Читаем без скачивания Имперская гвардия: Омнибус - Стив Лайонс

— Продолжай в том же духе, Банник, — сказал Кортейн, не отрывая пальцев от командной консоли. — Не позволяй им повредить реактор.

Из люка в башне боевой крепости вылез огромный орк, вместо левой руки у него была силовая клешня размером с человека. Взмахнув ею, орк взревел, бросая вызов, и его танк снова дал залп по «Гибельному Клинку».

— Вот, нашел, — объявил Эппералиант. — Логическое устройство предлагает бить по вот этой точке. Проверьте ауспики, передаю вам данные.

— Не очень-то похоже на слабое место. Ганлик? — спросил Радден.

— Готов по твоему сигналу, — ответил второй наводчик.

— Зарядить бронебойным, Радден, — приказал Кортейн.

— Бронебойный! — крикнул Радден.

— Заряжаю бронебойный, — подтвердил Мегген.

В башне Радден, поцеловав свою руку, хлопнул по снаряду, пока Мегген заряжал его в казенник.

— Лазерная пушка правого спонсона отключилась! — доложил Марселло.

— Кабели, кабели! Не стреляйте так часто, подождите пару секунд между выстрелами, вы перегружаете предохранители! — техноадепт Форкосиген начал читать литанию, пытаясь снова включить орудие.

— Готов! — доложил Радден.

— Готов! — повторил Ганлик.

— Огонь! — скомандовал Кортейн.

Снаряд Раддена, просвистев в воздухе, попал в орочий танк, глубоко вонзившись в его борт. Снаряд Ганлика из пушки «Разрушитель» влетел следом за ним. Вождь орков успел еще раз взреветь, прежде чем вместе со своим танком исчезнуть в вихре огня и металлических обломков.

— Цель уничтожена. Хорошая работа, — сказал Кортейн. — Время до взрыва?

— До взрыва семнадцать минут, — доложил Эппералиант.

— Где эта чертова «Саламандра»?

Эппералиант взглянул на экраны.

— Она получила попадание.

Взяв микрофон, он начал вызывать их по воксу. Ему отвечал еле слышный голос, заглушаемый помехами.

— Они в тридцати метрах позади нас. У нас нет времени, мы сделали свое дело, давайте выбираться отсюда.

— Помолимся за души павших Императору, — тихо произнес Банник.

— У нас есть время, — возразил Кортейн. — Я намерен спасти этих людей.

Банник на секунду задумался, глядя, как зеленоватые силуэты легких орочьих машин мелькают в прицеле, словно светлячки. Что он должен сделать? Он вспомнил детство, вспомнил статую героя — что бы сделал тот человек на его месте?

Он решился.

— Сэр, я пойду. Я выведу их.

— Ты?

— Да, сэр, если на то будет воля Императора.

Кортейн долгое мгновение оценивающе смотрел на него.

— Мне в свое время доводилось видеть и просто благочестивых дураков, и настоящих святых. Кем же являешься ты?

— Сэр?

Кортейн быстро принял решение.

— Иди. Только быстрее. У тебя пятнадцать минут! Аутленнер, выводи нас отсюда, задний ход, скорость две трети, сосредоточить огонь на целях в передней полусфере, схема Маузер. Марселло, прикрываешь корму.

Банник кивнул, поблагодарив Кортейна, и поднялся в башню, а оттуда наружу, не отвечая на вопросы Раддена.

Он спрыгнул с башни на броневую крышу главной палубы и перескочил через фальшборт. Это был прыжок с высоты три с половиной метра, но гравитация Калидара была невысокой, и Банник смягчил удар, перекатившись. Вскочив на ноги, он сразу же бросился к «Саламандре». Снаружи рев двигателя «Гибельного Клинка» был оглушительным. Башни и стволы орудий поворачивались то в одну сторону, то в другую, изрыгая огонь и смерть, сея опустошение среди орков. Из тьмы вырвался грузовик, полный орков, потом еще один, потом еще. Одна из этих машин получила попадание с «Гибельного Клинка» и, рыскнув в сторону, опрокинулась, высыпав орков на песок. Они сразу же вскочили и побежали к валу.

Стренкелиос и его солдаты, наконец, прибыли; ряды дисциплинированных штурмовиков заняли позиции на гребне вала и обрушили на орков залпы лазганов, их фланги прикрывали «Химеры». Ночь осветилась выстрелом плазмагана, похожим на небольшое солнце. Плазменный заряд взорвался, словно миниатюрная сверхновая, испепелив орка-мотоциклиста, капли расплавленной стали разлетелись по пустыне; в кратере, оставшемся от попадания, песок спекся и раскалился докрасна. Орочьи грузовики высадили своих пассажиров, и толпы зеленокожих бросились к валу. Многие из них погибли, но некоторым все же удалось дойти до рукопашной, и они разбрасывали людей во все стороны, пока не были убиты. Стренкелиос был впереди, управляя огнем своих солдат, и сам обезглавил орка мечом. Из ворот рудника выбегали новые орки. Банник бросился дальше, «Саламандра» была уже почти рядом.

«Леман Русс Каратель», взревев мотором, преодолел гребень вала, его роторная пушка раскручивалась. Танк остановился, поворачивая башню.

Его орудие было направлено прямо на Банника. Лейтенант бросился на землю, и тысячи раскаленных добела снарядов прочертили темноту ночи над ним, такие яркие, что оставляли следы в глазах. Град пуль прекратился почти так же быстро, как и начался, и Банник оглянулся, увидев мокрые от крови останки разорванных в клочья орков, устилавшие песок широким конусом позади него. Мысленно возблагодарив Императора, он снова побежал к «Саламандре».

На полу разведывательной бронемашины, скорчившись в луже собственных внутренностей, лежал связист. Командира «Саламандры» нигде не было видно, стрелок сидел на полу, пытаясь остановить кровотечение из тяжелой осколочной раны на руке. Банник быстро оказал ему помощь.

— Держись! — крикнул лейтенант ему в ухо и протолкнулся к двери в закрытое отделение управления. Водитель лежал лицом на приборной доске — мертв. Банник столкнул его в сторону и сел на его место.

«Император, дай мне скорости», мысленно взмолился он. «Не ради меня, но ради тех людей, которых иначе замучают орки».

Он врубил переднюю передачу, выжимая из форсированных двигателей все возможное. «Саламандра» рванулась вперед, плотно спрессованный песок был почти таким же твердым, как настоящая дорога. Этот вариант «Химеры», освобожденный от тяжелой брони, был достаточно легким, чтобы сравниться в скорости с орочьими багги. Несколько из них, перестав крутиться вокруг «Гибельного Клинка», бросились в погоню за «Саламандрой», пули из их тяжелых стабберов застучали по броне. Удар — и Банник на мгновение оказался лицом к лицу с оскалившимся орком, вцепившимся в смотровую щель, прежде чем орка сбросило с машины. Багги попыталась обогнать «Саламандру», хохочущий орк-стрелок начал разворачивать ракетную установку, чтобы выстрелить прямо в борт, но выстрел лазерной пушки разрезал багги пополам, и «Саламандра» подпрыгнула, переехав ее обломки.

Восемь минут.

В центре впадины песок был мягче, замедляя ход разведывательной бронемашины. Оставалось пятьсот метров.

«Саламандра» разорвала проволочное заграждение, окружавшее клетку с пленниками. Банник дернул рычаг, останавливая одну гусеницу и разворачивая машину. Вскочив с сиденья, он перепрыгнул через труп водителя.

Он пытался не смотреть на замученных людей, наколотых на шесты вокруг загона. Зловоние сожженной человеческой плоти проникало даже сквозь респиратор.

Он подбежал к двери клетки. Выхватив лазерный пистолет из кобуры, он застрелил гретчина, который стоял у двери, злобно шипя.

Люди, изумленно глядя на него, поднялись на ноги. Их руки и ноги были освобождены от колодок, и они догадались замотать лица обрывками униформы. Возможно, им даже удастся избежать пневмокониоза. Всего уцелевших пленников было около дюжины.

Три выстрела, и замок клетки сломан.

Шесть минут.

— Все на выход!

Людей не требовалось подгонять, менее пострадавшие помогали более слабым.

— Уложите раненых! — приказал Банник, и невредимые гвардейцы начали укладывать раненых в боевом отделении «Саламандры», выбросив мертвое тело связиста на песок. Двое тяжело раненых вопили от боли, когда их истерзанная плоть подвергалась новым страданиям.

Банник быстро осмотрел загон. Восемь пленников были мертвы, трое еще живы, но так насажены на шипы и замотаны цепями, что не было шансов освободить их вовремя.

Банник, поморщившись, выстрелил каждому из них в голову. Их глаза были выдавлены, носы отрезаны, кожа содрана. Даровав несчастным милость Императора, Банник ощутил, как его ненависть к оркам становится все сильнее.

— Пошли! — крикнул он, махнув рукой людям в машине. «Саламандра» была рассчитана на экипаж из пяти человек, и в ней едва хватило места, чтобы втиснулись двенадцать. — Рудник сейчас взорвется!

Вскочив в «Саламандру», он снова залез в отделение управления.

Четыре минуты.

На этот раз «Саламандра», отягощенная дополнительными пассажирами, шла немного медленнее, ее гусеницы менее уверенно цеплялись за мягкий песок в центре кратера, но все равно двигалась достаточно быстро. Изуродованные трупы пленников вскоре остались позади, шпиль рудничного комплекса становился все меньше и меньше. Когда «Саламандра» выбралась на более твердый песок, ее скорость заметно выросла. Солдаты в боевом отделении разобрали аварийные комплекты в поисках респираторов и держались изо всех сил, чтобы не вылететь из машины.