Поэтому ему чаще поручали связующую роль между руководством и некоторыми агентами, в число которых входил и Рауль, чья задача пока заключалась лишь в сборе информации и компромата на будущих кандидатов в агенты. И он понемногу, не напрягаясь, собирал.
Иногда американское руководство подгоняло «Руди», но тот пока успешно отбивался, ссылаясь на отсутствие у него опыта такой работы и ограниченностью контактов в университете, тратя ценное время разведчика на свою любимую Исабель.
Как все женщины без исключения, Исабель любила шопинг. Рауль естественно баловал свою любимую, хотя у той самой, субсидируемой богатым родителем, тоже не было недостатка в средствах.
Иногда вечерами они заходили в ближайшие к их месту проживания магазины модных брендов и молодёжной одежды, расположенных неподалёку от их любимого Западного парка.
Гуляя по историческому центру города, где многочисленные магазины органично вписывались в архитектуру города, на улице Принсеса молодые посещали известные бутики «Зара» и «Манго». На её продолжении – улице Гран-Виа они посещали ультрамодные магазины «Мадрид Рок» и «Ла Каса дель Либро», где можно было приобрести товары известных марок. По пути заходили они и в дорогие магазины на чистых улицах Веласкес и Серрано, в частности в торговую галерею популярных дизайнеров «Сад Серрано».
Попутно молодые не забывали подкрепиться в ресторанах или кафе.
Сладкоежка Рауль любил возить Исабель и по кондитерским. Среди них были известные кондитерские «Каса Мира» и «Салинас», а также самая старинная кондитерская «Дель Посо», в которой по незабытым рецептам пеклись изделия из мёда, сахара и орехов.
Посещали они и другие традиционные магазины сладостей, имевших в Мадриде весьма широкий ассортимент, как, например, магазин «Карамелос Пако», где можно было сразу попробовать различных лакомств с кофе или чаем, а также культурно отдохнуть.
Однако изящная девушка, поддерживавшая свою фигуру, не поддерживала подобных частых поездок.
Поэтому обычно, после занятий в университете, молодые, перед тем, как пуститься в путешествие по центру Мадрида, посещали ресторан «Metro Bistro», размещавшийся в доме 21 на пересечении улицы Феррас, на которой жил Рауль, и улицы Эваристо Сан Мигеля. Среди множества других, они постепенно выбрали именно этот небольшой ресторанчик, располагавшийся поблизости от парка, в центре которого находился Храм Древнего Египта Дебод, стоявший ранее на Ниле и имевший более чем двух тысячелетнюю историю. Испания получила его в подарок за оказанную помощь при спасении в Египте нубийских храмов, находившихся на территории, подвергающейся затоплению при строительстве Асуанской плотины.
Поэтому этот храм, посвящённый египетскому богу Амону и богине Исиде, и в своей основе имевший часовню с первозданными рельефными изображениями, окружили водой и великолепными пейзажами, которые позволяли вечерами, при удачной подсветке, словно почувствовать магию древних египетских ритуалов.
В этом ресторане они периодически могли заранее бронировать столик на двоих. А его внутреннее убранство, атмосфера, персонал и средиземноморская кухня обеспечивали влюблённым тёплую, почти интимную обстановку в чистом, практически стерильном, помещении.
Однако многие вечера Раулю и Исабель, то вместе, а то и порознь, приходилось заниматься в различных читальных залах многочисленных библиотек своего университета. Но они не забывали и спорт.
Через перекрёсток за общежитием аргентинских студентов размещался открытый плавательный бассейн и теннисные корты, которые молодые периодически посещали до похолодания.
Исабель неплохо плавала, и всё время обыгрывала Рауля в теннис.
– «Ты у меня прям Габриэла Сабатини!» – выдал он комплимент любимой.
Исабель в ответ рассмеялась:
– «Так мы с нею подружки, в одном клубе занимались! Габи младше меня всего на год, но всё время меня обыгрывала!».
– «Ещё бы! Она же профессионалка, серебряный призёр Олимпиады в Сеуле! Вон, в прошлом году ещё и открытый чемпионат США выиграла у самой Штеффи Граф!».
– «О-о! А ты, оказывается, в этом разбираешься!? Да! Это была её первая победа в турнирах Большого Шлема! Тем более в двух сетах над Штеффи – её главной и самой трудной соперницей! Ох, как я за неё переживала!».
– «Странно? Я почему-то тоже за неё болел!».
– «Так не мудрено. Ты разве не заметил, что мы с нею чем-то очень похожи? У нас даже внешние данные схожи и вес! Я, правда, чуть выше, на пять сантиметров! Ты на неё обратил внимание, наверно потому, что это видимо твой тип женщин?!».
– «Да, но ты у меня явно красивее! И ноги у тебя длиннее!» – словно невзначай провёл он рукой по бедру Исабель, обнимая любимую за высокую талию, привлекая к себе и целуя в губы.
Но главным в общении Рауля и Исабель была всё же культурная программа. Они начали её с посещения главного оперного театра Мадрида – Королевского театра на площади Ориенте, инициатором создания которого являлась королева Исабель вторая.
Этот театр, расположенный напротив резиденции испанских королей, был временно переоборудован в концертный зал и вскоре закрывался на реконструкцию снова в оперный театр. Молодые успели побывать только на концертах Национального оркестра Испании и Симфонического оркестра Испанского радио и телевидения.
Продолжая музыкальные экскурсии, Рауль с Исабель посетили и только что переехавшую в новое здание на площади Кастилья, Королевскую консерваторию Мадрида. Далее последовал Испанский театр и Театр комедий, оба располагавшиеся недалеко друг о друга по улице Принсипе соответственно в домах 25 и 14.
Периодически они посещали кинотеатры на улице Гран Виа, являвшейся мадридским Бродвеем. В некоторых из них кинофильмы можно было посмотреть даже на языке оригинала. Но Рауль специально водил Исабель только на фильмы на испанском языке.
Но основные их походы в выходные дни приходились на многочисленные музеи испанской столицы.
Первым делом они посетили самый известный музей Мадрида – Прадо, размещавшийся на одноимённой площади. Его картинную галерею, во многом известную благодаря картинам Франсиско Гойи «Маха обнажённая» и «Маха одетая», «Фрейлины» Диего Веласкеса, картинам Эль Греко, а также полотну голландского живописца Иеронима Босха «Сад наслаждений», можно было сравнить только с собраниями картин Лувра и Эрмитажа.
В Прадо были собраны самые выдающиеся и известные произведения не только испанской, но и итальянской и фламандской изобразительных школ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
