за вторую декаду декабря.
4) Преступна система выдавать продукты лучшего качества в конце месяца. Это дает возможность имеющим запасы быть все время в лучшем положении.
5) Отсутствие общественного контроля над зав. столовыми позволяет всему населению считать их «ворами». Вырезанные граммы должны взвешиваться.
6) Необходим привоз в Ленинград врачей, которых остро не хватает. Врачи по вызову приходят на 4–5 день, когда уже поздно, или вообще не приходят.
7) Необходимо ускорить процесс регистрации смерти, чтобы трупы не лежали в жилых комнатах по несколько суток.
8) Надо, чтобы каждый жакт в подвалах устроил покойницкую. Это, во-первых, облегчит и ускорит работу врачей, ликвидирует заразу в квартирах и прекратит моральный гнет существования с мертвецами.
9) Необходимо коммунальному хозяйству взять на себя вывоз трупов, из созданных при жактах покойницких, так как на себе перетаскивать мертвых слишком непосильно, транспорта нет, и мертвые, повторяю, лежат иногда в комнатах, где спят и едят, по 10 дней.
10) Необходимо увозить в больницы заболевших поносами и дезинфицировать квартиры.
11) Необходимо немедленно завести в город бактериофаг, бесалол и другие лекарства.
12) Необходимо, чтобы Вы выступили по радио и Вашим словом окрылили всех. Это не значит, что кто-то пал духом, это только жажда народа слышать слово своего вождя.
13) Необходимо по радио врачам прочитать лекции:
а) о том, как нужно съедать свой паек (так как большинство полученный хлеб съедают сразу, а весь день не едят ничего. Полученный паек тоже съедают в 3–4 дня, а потом голодают). Если врачи разъяснят систему питания – многие будут спасены;
б) о том, как бороться с начинающимися поносами, как их предупреждать и как не заражаться ими;
в) о том, как бороться с начавшейся вшивостью.
14) Необходимо по радио известить все население о том, чтобы не мерзло в очередях, что по всем магазинам будет проведена система выдачи лучших магазинов, т. е.
а) с утра вывешивается список, что и кому продается;
б) талоны на выдаваемое, с приблизительным указанием часа – выдаются самим завмагом;
в) завмаги не приступают к выдаче продуктов на новую декаду, прежде нежели выданы продукты на новую декаду.
15) Необходимо немедленно прекратить спекуляцию с рытьем могил (за то, чтобы вырыть могилу, берут 250 рублей и 750 г хлеба, без хлеба рыть не согласны. Это вопиющее безобразие).
Вот кратко та сумма предложений, которая у всех нас на устах и которая будучи немедленно проведена в жизнь позволит нам, учителям любимого города, с наименьшими ненужными жертвами дождаться близкого часа освобождения.
И чем ближе этот час, тем непереносимей видеть, что не все дождутся, а должны и могут при нашем пайке и большей организованности – все.
Извините меня, что пишу Вам о том, что Вам и так известно. Оправдание у меня одно. Я прошу не о себе. «Промедление – смерти подобно».
Город-герой обязан выжить!
Искренне преданная Вам Н. Мичурина, учительница 321-й школы.
11.1-42 г.».
Из докладной записки начальника Городского управления военизированной пожарной охраны: Ночью на 11 января возник серьезный пожар в шестиэтажном жилом доме № 5 по Геслеровскому проспекту. В обычных условиях тушение этого пожара не представляло бы никаких трудностей. В данном же случае пожар принял затяжную форму и большие размеры. Распространению пожара способствовали следующие обстоятельства. Во-первых, в процессе тушения пожара из-за израсходования бензина пришлось несколько раз менять на главнейших позициях автонасосы с приостановкой подачи воды. Во-вторых, бойцы из-за усталости и истощения очень долго проводили боевое развертывание, а позднее вяло работали в сфере пожара. Многие бойцы вышли из строя, причем троих в карете «скорой помощи» пришлось отправить в больницу. На смену долго работавшим бойцам из разных концов города были посланы пешком четыре отделения, т. к. из-за неимения бензина их нельзя было отправить на автомашинах. Сегодня, 12 января, этот пожар еще не ликвидирован, так как у бойцов недостает сил разобрать огромные груды обрушившихся и тлеющих конструкций, а также вскрыть междуэтажные перекрытия на значительной площади.
12 января 1942 года
Тока опять нет. Радио не работает. Вода подается с перерывами. Заводу дали право отпускать ежедневно 100 обедов с вырезкой только половины талонов [М. К.].
Кончился жмых, достать его негде, если разве только на рынке за 300 рублей килограмм! А где возьмешь столько денег? Наступили страшные дни! На улице мороз свыше минус 30 градусов, все застыло. О трамвайном движении нет и помину, даже рельсы заросли льдом. Автомобили попадаются крайне редко. В 7 часов вечера едва встретишь человека, даже на Невском. Все мертво.
В магазинах ничего не выдают уже две недели. Живем на скудном пропитании из хлеба, щей из воды и хряпы, без всякого жира. Люди падают на улицах на глазах и умирают. Они валяются замороженные по несколько дней, и никто их не убирает.
Около столовой, где дают суп из хряпы, после двух часов стояния на морозе, на помойке валяется труп молодого железнодорожника, умершего от голода, буквально на наших глазах, сегодня утром. <…> Вчера был у жены, мы варили желе из столярного клея. Обыкновенный столярный клей размочили в воде, порезали на кубики, добавляли шесть стаканов воды, соль, перец и лавровый лист. Ели с уксусом и горчицей. Плитка столярного клея на толкучке стоит 550 рублей.
У нас на службе заболело и умерло более половины сотрудников. Когда смерть доберется до меня? Или, может, спасет чудо? [А. А.]
<…>Мысли мешаются, и трудно разобраться. Настроение неопределенное. Хочется есть, и это главное. Нет дров, на улице около 40 градусов. Скоро полмесяца, как в магазинах не выдают никаких продуктов. В городе – голод. Люди живут на одном хлебе, которого далеко не вволю. Радио молчит. Это удручает еще больше. <…> Хотелось, чтобы все это было пределом наших мук, страданий. Темно почти круглые сутки. Воды нет. Уборные не работают. Бани не работают. Хочется верить в хорошее будущее, ибо его у меня не было. <…> Хотелось, чтобы все это поскорее стало воспоминанием. Дай, Боже, пережить! Мысли спутаны, сама не разберусь. Тяжко, но нужно пережить. Только бы пережить! [Б. 3-ва.].
«Заведующему отделом торговли И. А. Андреенко
По поручению Серафимы Васильевны Павловой, вдовы академика И.П. Павлова.
Заявление
Прилагая при сем справку профессора Кузнецова о желудочном заболевании свекрови, убедительно прошу и на этот раз не отказать нам в получении необходимого Серафиме Васильевне животного масла. Причиняемое нашей просьбой беспокойство мы вполне сознаем, но так хочется помочь любимой Серафиме Васильевне дожить до лучших времен, наступление, которых уже недалеко.
Невестка Павлова: Ев. Павлова
Резолюция: Дано указание Коновалову
14 января 1942 г.
Масла животного 0,5, крупы 0,3, сыра 0,5
[Подпись неразборчива]».
