Читаем без скачивания Зигзаг - Хосе Сомоса

Его собственная безопасность и безопасность его людей.

Гаррисон заерзал на удобном кожаном сиденье.

— Сэр, я ничего не понимаю. Макс сказал, что останется в доме вместе с Картером, и…

Внезапно во тьме его разума воссиял свет. Фургон.

— Дейв, — сказал он водителю через переговорное устройство, не меняя интонации. — Дейв, поворачивай назад.

— Простите, сэр?

— Поворачивай назад. Снова в аэропорт.

Утечка мозгов. Так вроде говорили о печальном положении в науке в таких странах, как его? Виктор пытался развлечься, играя словами. Ученые утекают, как средства из бюджета. Трое испанских ученых бегут из страны и направляются в Швейцарию, как «черные» деньги, скрываясь от властей, чтобы спасти свою жизнь. Вот он, здесь, в первом терминале Барахаса, вместе со всеми ждет, пока Картер на стойке «Люфтганзы» получит посадочные талоны по фальшивым паспортам. Он даже не смог попрощаться с родными, хотя ему удалось позвонить Тересе, секретарю кафедры, и сообщить, что они с Элисой подхватили одну инфекцию и несколько дней пробудут на больничном. Говорить неправду было весело.

Время — почти половина седьмого, но в этой части здания рассвет еще не был заметен. Только самые ранние пташки (деловые дамы и господа) сновали туда-сюда с кожаными чемоданчиками или стояли в очереди к стойкам регистрации. Единственной чертой, роднившей Виктора с ними, была усталость: он целую ночь не сомкнул глаз, выслушивая жуткие истории о невидимом убийце-садисте, от которого все хотели убежать. Испуг и усталость смешивались в нем в равной пропорции. В самолете наверняка усталость превысит страх, и он немного подремлет, но сейчас казалось, что ему в вены впрыснули сыворотку кофеина.

— Сейчас Гаррисон, наверное, уже обнаружил случившееся, — заметила Элиса.

Глядя на нее, Виктор снова подумал, что даже такая изнурительная бессонная ночь не сказалась на ее красоте. Какая прекрасная женщина. Ее длинные иссиня-черные волосы, сводившие его с ума, красиво обрамляли удивительное лицо. Он был просто счастлив следовать за ней. Видеть обращенные к нему улыбки, просто находиться рядом — это более чем достаточная плата за все неурядицы. В аэропорту было холодно, а может быть, это был всего лишь повод ее обнять. «Связанные несчастьем» — такое же избитое выражение, как «утечка мозгов». Но избитое — не избитое, похоже, Элисе было спокойнее, когда она чувствовала на плече его руку.

— Возможно, — согласился Бланес, — но самолет в Цюрих вылетает меньше чем через час, а Картер говорит, что Гаррисон не знает, куда мы отправимся.

— Ему можно доверять? — спросила она, разглядывая широкую спину Картера, стоявшего у стойки регистрации.

— Он заинтересован в побеге не меньше нашего, Элиса.

Картер вернулся и помахал посадочными талонами, как шулер показывает рубашку карт. Виктор оценил его способность командовать людьми: ему не пришлось говорить ни слова, чтобы все двинулись с места и пошли за ним, как послушные ягнята, под стук высоких каблучков Жаклин.

— Думаете, Гаррисон уже в курсе? — спросил Бланес, оглядываясь по сторонам.

— Возможно, — пожал плечами Картер. — Но я его хорошо знаю и постарался опередить его действия. Сейчас он еще должен быть в доме, скорее всего он растерян, отдает приказы и недоумевает, что же произошло… Я оставил ему несколько ложных наводок. Когда он придет в себя и сможет отреагировать, наш самолет уже будет в воздухе.

Продолжая говорить по мобильнику, Гаррисон ступил внутрь первого терминала Барахаса. Он действовал очень быстро, намного быстрее, думалось ему, чем мог вообразить Картер. Недаром он стал начальником службы безопасности, занимавшейся всеми научными проектами «Игл Груп».

— Вы были правы, сэр, — звучал голос в его наушниках, — они только что зарегистрировали пять билетов на семичасовый рейс «Люфтганзы» на Цюрих, представив фальшивые документы. Его узнали на стойке регистрации. Вы хорошо придумали срочно выслать его фотографию. Сейчас он, наверное, идет к выходу на посадку.

Гаррисон молча кивнул и прервал связь. Он хорошо знал Пола Картера: хоть тот и стал предателем, он оставался обычным наемником и пользовался обычными методами и средствами. Но я устрою тебе сюрприз, Пол. Он взглянул на часы, быстро шагая по вестибюлю терминала в сопровождении своего доверенного человека — без четверти семь.

— Ты говорил с Бласкесом? — спросил он, не замедляя шаг.

— Вылет будет отложен, сэр. Испанскую полицию тоже предупредили. Мы задержим их при проверке пассажиров.

Гаррисон уже не впервые порадовался международной панике, в атмосфере которой они жили больше десяти лет. Из-за боязни террористических актов приказы отложить вылет самолета или задержать пятерых подозреваемых в зарубежной стране выполнялись безотказно. Страх полезен и в Европе.

На его пути выросла темнокожая женщина с нагруженной чемоданами тележкой. Гаррисон едва не налетел на нее и чертыхнулся сквозь зубы. Его доверенный человек, не останавливаясь, одним толчком отстранил женщину. И в тот же миг Гаррисон услышал зазвучавшие в динамиках сначала на испанском, а потом на английском языке слова: «Авиакомпания «Люфтганза» сообщает, что вылет рейса… на Цюрих по техническим причинам задерживается».

Они в его руках.

«Повторяем: авиакомпания «Люфтганза» сообщает, что вылет рейса…»

Бланес побледнел; они торопливо продвигались к очереди на контрольный пункт.

— Картер, слышите, они задерживают вылет рейса.

В очереди стояли около шести пассажиров, они укладывали багаж на движущуюся ленту. Вдалеке толпилась большая группа мужчин в форме, которые, похоже, о чем-то совещались. Ни один пассажир не избегал тщательной проверки.

— Вылет рейсов часто откладывается, профессор, не волнуйтесь, — ответил Картер. Он прошел перед одной очередью и направился ко второй. Картер вертел посаженной на мощную ось шеи головой во все стороны, точно что-то искал.

Бланес и Элиса встревоженно переглянулись.

— Картер, вы видели этих полицейских? — снова спросил Бланес.

Вместо ответа Картер продолжал идти дальше. Он прошел перед последним пассажиром, стоявшим в очереди, но не остановился и за ним, а повернул к выходу из аэропорта. Растерянные ученые последовали за Картером.

— Куда мы идем? — спрашивал Бланес.

У выхода ждал темный мини-вэн. Сидевший за рулем мужчина вышел из машины, Картер сел на его место и завел мотор.

— Заходите, ну же! — окликнул он ученых.

Только когда все расселись и машина тронулась с места, Картер сказал:

— Неужели вы на самом деле думали, что мы полетим в Цюрих на обычном самолете, по купленным в аэропорту билетам? — Он сдал назад и нажал на газ. — Я же сказал, что хорошо знаю Гаррисона, и попытался предвидеть его решения. Я подозревал, что он вышлет мое фото властям… Хотя, по правде говоря, он действовал быстрее, чем я ожидал. Надеюсь, он будет возиться с подставой из билетов на Цюрих как можно дольше…

Сидевшая на заднем сиденье Элиса взглянула на Виктора и Жаклин, которые, похоже, пребывали в такой же растерянности, как она. Она подумала, что, если Картер их не подведет, это лучший союзник.

— Значит, мы не едем в Цюрих? — спросил Бланес.

— Конечно, нет. Я никогда туда и не собирался.

— А почему же вы нам ничего не сказали?

Картер сделал вид, будто не расслышал вопроса. Ловко проскользнув между двумя машинами и выехав на автомагистраль, он тихо процедил:

— Если с этого момента, профессор, вы будете зависеть от меня, лучше вам усвоить вот что: правду никогда не говорят, правду делают. В словах нуждается только ложь.

Элиса подумала: интересно, говорит ли Картер правду сейчас.

— Ушли.

Это был единственный вывод, единственная мысль. Его сотрудник все очень хорошо спланировал. Возможно, он никогда и не собирался отправляться в Швейцарию. Может быть, у него даже было какое-то частное транспортное средство в другом аэропорту.

На какое-то мгновение у него перехватило дыхание. Ему стало так дурно, что пришлось безо всяких объяснений встать и выйти из кабинета, где директор Барахаса предоставлял ему последние данные. Он вышел в коридор. Доверенный человек последовал за ним.

— Ушли, — повторил Гаррисон, когда дыхание восстановилось. — Им помогает Картер.

Он понял почему. Он ушел, чтобы спасти свою шкуру. Знает, что перед ним — самый опасный в его жизни противник, и хочет, чтобы эти умники помогли ему выжить.

Он глубоко вздохнул. Перспективы вдруг оказались совсем не радужными.

Зигзаг вполне мог быть великим противником, Противником с большой буквы, самым страшным в мире. Но теперь он знал, что другой его противник — Картер. И хотя их даже и сравнивать нельзя, бывшего сотрудника считать мелкой сошкой тоже невозможно.