масштабы, что от страха меня начало тошнить. Когда наконец пришло время мне поздороваться с друзьями отца, меня стошнило. До смерти не забуду то ощущение стыда и полного отчаяния, которое испытывала я, не оправдав ожиданий своих родителей».
Я много думала об этой черте человеческого характера и пришла к выводу, что что-то не так в том, как большинство из нас оценивают застенчивость, что она присуща человеку. Почему мы должны рассматривать ее как недостаток, стремиться к тому, чтобы ей не были подвержены наши дети, пытаться преодолеть ее в себе? Если бы мы подумали немного о застенчивых людях, которых мы знаем, мы бы признали их очень приятными в общении и жизни.
Помню, как я оказалась на званом обеде в компании людей, которых никогда раньше не встречала. Те двое, которые мне лучше всего запомнились, были прямыми противоположностями друг другу. Один из них был мужчина средних лет, который все время повергал публику в смущение, говоря каждому, что тот, по его мнению, чувствует или думает. «Я обладаю экстрасенсорными способностями, – говорил он, – могу читать ваши мысли. Вот у этой очаровательной дамы неприятности в интимных отношениях…» Не знаю, как насчет его экстрасенсорных способностей, но своими замечаниями он, похоже, обидел несколько людей. Весь вечер он был «на арене», душой общества, как принято говорить о таких, как он. Мне же его безжалостность и бесцеремонность показались омерзительными.
Другим человеком, который мне запомнился, была молодая женщина, которая, казалось, мучительно страдала оттого, что вокруг было так много незнакомых людей. Она сидела в углу дивана, так глубоко вжавшись в подушки, как будто старалась исчезнуть. Каждый раз, когда «экстрасенс» отпускал очередное развязное замечание, она вздрагивала. Спустя несколько минут я представилась ей и села рядом. Я была поражена, когда обнаружила, как быстро моя знакомая поняла, как я отношусь к жизни и как смотрю на будущее. Она была теплым, отзывчивым слушателем, и невозможно было воспринимать ее застенчивость как недостаток, особенно на фоне этого пренеприятного шута.
Застенчивые люди часто обладают способностью вызвать человека на откровенность в разговоре, не пытаясь «влезть в душу к нему». Они склонны дорожить своей приватностью и уважать право других на нее. Они хорошо понимают, о чем можно спросить человека, а о чем спрашивать невежливо. Самой застенчивой из известных мне людей была Эмили, моя одноклассница. Для нее было пыткой отвечать перед классом. Хотя она никогда не говорила много, она умела слушать и как-то незаметно дать понять, что ей все, о чем говорят другие, не безразлично. Например, однажды за завтраком я упомянула о том, как люблю домашнее печенье. Через неделю я обнаружила в парте коробку самого вкусного печенья, я не знала, кто положил ее туда, но когда я стала рассказывать об этом, Эмили сильно покраснела. После занятий она прошептала, что это она принесла печенье и что его постоянно печет ее мать.
Она всегда вела себя так. Когда другой девочке понравилась шапочка, которую Эмили носила, она связала еще одну и подарила ее однокласснице, пробормотав, что это лишняя шапочка и ей она не нужна. Однажды я сидела и плакала в пустом классе, потому что меня не пригласили на школьный бал. Эмили вошла, поколебалась минуту, протянула мне носовой платок и погладила по руке. Она ничего не сказала, ни о чем не спросила, она просто оставалась со мной, пока я рыдала. Это было самое доброе, что можно было сделать для меня в эту минуту, и я сберегу воспоминания об этом навсегда.
Чем больше я думала или говорила о застенчивости, тем больше слышала согревающих душу рассказов о стеснительных людях. Одна женщина рассказала мне о своей подруге, которая писала ей письма. «Она обычно мало говорит, когда ты поблизости, – объяснила она, – но если в моей жизни случится что-то особенное, она обязательно пришлет письмо. Например, я получала от нее письма, когда перешла на новую работу, когда болела, когда собиралась в путешествие, когда умерла моя мать. Ее письма такие заботливые и нежные, что они помогают в горькую минуту и радуют в счастливую. Она пишет не только мне, многие знакомые делились со мной, что ее письма очень дороги им».
Застенчивые люди иногда не умеют слишком хорошо говорить, но они владеют таким даром общения, который иногда более эффективен, чем слова. Один член школьного родительского комитета, отвечающий за подбор людей, желающих помогать отстающим ученикам после занятий, рассказал мне, что многие из его помощников – очень застенчивые люди. «Вначале, – признался он, – я был склонен отказываться от помощи тех, кто, по моему мнению, был не слишком разговорчив. Мне казалось, что эти люди не смогут объяснить ребятам то, что они не понимали. Позже я наблюдал, что многие тихие и неразговорчивые люди чудесно справляются с ребятами. Они не перегружают их словесными указаниями, нотациями, не кричат на них.
Например, один мужчина, которому, должно быть, лет восемьдесят, разговаривает очень тихо, нежно гладит детей по голове, задает им один или два вопроса и дает возможность поговорить с ним. Он замечательно умеет слушать, и я видел, как он помогает ребенку читать, потому что тот полностью доверяет ему. Ребята обожают его и называют дедушкой. Более того, они стараются хорошо учиться! Год назад я бы сказал, что не стоит приглашать его на дополнительные занятия с отстающими, потому что он не смог объяснить, как он собирается обучать детей. Но, увидев, каких успехов добиваются некоторые застенчивые подростки, я решил рискнуть. И теперь я по-иному смотрю на людей, похожих на него».
Чем нас беспокоит застенчивость, так это тем парализующим эффектом, которым она может обладать, когда принимает болезненную форму того предвзятого отношения к себе, которое заставляет человека чувствовать себя крайне несчастным. Например, представьте себе страдания стеснительного подростка, который чувствует себя толстым, неуклюжим или уродливым. Он настолько охвачен неприязнью к себе, что не вступает во взаимоотношения со сверстниками и взрослыми, в то время как очень нуждается в них. Его постоянно беспокоит мысль: «Все смотрят на меня, а я так уродлив». В этом случае застенчивость является не неотъемлемой чертой характера, а следствием искаженного самовосприятия. Когда ты совершаешь столь драматический переход от детства к взрослости, вполне естественно испытывать смущение и неадекватно воспринимать себя. Общее ощущение собственной никчемности и презрения к самому себе не редкость в этот переходный период развития, но наблюдать это мучительно, и не случайно, что нередко это вызывает тревогу родителей.
Застенчивость причиняет беспокойство, когда она используется для маскировки агрессии или враждебности по отношению к другим. Помню, как много лет назад я наблюдала
