Я знал, о чем он говорит. Король никому не простит нарушение правил. На территорию дворца невозможно открыть портал, а перенестись отсюда можно лишь с позволения властителя, нарушителя же ждет суровое наказание, ведь это касается безопасности королевской семьи. Но сейчас мне было плевать на все. Пусть себе наказывают и казнят, пусть канут в пропасть все дипломатические договоренности, я должен спасти ее. Раз маги отказываются открыть портал, я сделаю это сам. Все так же стоя на коленях, я закрыл глаза, активируя магию крови,... вспышка,... свет, далекий крик: "Остановите его!" - и мы перенеслись.
- Альтар! - голос короля был холоден, словно зимняя стужа. - Как посмел ты нарушить прямой приказ властителя соседнего королевства? Из-за кого? Обычной безродной девчонки? Ты в своем уме или до сих пор безумен? Мы едва установили с ними дипломатические отношения, а ты совершаешь такое! Я не узнаю тебя! Как мог ты поставить жизнь одной магички превыше государственных интересов?
- Прошу прощения, ваше всесветлейшество, я не мог поступить иначе.
- Очень даже мог! Отнес бы ее в лазарет, как советовали те маги.
- Нет на свете лучшего мага-целителя, чем Риний. В их лазарете она не прожила бы и пяти минут.
- Да какое тебе до нее дело?
- Как мог я оставить умирать женщину, спасшую мне жизнь, которую сам же пытался убить?
- Альтар, придворные испытывают чувство раскаяния только тогда, когда им это выгодно. Ты забыл, чему я учил тебя? Она сама сделала свой выбор, никто не просил ее запираться в одной комнате с безумцем. Теперь твоя не ко времени проснувшаяся совесть и этот промах слишком дорого нам обходятся. Я очень недоволен! В наказание высылаю тебя обратно. Улаживай конфликт с соседним правителем сам и не смей являться мне на глаза, покуда не сделаешь этого.
Я молча склонился перед королем, покорно принимая заслуженную кару.
Лея:
Я открыла глаза. Солнце заливало белую палату, все вокруг казалось таким нереально светлым и чистым, словно я была уже на облаках. Я попыталась сесть в кровати, но ощутила слабость во всем теле и осталась лежать, изучая потолок над головой. Хотелось бы понять, как я выжила и что произошло там в комнате, когда я лишилась сознания. Внезапно раздался звук шагов, и дверь в палату отворилась, зашла медсестра в чистом белом переднике поверх синего платья. Белый и синий - цвета лекарей.
- Очнулась, милая? Как ты? Как себя чувствуешь?
- Неплохо, спасибо, - прохрипела я. Горло скрипело, словно несмазанное колесо.
- Погоди, сейчас выпьешь настойку и голосок вернется. Шейку мы тебе уже залечили.
Я кивнула и послушно выпила горькую настойку, что протянула мне целительница.
- Как же я рада! А все наш маг, он просто кудесник! Когда тебя господин диор сюда перенес, мы боялись, что не вытянем. Самый главный сразу за тебя взялся и дня три не отходил, пока опасность не миновала. После уж мы присматривали.
Альтар меня перенес? Как такое возможно? Мне ужасно хотелось спросить, но задала я почему-то другой вопрос:
- А сколько прошло времени?
- Три недели, милая.
- Три недели!
- Да больно истощена ты была, за несколько дней столько перенесла. Господин диор быстрее поправился, но у него и запас сил побольше будет, хотя он почти весь свой резерв истратил. Сначала это безумие, которое силы удваивает, а стоит от него избавиться, как и сила следом уходит, а потом вот еще и тебя переносил. Могучий он маг, другой бы не вытянул.
- А что произошло? - решилась я спросить.
- Такое тут было, милая! Мы, значит, работаем, лечим всех страждущих и вдруг шум, словно что-то разбилось. Я в холл выскочила, а там, и правда, стол разломанный лежит, вокруг осколки кувшина. Возле стола того сам господин диор на коленях стоит, лицо такое, что смотреть страшно, глаза огнем горят, а к груди тебя прижимает, всю окровавленную. Тут он как крикнет: "Главного лекаря сюда!" - да и повалился навзничь, мы едва подскочить успели. Удержали, тебя с рук его сняли, на носилки да в палату. Главный прибежал, к кому вперед кинуться не знает. Выбрал было господина, да тот уже снова в себя пришел и что-то такое лекарю сказал, что тот сразу за тебя принялся, а помощников своих к господину диору приставил. Они от него не отходили ни днем ни ночью, за неделю на ноги поставили, но тут и сила природная свою роль сыграла. А вот ты совсем слаба была, три дня всем лазаретом за тебя святые небеса молили. Главный наш так и сказал: "Молитесь, чтобы поправилась". В последний момент тебя наш Риний спас, все жизненные потоки к тому времени закрылись, одна лишь ниточка билась, самая крепкая, та, что любовь к сердцу ведет, вот маг наш за нее и потянул, а теперь ты и в себя пришла, хвала небесам!
- А господин диор, он теперь у короля?
- Да где там, милая, - горько вздохнула женщина. - Провинился, хороший наш, пред соседним королем-то, указ нарушил. Мне по секрету рассказали, что не должен был он тебя переносить. Вот наш всесветлейший и отправил господина диора прощение вымаливать да мир, дорогой ценой купленный, восстанавливать. Король тамошний нашего господина наказал. До сих пор в их темнице томится. Да что же ты, милая, побледнела-то так? Не переживай, ничего с твоим спасителем не случится, слишком он фигура значимая. Подержат немного, ну для острастки, чтобы другим неповадно было, а потом отпустят. Указ какой о помиловании за заслуги перед королевской семьей издадут и отпустят. А сейчас отдохни, едва в себя пришла, тебе волноваться нельзя.
Я послушно откинулась на подушки, а целительница тихонько вышла за дверь. От нечего делать рассматривала потолок, стены, зеленые деревья за окном. Захотелось пить, и я потянулась за стеклянным графином, что стоял на столике возле кровати. Потянулась, ухватила его за ручку и застыла - рука была исполосована тонкими белыми шрамами. Я в ужасе схватилась за лицо, разбив кувшин вдребезги, и почувствовала следы от затянувшихся ран. Рубцы, рубцы по всей коже! Святые небеса, только не это! Я вспомнила ужасную боль и то, как осколки ранили тело. Это шрамы от искр синей молнии, которая разбилась о мой щит и расколола его. Все смертельные заклинания оставляют следы, что невозможно полностью удалить даже с помощью магии. Даже если всю жизнь использовать дорогостоящие средства тоннами, прибегать к услугам магов, получится свести их с кожи лишь наполовину. Как же мне жить теперь, как жить дальше с таким лицом?! Кажется, я закричала, а потом все вновь погрузилось в темноту.
- Ну что же ты, хорошая, себя не бережешь? Ведь говорила тебе, не волноваться. Опять обморок приключился. Ты у нас так больше месяца пролежишь.
- Почему вы не рассказали про мое лицо?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
