Вон валяются.
Ножницы застенчиво выглядывали одним кольцом из-под валяющегося уже на них пса.
- Сонным зельем опоили, чтобы мы гостям не мешали гостевать в свое удовольствие, - покачал головой Джонатан. - И как прознали, что мы чаи гонять любим?
- Кхммм…- у Федора Артемьича стало очень задумчивое лицо.
- Понятно…
Желчь переждал прения и, когда все снова уставились на него, продолжил:
- Рассказали они так же странное, что возле арены их встретил двухголовый дьявол. Снизу он был толстый, черный и страшно пыхтел, а сверху он был худым, со светящейся пастью с огромными зубами. Глаза у него мигали то красным огнем, то зеленым. Когда они убегали, демон гнался за ними и кричал: «Мясо, мясо!» - ходоки напряглись, изо всех сил стараясь не смотреть на Невса. Кот, вытянув заднюю лапу вверх, вылизывал ее по всей длине с выражением полного удовлетворения на морде. - Их долго преследовали в темноте, рычали, хватали и всех исцарапали. - Невс громко чихнул и перевернулся на спину, выставив пузо. - И только когда рассвело, они смогли понять, где их лагерь.
Ходоки, как и индейцы, уже откровенно посмеивались.
- Как у нас говорят - у страха глаза велики, - выдала Марья очередную народную мудрость, и на сей раз, ее все поняли и согласились.
Когда шаги гостей стихли на тропе, Ло похлопал ладонью по столу:
-Невсик, ходи сюда-а-а…
Невс вскочил на стол, покрутился и уселся на самом углу так, чтобы всех видеть.
- Рассказывай, как ты творчески переработал шедевры мировой литературы, - улыбнулся Джонатан.
- Ну-у…
- Бременские музыканты и Собака Баскервилей! - хором выдали Эни и Дени.
- Бедный Булька, такого кабана на себе таскал, - посочувствовал собаке Оле. - Как ты его не раздавил!
- Ва-ушего Бульку, запря-угать можно! - возмутился Невс, хлестнув хвостом. - Зато-у пыхтел натура-ульно!
Булька на такое заявление приоткрыл один глаз, вздохнул и продолжил похрапывать.
- А зачем орал мясо?
- Для коло-уриту, - опять фыркнул кот. - Я «мяууу-со», орал, а у них вообра-ужение бурное.
У ходоков тоже было воображение, и ночную сцену они представили весьма живо и где-то даже пожалели жертв машинной изощренности. Но ооочень глубоко в душе!
ГЛАВА 23
По общему решению, раз уж день так начался, то и быть ему выходным. После позднего завтрака или раннего обеда, это как посмотреть, народ пошел по гостям. Третий день свадьбы тоже был праздником. Молодая жена уже в собственной типи, встречала гостей, своих и мужа. Танцы уже были не всеобщими, а местного значения. Теперь танцевали неженатые и незамужние, но под строгим присмотром старшего поколения. Видимо, чтобы молодежь не чувствовала себя брошенной и обездоленной. Яркие богатые вышивки из бисера и крашеных игл дикобраза, летящая бахрома, музыка флейт, барабанов и бубнов, гортанное пение - все это создавало атмосферу фантастического зрелища. Народ общался, продавал свои изделия и поделки. Шкатулки с бисером, выставленные на продажу Лазурной Птицей, чуть не спровоцировали военный конфликт среди индейских дам. Марья с горящими глазами выбирала ловцы снов. Она принесла на обмен лоскутное одеяло и теперь была владелицей чуть ли не лавки сувениров. Для начала бизнеса ассортимента точно хватило бы. Индианки, судя по схожести мать и дочь, уже вывешивали обновку на растяжке у типи, под завистливое цоканье соседок.
- И как ты все это барахло потянешь в наш мир? - ехидно прошипели у Марьи над ухом.
- Изыди, сатано! - не оборачиваясь, отмахнулась Марья. А чего оборачиваться? Ник, его и сеять не нужно, как сорняк, вылезет и хрен сотрешь. - Вот назло тебе с Дымом договорюсь и контрабандой все протяну!
- Ты его сначала найди того Дыма…
-Да чтоб тебе насолить, найду! - фыркнула женщина, оглядывая нарядную толпу, но ни Эни, ни Стаси не увидела. Сестренка Ю танцевала со своим Медведем, грациозно изгибаясь. Черная Трава потемнела лицом, глядя на них.
- У, змеище…- проворчала Марья.
- Мстить будешь? - от вкрадчивого вопроса Уны Марья подпрыгнула.
- Ха! Конечно! Я мстю, и мстя моя страшна…- пробормотала она на русском. - Жаль, ты моего языка не знаешь.
- Как и ты моего…- усмехнулась травница.
- Ты так уверена? - ответила ей Марья на лакота, с капец каким акцентом, но все же. Полюбовалась вытаращенными глазами Уны и добавила. - Понимаю гораздо лучше, чем говорю.
- Все понимают? - женщина оглядывалась, явно кого-то разыскивая.
- Нет. Джонатан знает отлично, а Дени с Эни тоже больше понимают, а говорят еще хуже меня.
Уна прыснула, а потом рассмеялась:
- Лучше и ты не говори, а то все со смеху помрут.
- Ну вот, я так старалась! - она делано надулась, потом тоже рассмеялась. - Поэтому и молчим.
- Как мстить будете? - вернулась к предыдущей теме Уна, не утруждая себя английским, на котором, кстати, тоже говорила с презабавным акцентом.
- Увидишь! Главное, с этой чернявой и ее подружками на пляже встретиться… - на странную беседу женщин уже стали обращать внимание, потому как говорили они на разных языках, но явно понимали друг друга.
- Сегодня на озеро не пойдем, а вот завтра с утра… - прищурилась индианка.
- С утра, это как солнце встанет? - уточнила Марья, получила согласный кивок и предвкушающее улыбнулась.
Робин, обвешанный двумя младшенькими миссис Флоры, сидел рядом с любимой женщиной у ее фургона. Он подозрительно наблюдал за беседой Марьи с сестрой Токей Ито. Женщин было отлично видно, и полисмену очень не нравилось выражение их лиц. Дамы явно что-то затевали.
В цирковом лагере тоже было шумно и весело, верней, не в нем самом, а на арене. Вчерашний номер на батутах вдохновил всю подростковую и младше-молодежную часть населения. Делегация оной отловила Дени в индейском лагере с просьбой, хотя, судя по горящим глазам, скорей с требованием попрыгать на батутах. Облако, Змей и Перо среди этих жаждущих выглядели гордыми адептами, приобщенными к таинству. Дени, помявшись, понял, что живым его не отпустят, и сдался. Батуты дружными усилиями вынесли и установили на арене, после чего последовала лекция по технике безопасности. Откровения на тему - угол падения равен углу отражения применительно к упругой сетке, слушали снисходительно. Пока, демонстрируя на практике постулат о необходимости «приходить» точно в средину батута и строго вертикально, Дени едва избежал «вылета» со снаряда.
Так что прыгали простенько, строго вверх. Но возникла
