Возвращаясь к себе через тот же парк Оэсте, Рауль невольно опять сравнивал двух своих любимых женщин – Исабель и Марту.
Марта внутренне и физически была сильнее Исабель. От неё исходила необыкновенная энергетика, сразу захватывавшая в плен её партнёров. Она могла, как рыба в воде, свободно чувствовать себя в любом коллективе, даже в чисто мужском.
Исабель же была светской красавицей строгого воспитания, лишь совсем немного жеманной и надменной, опасающейся хамов и грубиянов.
Она была чуть женственнее Марты, и потому Рауль сразу растаял. Если он относился к Марте, как к равной себе, как к боевой подруге, то в чувствах к Исабель он покровительствовал ей. Ему всё время хотелось оберегать и защищать её. С нею он чувствовал себя просто настоящим мужчиной. И теперь он с нетерпением ждал следующей встречи с любимой.
На следующий день они встретились вновь и направились в исторический центр Мадрида, дабы он был совсем рядом. Пройдя уже знакомым парком, они пошли по улице Феррас, длиной чуть более полтора километра, и повернули налево на улицу Куэста Сан Висенте. Затем – направо, на улицу Гран Виа, а с неё на улицу Алькала. Дойдя до площади Индепенденсия, повернули на север на длинную улицу Серрано, на которой поблизости друг от друга, но на разных сторонах, находились посольства их стран – Аргентины и США. Посольство Аргентины располагалось в квартале между улицами Хуана Браво и Падилья в доме 90 по улице Серрано, а американское посольство располагалось чуть севернее на той же улице Серрано в доме 75. С запада оно ограничивалось аллеей Кастеллана и небольшим парком. Рауль привык проделывать маршрут до него на машине.
От своего дома на улице Феррас, имевшей одностороннее движение в северо-западном направлении, он доезжал до парка Оэсте, делал два левых поворота и оказывался в юго-восточном направлении аллеи Пинтор Росалес.
С неё он поворачивал на восток на улицу Маркиза Уркихо, переходящую сначала в улицу Альберто Агилера, а затем последовательно в улицы Каранса и Сагаста. На площади Алонсо Мартинеса он поворачивал на улицу Хенова и следовал до площади Колон с поворотом на север на аллею Кастеллана, по которой подъезжал к посольскому кварталу с запада, паркуясь у зелёного островка.
Часто именно здесь, а не в зданиях посольства США происходили его встречи сначала непосредственно с резидентом ЦРУ, а позже и с назначенным им куратором.
Поскольку Испания была союзником США по НАТО, то её разведка и контрразведка в лице высшего центра информации и обороны CESID, а также секретариат государственной безопасности DGAS министерства внутренних дел страны не следили за сотрудниками американского посольства, и это служило для Рауля дополнительной надёжной крышей.
Иногда Рауль менял маршрут, когда, выезжая с улицы Альберто Агилера, на площади Сан Бернардо сворачивал на север, и продолжал движение по одноимённой улице до площади Кеведо.
Затем он делал правый поворот на улицу Элоя Гонсало, проезжая через площадь Иглесия на аллею генерала Мартинеса Кампоса, и по кругу выезжал на улицу генерала Ораа, на которой парковался после пересечения с аллеей Кастеллана. И уже по ней он шёл пешком на юг к зелёному островку.
Если Раулю нужно было подъехать к главному, парадному входу в посольство США, он сворачивал с улицы генерала Ораа на улицу Эрманоса Беккера, а уже с неё на улицу Серрано.
Отсюда Рауль мог проехать и до достраивающегося посольского комплекса СССР, имевшего площадь почти 16 квадратных километров.
Он располагался в престижном районе недалеко от географического центра Мадрида и получил у испанцев название «Белый дом».
Для этого Раулю нужно было, не сворачивая, продолжить движение по улице генерала Ораа, и сделать левый поворот на улицу Веласкеса, доехав до забора дома 155.
Строительство советского посольства началось ещё в 1986 году. Единое здание комплекса включало в себя административный, представительский и жилые корпуса. Отдельно строилось лишь здание консульского отдела.
На территории комплекса были построены бассейн, спортивная и детская площадки и стоянка для автомобилей. На улицу Веласкеса своим фасадом выходил представительский комплекс, в котором располагались залы приёмов, банкетный и музыкальный залы, кинозал и две гостиные. По бокам к нему, в качестве крыльев, примыкали жилые корпуса. Весь комплекс был обнесён забором, и на его фасадной территории, покрытой газоном, было высажено немало деревьев и кустов.
И вообще, в Мадриде зелени было очень много. В основном это были крупные парки, но деревья росли и вдоль улиц и внутри кварталов.
До этого Рауль часто заходил непосредственно в посольство США.
На своём 5-дверном, неброского серого цвета подержанном автомобиле «Ибица», производства испанской компании SEAT, с этого года поглощённой концерном Volkswagen, он стал теперь частенько ездить по этим маршрутам и с Исабель.
Скромный, неяркий, но в тоже время элегантный автомобиль помогал Раулю раствориться в общем потоке машин, не бросаясь никому в глаза.
И когда он наведывался туда «отмечаться», то оставлял Исабель одну или в своей машине, или в ближайшем кафе под названием «Greener Cafe», размещавшимся в доме 112 на улице Серрано, движение по которой было односторонним на юг. При этом он парковался у тротуара напротив кафе через улицу, а сам шёл пешком в попутном направлении до американского посольства.
Глава 8. Забавы и заботы
– «Как-то странно у Вас, американцев, всё устроено? У нас, например, в посольстве отмечаться не надо!» – уже во время второго туда похода Рауля удивлённо спросила Исабель.
– «Везде свои правила» – вяло ответил он, тут же подумав, что теперь ему надо конспирироваться и от своей любимой.
Поэтому Рауль объявил резиденту, что его периодические походы в посольство уже замечены знакомыми. Тогда-то тот и познакомил Рауля с куратором, представившимся Дэвидом, и они стали встречаться в других нейтральных местах. Там Раулем передавалась информация о кандидатурах, и давался краткий комментарий. Ему самому не доверяли вербовку агентов. Это делал сам резидент ЦРУ в Мадриде Блэйк Рассел или его помощники.
Куратор Рауля, всё время ходивший в штатском угрюмый капитан-лейтенант ВМС США Дэвид Корк был несколько долговяз. Этот демаскирующий признак мешал ему в работе. А начальство подсознательно не любит таких, легко узнаваемых в толпе, сотрудников. Посему Дэвид давно махнул рукой на свою карьеру, и свои задания выполнял формально.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
