— Поболтаем, — мечтательно улыбнулся Хилари.
— Как мужчина с мужчинами…
Череп, выглядывая из-за дверцы шкафчика, мечтательно вздохнул: «Проти-и-и-и-ивный!»
Ри и Теа дисциплинированно отошли на второй план, не забыв, якобы случайно, захлопнуть шкаф.
…А дальше Роджерсу пришлось очень долго и подробно объяснять парням, почему он хочет встречаться с Мэйн и по какой причине его нельзя запихнуть в ванну с формалином для дальнейшего изучения.
— От зафармолиненного мужчины в быту и личной жизни никакой пользы, — согласно хмыкнула Ри.
— Правда и вреда тоже нет, — хищно облизнулась Теа.
Но это уже совсем другая история…
Примечание к главе:
— Так, в прошлой главе была большая порция трагизьму, — заявляет автор. — Нам срочно нужно отвлечься и сменить пластинку…
— Напишем, наконец, бонус с проверкой Стива, — потирает ручки Муз.
— Поддерживаю, — одобряет Злита.
*некоторое время спустя*
— И тентакли… тентакли добавь! — шепнул на ухо азартно печатающей Лене парень. — В Поберегись Камасутра была, сюда тоже грех не добавить…
— Интересно, откуда Роджерс знает название этой штуки? — задумчиво тянет бета.
Смотрит на Муза. Тот глумливо хихикает и многозначительно играет бровями:
— Стэфани Мэйн ждет большой сюрприз…
— Кто-то плохой мальчик? — ухмыляется Злита.
— Пресвятые печенюшки! Что мы пишем, что мы пишем, — причитает автор. — Зарекалась ведь по ночам писать! Сейчас до такого додумаемся, придется рейтинг фика повышать.
— Да ладно, утром вычитаем, откровенный треш, угар и содомию уберем, — отмахивается бета.
Троица переглядывается.
— Пф-ф!
— Нет.
— Конечно, нет…
Бонус: Баки Барнс
Воспоминания, начавшие проноситься в голове яркими вспышками после провала проекта «Озарение» и битвы со знакомым-незнакомцем Стивом Роджерсом, беспокоили Зимнего. Причем, не самим фактом своего существования — этому он, наоборот, был даже доволен. Изрядно расшатанный пылкими речами Стива мозг отказывался признавать, что в жизни Баки были лишь лаборатории, миссии и криокамера.
Проблема заключалась в том, что видения прошлого появлялись спонтанно, без какой-либо системы, просто потому что мужчина увидел что-то на улицах или услышал от случайных прохожих пару оброненных фраз, вызвавших ассоциативную цепочку. Расцветающие яркими красками эпизоды прошлого забирали все внимание Барнса, не позволяя сосредоточиться на собственной безопасности.
Он не питал ложных надежд по поводу ГИДРЫ, тварь, подобная ей, не оставит такой ценный инструмент на свободе. Слишком много ресурсов в него вложила. Слишком привыкла пользоваться.
Да, сейчас ее агенты забились в угол, спасаясь от пышущего праведным гневом Капитана Америки, но очень скоро, когда основной накал страстей стихнет и Роджерс успокоится после поимки самых нерасторопных, они снова понемногу выйдут на сцену и начнут восстанавливать свое влияние. А вместе с этим инициируют поиски пропавшего Солдата.
Баки не хотел возвращаться в опостылевшие подвалы, не хотел снова становиться марионеткой в чужих руках. Он желал разобраться с появляющимися урывками воспоминаниями. Кем были люди, которых он видел? Какое значение имели конкретно для него? Как он к ним относился? Что привело его в лапы ГИДРЫ, как он вообще там оказался?
Вопросов было много, ответов же в обозримом будущем не предвиделось, но Барнс умел ждать. За эти годы он приучился к этому на «превосходно».
Перед тем, как погружаться в исторические хроники (что тоже было делом небыстрым, да еще и — возможно — почти бессмысленным), ему стоило найти угол, где можно приткнуться и спрятаться на время от глаз вероятных врагов.
Именно поэтому он не стал покидать Нью-Йорк, бежать в другой штат или вообще улетать из страны. Этого ждут преследователи, он прекрасно знает — сам много раз бывал на их месте. Нет, он не станет дергаться и пытаться улизнуть. Таких замечают в первую очередь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он даже не уедет из города, наоборот, останется в нем подольше. Кто будет подозревать, что самый разыскиваемый убийца даже не сдвинется с места, в котором его в последний раз заметили? А для того, чтобы обзавестись необходимой жилплощадью, идеально подойдут окраины, с располагающимися там трущобами.
В этих местах давно отучились расспрашивать подробности о соседях, проявлять излишнее любопытство и, тем более, звать полицию. Последняя сюда тоже не сильно стремилась, ей были — мягко говоря — не рады.
Найти человека, сдававшего жилье за копейки, труда не составило. Жулик с бегающими глазками, воровато огляделся по сторонам, сунул в карман пачку банкнот и перекинул новому постояльцу ключ от комнатушки с потрескавшейся краской на двери и вздувшимися от влаги обоями.
В задрипанной квартирке Баки жил не один, а еще с тремя жильцами. И, надо сказать, он среди них был даже не самым подозрительным.
Но перед этим, жулик, странно дернувшись, наклонился ближе, почти ложась на засаленный столик в дешевом баре, и горячо зашептал:
— Слышь, братан, вижу, чувак ты адекватный. Так что предупрежу по-дружески: ты эта, если блондиночку ночью встретишь, грудастенькую такую… формы — закачаешься! Все при ней… Ты, в общем, иди от нее, лады? А то влетит, мало не покажется.
Просчет вариантов много времени не занял.
— Любовница важной шишки? — прямо спросил Баки.
— Хуже.
Жулик еще раз оглянулся.
— Глава района это. Все окрестные банды под себя подмяла, они ей по первому зову, что угодно сделать готовы. Имени не знаю, у нас Валькирией кличут. Бой-баба. Установила здесь свои порядки. Очень не любит, когда нарушают. А если вякнуть кто пробует, так она сама к нему идет… на переговоры, значит. Че они там делают, не знаю, но у человечков порой целых конечностей не остается.
Любопытный персонаж.
Баки попытался удивленно вскинуть брови. Но так как с мимикой у него сейчас были проблемы, физиономия вышла угрожающей.
Жулик занервничал.
— Братан, ты только не злись, лады? Я ж реально предупредить хотел. Много нормальных парней на этой бабе погорело…
— Проехали, — отрубил Барнс, не желая развивать тему.
О загадочной Валькирии он узнает чуть позже. Надо ведь знать, с чем имеешь дело. А пока…
— Плату за следующий месяц будет в условленном месте. Бывай.
…Стоит осмотреть жилье, продумать пути отхода и поспать, наконец, хотя бы четыре часа. Трое суток на ногах, занятых запутыванием следов, даже его тренированный организм доконать могут.
***
Всего несколько часов назад он внес в мысленный план пункт «Разузнать побольше о Валькирии», и вот уже глубокой ночью встретил ее саму. Случилось это случайно, мужчина как раз проходил по району самыми разнообразными маршрутами, высматривая, где будет лучше скрыться от погони, как вдруг заметил в тусклом свете фонарей, которых еще не успели разбить малолетние хулиганы, хрупкую девичью фигурку.
Он бы непременно прошел мимо, в конце концов, прохожие ему были неинтересны, если б не парочка «но». Волосы этой девушки однозначно отливали золотистым. Шла она прогулочным шагом, печатая что-то в телефоне, и совершенно легкомысленно не обращала никакого внимания на то, что ее окружает.
Учитывая специфику места и значительную удаленность от оживленных кварталов Нью-Йорка, зайти сюда по ошибке она точно не могла. А раз прекрасно знала, где находится, то точно должна была двигаться осторожно и всеми силами стараться не привлекать внимания. Одинокая девушка, да в такой час — находка для любого бандита!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вот только многочисленная преступная братия, которая — Барнс уверен — притаилась в темных закутках — некоторые компании он даже замечал наметанным глазом — и не думала обращать на незнакомку внимание. Даже наоборот, стремилась поскорее скрыться, только заслышав бодрый цокот каблучков.
