Вид скальной «постройки» сразу заставил его насторожиться, а на вопрос шамана, что это, он ответил:
– Припоминаю, что это не дом, а скала. Я уже был внутри и весьма удивлюсь, если те, кого мы ищем, также не заглянули туда, чтобы хотя бы осмотреть место. Это… Дьявольщина!
Белый охотник соскочил с коня и стал обследовать твердые базальтовые скалы. Очень скоро он наткнулся на след сиу.
– Здесь проехало много людей, проехало не больше часа назад, – произнес он. – Не уверен, были ли это сиу. А с другой стороны, кто, кроме них, мог быть здесь? Да еще такой большой компанией?! Очень подозрительно. Сейчас мы разделимся: пусть несколько человек объедут всю эту «постройку» вокруг, остальные – к «дому».
Он – впереди, остальные – следом за ним галопом погнали лошадей к скалам. Постройка вмиг была окружена, и Разящая Рука один осторожно двинулся внутрь, поручив своим людям следовать за ним только в том случае, если он выстрелит.
Он исчез из виду на долгое время, а когда снова появился, лицо его было серьезным и задумчивым.
– Я охотно позволил бы моим краснокожим братьям осмотреть это интересное скальное образование, напоминающее творение человека, но мы не должны терять ни минуты. Белые вместе с Вокаде взяты в плен сиу и час назад уехали отсюда.
– Мой белый брат знает это точно? – спросил Огненное Сердце, шаман апсарока.
– Да. Я видел все их следы и хорошо прочитал их. Толстяк Джемми оставил мне знак, и я надеюсь, он еще даст нам знать о направлении движения сиу.
Он показал найденные клочки шубы. Это были всего пять или шесть волосинок – верный знак того, что они в самом деле с «облысевшей» шубы Толстяка.
– Что собирается делать Разящая Рука? – спросил краснокожий. – Он пойдет по следам огаллала?
– Да, и не откладывая.
– Разве мы не настигнем их у реки Огненной Дыры, когда встретимся с Виннету?
– Да, лучше всего было бы встретить их там, но они могут убить пленных раньше.
– А разве они хотят лишить их жизни не в день Полной Луны?
– Охотника на Медведей и пятерых его спутников – да… Но жизнь наших друзей может оборваться и раньше. В самой большой опасности сейчас смелый Вокаде. Они считают его предателем. С ним первым может случиться самое худшее. Едем немедленно. Или мои красные братья думают по-другому?
– Нет, – ответил Огненное Сердце. – Мы рады прямо сейчас отправиться по следу огаллала. Тяжелый Мокасин должен стать моей добычей! Едем!
Глядя на лицо шамана в этот миг, можно было не сомневаться, что предводитель сиу-огаллала умрет страшной смертью, если попадется в руки апсарока.
Разящая Рука снова стал во главе отряда, и скачка была продолжена, только теперь в западном, а не в восточном направлении.
Но идти по следу пятерых оказалось не таким уж легким занятием, Разящая Рука и его спутники еще вынуждены были ограничивать скорость своих лошадей. Землю покрывала твердая вулканическая порода, и о настоящих следах от копыт и речи быть не могло. Маленькие камни, крошившиеся под ногами лошадей, были единственным и к тому же весьма ненадежным ориентиром даже для белого охотника. А потому требовалось напрягать все свое внимание.
Но то, что они, несмотря на все сложности распознавания следов, продолжали идти по следу огаллала, доказывали клочки меха, которые время от времени попадались по пути. Даже апсарока и шошоны, как известно, сами великолепные следопыты, восхищались мастерством знаменитого охотника.
Через некоторое время им пришлось взять влево, то есть на юго-запад. Они достигли подножий горной цепи, образующей водораздел. Если кто-нибудь в этот момент взглянул бы с вершин горного хребта вниз, то справа он бы увидел нити водных потоков, несущих свои воды через Йеллоустоун и Миссури к старушке Миссисипи, а значит, в Мексиканский залив, а слева, в бескрайней долине, горные потоки впадали в реку Снейк, по ней мчались дальше на запад и в конце концов достигали Тихого океана.
Климат здесь прекрасный. Почва богата перегноем, а стремительно несущиеся ручьи не содержат ни грамма серы – они несут свежую, целебную воду, питающую окрестные растения. Естественно, здесь просто море травы, поднимаются кусты и деревья и следы видны отлично.
Но день уже клонился к вечеру. Лошадей заставили прибавить в темпе, чтобы успеть засветло проследовать по отпечаткам как можно дальше. Наконец вершины водораздела были достигнуты. Затем отряд снова спустился вниз и стал лавировать среди скальных обломков, продираясь сквозь кусты и продолжая свой достаточно тяжелый, а местами опасный путь, который даже индейцам вовсе не пришелся по вкусу. А потом наступил вечер. Различать следы стало уже невозможно, и, чтобы не сбиться с пути, всадники остановились.
Если до сих пор между членами отряда царило молчание, то и в лагере они не стали разговорчивее. Оно и понятно. Они чувствовали, что стоят на пороге решающих событий. В таком положении человек обычно предпочитает побольше думать и поменьше говорить.
Костры разжигать не стали. Разящая Рука по следам прочитал, что огаллала имели по сравнению с ним преимущество едва ли в две английские мили. А если те стали лагерем, то преследователи, сами о том не подозревая, могли оказаться от них так близко, что враги заметили бы огонь, а следовательно, узнали бы, что за ними погоня.
Каждый завернулся в свое одеяло и спокойно лег, но, разумеется, только после того, как были выставлены часовые. Едва забрезжил рассвет, они снова были в пути.
Глава XI
Следы огаллала читались еще и сегодня. По прошествии примерно получаса Разящая Рука сделал вывод, что сиу вчера на ночлег не останавливались. Они, видно, решили не позволять себе ни малейшей передышки, пока не достигнут реки Огненной Дыры.
Это был дурной знак: похоже, огаллала, затевали какую-то новую каверзу. Растительность вскоре почти исчезла, и вместо мягкой земли копыта животных снова ударялись о твердую вулканическую породу, что затрудняло их бег и, конечно, снижало скорость.
Потом стало вообще невозможно различить хоть какой-нибудь след. Разящей Руке оставалось надеяться лишь на то, что сиу-огаллала продолжали двигаться прямо, а потому он не стал сворачивать. Вскоре он понял, что не ошибся. Перед ним выросли горы Огненной Дыры, за которыми начинались знаменитые бассейны неутомимых гейзеров. Здесь снова появилась растительность и даже лес, состоящий в основном из хвойных пород.
Весь берег одного из ручьев, струившихся среди травы, был буквально истоптан конскими копытами. Отпечатки шли вдоль воды и ясно говорили о том, что сиу поили тут своих животных. Итак, следы, к счастью, появились вновь, и с этого места вплоть до горных вершин они оставались настолько четкими, что сбиться с дороги было просто невозможно.
