Князь Юрий, как мы помним, получил Галич от отца по духовной грамоте. Это был очень ценный удел. Дело в том, что здесь добывали соль (отсюда так много тут «сольных» названий, включая и ближнего «двойника» Галича — Соли-Галич). А товар сей был просто «золотым». Без него — никуда. Такой удел приносил постоянный доход. Об этом знали и в Орде, потому требовали отсюда повышенной дани.
По крайней мере, Дмитрий Донской своего любимого сына не обидел. Галич сполна заменял многие другие владения иных родственников. Что-то вроде современных нефтяных промыслов: прибыль «течет» постоянно и производится природой сама собою. А соль ведь предмет первой жизненной необходимости. Не подсолишь, как говорится, не поешь.
Может быть, по этой причине в галичских краях люди селились издревле. Кстати, исходя из того, что тут жил народ «меря», сам город и стали величать Галичем Мерьским. А мы добавим к этому важное замечание. Название «Мерьский» обязательно следует писать с мягким знаком (как это и делали в царской России). Потому что оно произошло не от слова «мерить» или «отмерять» (как у поэта А. Блока, или даже от соляных промыслов, где как раз и отмеряли вес), а от имени народа! Необходимо, наконец, поставить точку в различном написании и подчеркнуть этим самым «соляной титул» этого града.
Кроме этого, само княжество следует именовать не Галицким, как бывшее одноименно южное, а Галичским, что и делают некоторые историки, дабы не было путаницы.
Народ меря, или мерячи, в свое время как будто был в числе тех, кто согласился призвать Рюрика править Русской землей. Говорят, они даже участвовали в походе на Царьград, а потом, не приняв христианства, ушли в эти северные края, слившись с мордвой и русскими. Так и оставили меря здесь свои «следы» в названиях.
Как пишет Сытин, «только в Галиче удержались следы языка мерячей: некоторые урочища, сёла и города Костромской губернии носят еще названия, данные первобытными обитателями, как то — реки: Нея, Шуя, Андоба, Индоса, Кусь, Тебза; озера: Неро, Нико, Рамин; села: Шебано, Емена, Юхоть, Кледем, Ликурга; города: Нерехта, Кинешма, Чухлома и проч.».
Но ведь Галич — южнорусское название, как принято считать. Это явный повтор в наименовании города, о котором мы уже говорили, когда двойник прежнего русского города переносился на Север (как Звенигороды или Переяславли). А как поселение на месте Галича называлось до этого, «по-мерьски»? Мы или не знаем, или… Галич-южный также был назван благодаря мерьскому языку и обитавшим тогда еще в его округе представителям народа меря?! Это вовсе не утверждение, а простое (хоть и спорное) предположительное размышление «по ходу», для будущих изысканий…
* * *
Русские летописи «вспоминают» существование северного Галича уже в 1238 году, во времена монголо-татарского нашествия. В те времена враги Руси наткнулись на сильную городскую крепость, которая была возведена на высоком холме, именуемом Балчуг. Считается, что к основанию града еще ранее имел отношение князь Юрий Долгорукий, Данное утверждение трудно как подтвердить, так и оспорить.
Кстати, Галич Мерьский можно назвать «Городом Трех Крепостей». Редко, когда встретишь остатки нескольких мощнейших цитаделей Средневековья в одном месте, границы которых словно очерчены какой-то огромной десницей и сохранились по сей день. Первую из них возвели еще в добатыевские времена. Другую — уникальную и почти неприступную — построил князь Юрий Дмитриевич Звенигородский. Затем — еще одну — начал сооружать его сын Дмитрий Юрьевич Шемяка, а закончил отобравший все у него великий князь Василий Васильевич.
Из-за крепостной «троичности» весь город словно переворочен остатками крутых валов и глубоких рвов. Его как будто перерыли циклопической лопатой в поисках не столько таинственного клада, сколько защиты от опасных врагов, которая, в конце концов, оказывалась эфемерной. Крепости выручали, но временно, высокие холмы и валы в конечном итоге — не спасали от полного разорения. Но по причине стараний устроителей, готовящихся к нападению злых ворогов, пейзажи пересеченной местности Галича Мерьского до сих пор производят неизгладимое впечатление.
Самостоятельным княжеством, платившим дань Орде, Галич с окрестными землями стал в 1246 году, когда скончался великий князь Владимирский Ярослав Всеволодович. То был уже один из главных уделов Северо-Восточной Руси. Видимо, все из-за той же соли, не создававшей проблемы — на какие средства строиться.
Наступил XIV век. Галичские земли прикупил Московский князь Иван Калита. Самостоятельность местных князей утратилась. Вот почему князь Дмитрий Донской распоряжался этими землями как совершенной своей собственностью.
* * *
Юрию Дмитриевичу достались просторы вокруг Галичского и Чухломского озер, левые берега великой Волги, леса, поля и луга вдоль реки Костромы, а также по основным ее притокам. К ним же присоединялись земли вокруг рек Унжа и Ветлуга. На расстоянии однодневного переезда на лошадях от Галича разрослись города Соль Галичская (нынешний Солигалич), Унжа и Чухлома. Князь Юрий присоединит к Галичскому уделу еще и город Вятку, о чем сообщает нам его договорная грамота с правящим Москвой племянником — Василием Темным.
Орда и Волжская Булгария торговали с Новгородом, Псковом и Бежецким Верхом — через галичские земли. Получалось, что княжество утвердилось на территории не совсем удаленной от других центров Северо-Восточной Руси.
В 1363 году удельное княжество Галичское было присоединено к Московскому окончательно. У последнего удельного Галичского князя из рода Ярослава Всеволодовича — Дмитрия москвичи город отобрали без проблем.
В одной из многих грамот, которые Московские князья подписывали со своим соперником и родственником князем Владимиром Андреевичем (эту заключил с ним Дмитрий Донской), впервые, в 1371 году «промелькнул» город Галич. Как уже московский. Вот что поведал нам этот плохо сохранившийся документ, отдельные части которого истлели почти до полной невозможности разобрать написанное.
«Жити по сей грамоте… Господине, дал в удел Галич, Димитров с волостьми и с селы.,. И твоим детем под моими детьми и до живота; а добра… до живота; а блюстити, Господине, вотчины моее и Московское… блюсти, а не обидети, и твоим детем. А рубеж Галичю и Дмитрову… Пожалует нас Бог, найдем тобе, князю Великому великое… Князю Великому, брату моему старшему».
Теперь Дмитрий Иванович мог завещать княжество кому угодно.
Юрий Дмитриевич, получив этот удел, точно как и в Звенигороде, после похода на Булгар, стал строить в Галиче Мерьском свою крепость. Новую, современную, мощную. Но все так же — деревянную, обмазанную глиной (против огненных стрел), а потому, в перспективе, недолговечную.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
