могут почитаться представителями Русской Православной Церкви на означенной Конференции. Полномочия же, данные митрополиту Евлогию Высшим Церковным Управлением на Юго-Востоке России, делегировавшим названного митрополита на Женевскую Конференцию в 1919 году, истекли в том же году Помимо сего, митрополит Евлогий, как запрещенный в священнослужении иерарх, и прот. Булгаков, как подчиняющийся запрещенному в священнослужении иерарху, не только не имели и не имеют права выступать от имени Русской Церкви, но даже голос их не может почитаться голосом православного иерарха и священнослужителя[663].
Архиепископ Кишиневский и Хотинский Анастасий 1/14 июля 1927 года доложил Синоду о результатах своих переговоров с митрополитом Евлогием и его викариями[664].
А епископ Дубенский Серафим, Управляющий русскими православными общинами в Болгарии, даже высказался о необходимости лишения священного сана митрополита Евлогия и протоиерея Григория Прозорова. Решение передавалось Собору архиереев[665].
Архиепископ Иннокентий, Начальник Российской Духовной Миссии в Китае и епископ Шанхайский Симон представили
Синоду, а затем и Собору составленный ими обвинительный акт митрополита Евлогия[666], а епископ Лубенский Серафим, Управляющий русскими православными общинами в Болгарии – составленный им обвинительный акт митрополита Платона[667].
Синод заслушал письмо митрополита Евлогия на имя Председателя Архиерейского Синода, от 20 июля / 2 августа 1927 года за № 1528, в ответ на свое приглашение на предстоящий Собор архиереев и ответ митрополита Антония на это письмо, от 12 / 25 августа 1927 года за № 956. Об этом факте решено было доложить предстоящему Собору архиереев, а переписку напечатать в журнале «Церковные Ведомости»[668].
Архиепископ Японский Сергий, Начальник Российской Духовной Миссии в Японии высказался относительно декларации митр. Сергия[669].
Было получено заявление некоторых мирян из Ниццы без подписи от 9/22 сентября 1927 года, в котором был выражен протест против декларации митрополита Сергия[670].
Церковный раскол в русской эмиграции коснулся и Северо-Американской епархии, что также нашло весомое отражение в повестке заседаний Архиерейского Синода за 1927 год[671]. В январе епископ Сан-Францисский Аполлинарий обратился в Синод с заявлением о том, что он не подписывал резолюцию, разосланную от имени русских епископов в Америке, а также то, что он на собрании епископов 9-10 сентября участия не принимал[672]. Тогда же была получена жалоба группы прихожан в Северной Америке на действия митрополита Северо-Американской епархии Платона[673]. От священника Американской епархии С. Бурдыкова был получен рапорт о положении церковных дел в Северной Америке[674]. Синодом были также получены телеграмма и письмо епископа Сан-Францисского Аполлинария с извещением о состоявшемся в Нью-Йорке собрании русских епископов и об увольнении его митрополитом Платоном от должности викарного архиерея. В своих телеграмме и письме на имя уволенного владыки Председатель Архиерейского Синода посчитал нужным дать необходимые ответы. Синод, утвердив сделанные Председателем распоряжения, постановил запросить архиепископа Кишиневского и Хотинского Анастасия – согласен ли он принять назначение в Северную Америку в случае увольнения митрополита Платона[675].
Секретарь Союза духовенства Северо-Американской епархии священник С. Бурдыков вновь докладывал о положении церковных дел в Северной Америке. И в связи с данным рапортом последовало распоряжение Председателя Архиерейского Синода[676].
Нельзя не упомянуть следующей весьма примечательной переписки, состоявшейся между Архиерейским Синодом и отколовшейся от него частью Северо-Американской епархии. В своем письме от 12 января 1927 года на имя митрополита Антония протоиерей Л. Туркевич убеждал своего адресата:
По распоряжению Его Высокопреосвященства, Высокопреосвященнейшего Митрополита Платона, в ответ на Ваш запрос к нему от 28 ноября / 2 декабря 1926 года за № 1471, честь имею сообщить Вашему Высокопреосвященству, что упоминаемое в означенном запросе предложение Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей, от 17/30 июля за № 908, которое могло быть получено в Америке во время пребывания Владыки Митрополита в Европе, в действительности Его Высокопреосвященством ни в то время, ни впоследствии, вплоть до настоящего времени получено не было и, по-видимому, затерялось, ввиду чего до получения дубликата не представляется возможным составит суждения по содержанию сей бумаги[677].
В справке к делу говорилось, что Председатель Архиерейского Синода митрополит Антоний предложил Управляющему Синодальной Канцелярией:
Письмом на бланке последнего, сообщить Высокопреосвященному Митрополиту Платону справку по делу Во исполнение сего Управляющий Синодальной Канцелярией отправил Владыке Митрополиту Платону письмо, от 26 января – 8 февраля сего года за № 159, следующего содержания: «Протоиерей Леонид Туркевич сообщил Председателю Архиерейского Синода Высокопреосвященному Митрополиту Антонию, что Вашим Высокопреосвященством не получено предложение Архиерейского Синода, от 17/30 июля минувшего года за № 908. Вследствие сего и по распоряжению Высокопреосвященного Митрополита Антония при сем имею честь представить Вашему Высокопреосвященству дубликат означенного предложения и при этом доложить, что упомянутое предложение за № 908, выслано было Вашему Высокопреосвященству в Нью-Йорк и получено оно протоиереем Л. Туркевичем 26 / VIII, как видно из почтовой обратной расписки»[678].
От архиепископа Кишиневского и Хотинского Анастасия была получена телеграмма, в которой тот выражал просьбу не назначать его в Северную Америку Все же Архиерейский Синод просил митрополита Антония переговорить по данному вопросу с владыкой Анастасием лично, «по приезде его в Сербию, куда он уже выехал»[679].
В феврале-марте архиепископ Анастасий оповещал о делах Северо-Американской епархии[680].
Была получена переданная по телеграфу просьба православных Детройта о командировании в этот город епископа Сан-Францисского Аполлинария. По этому поводу последовали соответствующие распоряжения Председателя Архиерейского Синода[681].
Приняв к сведению сообщения временно Управляющего Северо-Американской епархией епископа Сан-Францисского
Аполлинария о положении церковных дел в Северной Америке, Архиерейский Синод посчитал нужным разъяснить ему:
Потребованное Митрополитом Платоном от Архимандрита Алексия при наречении клятвенное обещание на верность и подчинение ему – М. Платону, персонально – незаконно и не имеет силы, так как при наречении дается обещание верности своему каноническому епархиальному Архиерею без отношения к данному лицу и пока он состоит таковым и церковной властью не смещен[682];
хиротония архимандрита Алексия во епископы, совершенная митрополитом Платоном с нарушением канонических правил и на кафедру, канонически не освобожденную, является
вообще недействительной и вопрос о сем подлежит особому суждению иерархическому (на Соборе или в Синоде), если бы о сем возбудил вопрос Архимандрит Алексий[683].
Было заслушано сообщение О. Свирубской и заявление группы прихожан по церковным вопросам в Северо-Американской епархии, а также была выражена жалоба на митрополита Платона[684].
Безусловно позитивно Архиерейский Синод воспринял сообщение временно Управляющего Северо-Американской епархией епископа Сан-Францисского Аполлинария, когда тот, докладывая о церковных делах
