным теплом…
Когда из леса вышел небольшой отряд воинов, Рендалл в первый момент решил, что к врагу подошла подмога. И только затем понял, что там одни лишь эльфы и что они собираются пустить в ход луки.
Стрелы, что способны пробить почти любой доспех, ударили в спины безумцам, и начали падать убитые. Кто-то, лишившийся рассудка не до конца, попробовал обернуться, глянуть, в чем там дело. Донесся крик сотника или тысячника, пытавшегося остановить своих, но быстро оборвался.
– Альтаро?! – радостно воскликнула Саттия. – Помощь из Великого леса?
– Там и сотни нет… – ответил Олен, вбив меч в сердце златокудрого эльфа. – Без них бы справились…
Девушка метнула на него взгляд, одновременно сердитый и понимающий.
Они орудовали клинками, убивая бестолково махавших оружием безумцев. Трупы падали, но живые и не думали отступать, они бросались вперед с той же яростью, и легкие раны их не останавливали. Пот тек у Олена по лицу, капал с бровей, ушибленное во время падения плечо болело все сильнее.
Рендалл даже подумал, что Тринадцатый в последние мгновения перед гибелью пустил в ход какое-то изощренное чародейство, сведя с ума собственную рать, чтобы тем самым хоть как-то отомстить победителям.
Он пропустил выпад, и чужой клинок зацепил плечо, скрежетнул по доспехам. От усталости начало плыть перед глазами, фигуры противников на мгновение размазались, и звуки превратились в тонкий писк.
– …ай! – ворвался в уши чей-то крик.
Рендалл с изумлением понял, что орет сам, нагнетая ярость и последние силы в мышцы. Чтобы потратить все, что есть, на последний сокрушительный бросок, а затем, затем…
Победить или погибнуть.
Удар, и рассеченный до пояса труп падает под ноги… нырок под чужой меч и длинный выпад… ледяной клинок пробивает кольчугу легко… уход в сторону… и… и здесь оказывается, что сражаться не с кем…
Виднелось заваленное телами поле, уходила в лес дорога, и стояли на опушке альтаро. Луки их были опущены, и темноволосые воины деловито снимали тетивы.
– Мы… что, все? – проговорил Олен, с трудом выковыривая слова из пересохшего горла. – Клянусь Селитой…
– Похоже, так, – отозвался стоявший рядом Харальд.
Странник по мирам был с ног до головы забрызган кровью. Лицо его напоминало жуткую маску, залитую багровой краской, а волосы слиплись в неопрятные колтуны. На лезвии меча не осталось ни единого чистого пятнышка, все покрывали засохшие багровые струпья.
– Это хорошо, – сил не было даже на то, чтобы радоваться, каждое движение вызывало боль.
Морщась и сцепив зубы, Олен огляделся.
На левом фланге битва еще кипела, таристеры и хирдеры ари Вална дорезали последних безумцев. На правом царила тишина, и Ан-чи строил собственное войско, в котором на ногах остался лишь каждый десятый воин. Ари Рогхарн, всадники из его свиты, немногочисленные уцелевшие ополченцы топтались неподалеку, Бенеш стоял в одиночестве, прижав ладони к лицу, словно не в силах глядеть по сторонам.
Трупов было столько, что они чуть ли не полностью скрыли землю.
Орки, гномы, эльфы, гоблины лежали вперемешку, но более всего среди павших оказалось людей. Армия, приведенная Господином с запада, полегла около Хаммельна целиком.
От безарионской сохранилась в лучшем случае пятая часть.
Небо, немного расчистившееся во время сражения, вновь затянули тучи, из них посыпался мелкий дождь.
– Как это… жутко, – сказала Саттия. – Корни и листья, тех сказителей, что поют о величии войны, надо притащить сюда… чтобы они посмотрели на все, понюхали… сволочи…
Она пошатнулась, и Рендалл ощутил нежданный прилив нежности. Он шагнул к девушке, мягко придержал ее за плечо, и почувствовал, что Саттия вздрогнула, точно от удара.
В озарении понял, что давно ждал этого прикосновения, хотел его, как и она. И заскрипел зубами, понимая, что, как император, он не может дать волю чувствам на глазах у всех, особенно в тот момент, когда еще не остыли тела сражавшихся под его стягом воинов.
– Я в порядке, – Саттия кивнула и слабо улыбнулась, именно для него – в первый раз с того дня, как они увиделись на берегу Теграта.
– Отлично, – Рендалл отпустил ее плечо, убрал меч в ножны. – Надо бы поблагодарить тех эльфов, что помогли нам.
– Если мне не изменяют глаза, трое из них идут сюда, – сказал Харальд.
И в самом деле, трое альтаро шагали через поле боя, выбирая места, где трупов было меньше. Двигались они поэтому не по прямой, а словно корабль, идущий галсами. Двое были высоки, как почти все из их народа, а третий казался рядом с ними маленьким, точно подросток.
– Это кто такие? – спросил подъехавший ари Рогхарн. – Что с ними делать?
– Похоже, союзники, – ответил Олен. – Не думаю, что с ними придется сражаться, но пусть твои будут наготове.
Таристер кивнул и развернул коня.
– Ха, а я знаю вон его, – удивленно сказала Саттия. – Самого маленького. Это же Лотис, тот самый, на которого мы наткнулись в Безарионе.
– Тот, что пытался меня убить? – уточнил Рендалл.
– Он, – подтвердила девушка. – Эй, Бенеш, ты где там? Иди, пообщаемся со старым соратником.
Но молодой маг так и остался стоять, прижав руки к лицу.
Олен пригляделся, и узнал в невысоком эльфе того, с кем сражался на постоялом дворе «Горный ручей». Тогда пришлось слегка проучить альтаро, а потом отправить его в Великий лес с сообщением для тамошних правителей.
Эльфы остановились в нескольких шагах, и один из них заговорил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
