Я повернулась к Синклеру, ожидая услышать от него какое-нибудь саркастическое замечание, и тут же, вскрикнув, вскочила на ноги, сдерживая рвотные позывы.
Обгорел он просто ужасно!
Почти половина его тела, с левой стороны, представляла собой сплошную рану, волос на голове не осталось, отсутствовали также и веки на глазах. Было видно, как по жилам левой руки медленно струится его мертвая кровь.
Как ни странно, но Синклер улыбался, растянув свои черные потрескавшиеся губы, и его зубы казались еще длиннее и белее на фоне обгоревшей плоти. Представшая взору картина была ужасна, и все же передо мной находился именно тот, кого я хорошо знала… Хотя и не очень-то жаловала.
– Победа за нами, – прошептал Синклер.
Я разрыдалась. Без слез, конечно, поскольку они у меня теперь не вырабатывались.
Да, мы победили, но какой ценой? Карен погибла, Синклер едва не сгорел и лишился дома… а также большей части своей плоти. И все из-за меня!.. И вместо того чтобы восстанавливаться, вместо столь необходимой подпитки, он помчался спасать меня, вступил в такой нелегкий бой.
– Синклер… Эрик… как…
– Ему срочно нужна подпитка, – сказала, приблизившись, Тина и помогла Синклеру подняться на ноги. – Причем от тебя. Твоя кровь исцелит его быстрее, чем любая другая.
– Это потому, что я королева?
Тина кивнула. На меня она не смотрела – взгляд ее больших печальных глаз был устремлен на Синклера.
– Поможет и вода, она ускоряет процесс восстановления. А потом…
– Ну ладно, после расскажешь, – перебила я. Вспомнилось, как в моей ванне вымачивался детектив Ник. Тогда я полагала, что это нужно лишь для того, чтобы смыть с него грязь, но теперь-то стало понятно, что к чему.
Я живо подхватила Синклера и взгромоздила его себе на плечо. Так, как это делают пожарные при спасении пострадавших – головой назад.
– Я хотел бы возразить, – проговорил он, обращаясь, должно быть, к моей заднице.
– Помолчи… Эрик. Скоро тебе станет гораздо лучше. Представляю твои мучения.
– На это стоило пойти… ради того, чтобы ты назвала меня по имени.
Я издала неопределенный звук – что-то среднее между смехом и всхлипом. Синклер представлял собой довольно-таки нелегкую ношу, однако благодаря своей вампирской силе я практически не ощущала тяжести.
– Заткнись, придурок… Сейчас не время для твоего гаденького сарказма.
– Ты обязательно должна рассказать, каким образом сумела расположить к себе тварей… и как смогла настроить их против Ностро, – не унимался Синклер, болтаясь вниз головой. – Прежде такого не случалось.
Господи, ну и денек сегодня!
– Ты слишком любопытен.
– А ты слишком загадочна.
Я внесла Синклера в просторное помещение бассейна и поставила на ноги, продолжая при этом поддерживать.
– Это совсем не обязательно… – начал было он.
– Сделай глубокий вдох, – велела я. Мы стояли на самом краю бассейна, и пальцы моих босых ног нависали над водой.
– Зачем? – выразил вполне резонное недоумение Синклер.
В следующую секунду мы нырнули на самую глубину.
«Блин, ведь растворенная в воде хлорка будет жечь его раны!» – внезапно обеспокоилась я. Однако, увидев выражение блаженства на физиономии Синклера, поняла, что беспокоилась напрасно.
Интересно, почему вода оказывает на нас такое благотворное воздействие? Быть может, по той причине, что наши организмы фактически обезвожены? Мы не потеем, не писаем, не льем слезы… Почему же наше состояние улучшается, стоит нас только погрузить в воду? Странно… Может быть, объяснение сему феномену содержится в одной из тех толстых нудных книг, что я взяла почитать?
Синклер мягко потянул меня к себе, и я с готовностью ему это позволила. Уж если из-за меня он превратился в обугленную головешку, так пусть по крайней мере восстановит силы за счет моей крови. Оставалось только надеяться, что у меня ее окажется в достаточном количестве. Но неужели кровь вампира – а еще точнее, моя – так уж отличается от крови живого человека? Похоже, Тина в этом убеждена… Что ж, почему бы ей не поверить?
Я слегка вздрогнула, когда клыки Синклера пронзили артерию на моей шее. Хм… В какой-то мере это было сродни потере девственности. Вампирской девственности.
Мы словно парили почти у самого дна, и вода приятно холодила тело. Это было довольно необычно и в то же время восхитительно – я ощущала себя под водой абсолютно комфортно, и мне не нужно было всплывать на поверхность, чтобы глотнуть воздуха.
Мои ладони лежали на плечах Синклера, и пока он поглощал мою кровь, я осязала, как его обожженная плоть затягивается новой, возникающей словно из ниоткуда кожей, чувствовала, как к нему возвращаются прежняя сила и энергия. Продолжая подпитку, Синклер гладил меня по спине, и это было чрезвычайно приятно, это вселяло безмерный покой. Оказывается, кормить другого ничуть не меньшее наслаждение, чем кормиться самой. Приятно было предоставить себя в полное распоряжение того, кто гораздо сильнее, кто запросто может, если захочет, переломить тебя словно тростинку, но никогда этого не сделает… Возможно… В общем, я испытывала огромное удовольствие от полнейшей самоотдачи.
Синклер оторвался от моей шеи, и я увидела на его губах улыбку – счастливую и безмятежную. Я с изумлением смотрела, как с его лица исчезают ожоги, как оно стремительно обретает прежний вид. Исцеление совершалось с поистине потрясающей быстротой, и вскоре Синклер предстал предо мной таким, как раньше – целый и невредимый, превосходный образчик неотразимого мужчины… С большущими клыками… Невероятно, но весь процесс занял не более пяти минут!
Я радостно засмеялась, едва не захлебнувшись. А Синклер вновь притянул меня к себе, причем уже не столь мягко, его губы накрыли мой рот, язык проник внутрь, соприкоснулся с моим языком. Его сильные руки обвили мою талию, и он крепко прижал меня к своему телу.
Целовались мы, наверное, не меньше часа. По крайней мере так мне показалось. Потом Синклер освободил меня от моей изодранной одежды, а я помогла ему скинуть обгоревшее тряпье, которое почти не прикрывало его наготу. Подумав, что для него невыносима близость распятия, я сняла с шеи крестик и опустила на дно. Главное, не забыть потом забрать.
Протянув руку, я прикоснулась к отвердевшему пульсирующему естеству Синклера и даже порадовалась тому, что плаваю в воде, а не стою на суше. Потому что мне вряд ли удалось бы удержаться на ногах. Его фаллос был огромен и… прекрасен. И мне очень хотелось ощутить его в себе – весь, до последнего миллиметра.
До чего же я устала подавлять в себе влечение к Синклеру!.. Устала притворяться, что ничего не чувствую к нему, хотя всякий раз, когда он улыбался, в животе что-то сладостно сжималось. Может, это любовь?.. Не знаю… Как бы то ни было, еще никто не относился ко мне так, как Эрик Синклер. Считая меня безнадежной дурой, он тем не менее ринулся в бой ради моего спасения… А также завоевал для меня королевский трон, потеряв при этом все, что имел, по моей в общем-то вине.
