- Почему вы не рассказали про мое лицо?
- Потому и не рассказала. Спроси еще, почему я напротив кровати зеркало не повесила. Ну что же ты плачешь? Жива осталась, это ли не счастье? А личико и подправить можно, не совсем убрать, но лучше будет. Ты если хочешь, я главного нашего спрошу, он тебе настойки разные посоветует, пока рубцы свежие.
Я кивнула лишь для того, чтобы словоохотливая магиня оставила меня наконец в покое.
- Ну вот и славно. Утри слезки-то, я скоро вернусь.
Она покинула палату, а слезы так и текли по лицу. Я даже не заметила, как дверь отворилась и в комнату проскользнула тоненькая девочка- целительница, принесшая для меня новый кувшин с водой.
- Отчего ты плачешь?
Я утерла слезы и взглянула на девочку. Почему-то сказать правду ребенку было проще, чем взрослому.
- Я плачу потому, что на моем лице шрамы и я больше никогда не стану такой, как прежде.
- Так нашла из-за чего рыдать! Ты поезжай на южную окраину королевства, я сама оттуда родом. Озеро у нас есть, так и зовут озеро Красоты, а еще прозывают озером Чистых душ, но так только местные называют. Говорят, что корыстным людям оно красоту не подарит, а людям хорошим достаточно разок там искупаться, и утраченная красота возвращается вновь.
- Я никогда не слышала об этом озере.
- Так далеко до него отсюда, мало кто слышал, но мази многие из его воды делают, а в нее еще травы добавляют. В моем краю всегда много желающих в воде той искупаться. Я еще не видела тех, кому озеро красоту вернуло, но бабушка свято в его силу верила и мне рассказывала.
- Как же ты во дворце очутилась?
- Да дядька здесь работает, вот и меня позвал, опыта набираться. У нас целительская магия в роду по наследству передается.
Разговор с девочкой прервала вернувшаяся целительница, принесшая с собой баночку с мазью.
Пока я восстанавливалась в лазарете, об Альтаре не поступало вестей. Я не могла определиться со своими чувствами. Я переживала за него и в тоже время не хотела видеть. Я понимала, глупо злиться на то, что принцесса отравила его ядом. Там в комнате я защищалась не от Альтара, а от его безумного двойника, и не его в том вина. Однако тоска не желала меня отпускать. Я не смогу показаться ему на глаза теперь, не хочу видеть отвращение на его лице.
Мысль о поездке на озеро подарила надежду, и решимость крепла день ото дня. Мне недавно принесли личные вещи, в которых я обнаружила подарки королей, награду за оказанные услуги - два мешочка с золотом. Этих денег хватит совершить не одно путешествие на юг королевства. Что я теряю? Возможно, это все сказка, придуманная бабушкой для любимой внучки, но что мне остается: сидеть во дворце, искать работу в столице, податься вновь в какую-нибудь отдаленную деревню? Я пока не готова встречаться с людьми ни с незнакомыми, ни с теми, кого знаю. Нужно уехать, успокоиться, привести чувства в порядок, а, возможно, найти силы, чтобы смириться.
В день выписки я собрала все свои вещи, попрощалась с персоналом лазарета, особо поблагодарив самого главного мага Риния, а после отправилась к карете, о которой договорилась заранее. Я решила начать свое путешествие сразу, едва покинув больницу.
Три с половиной недели продолжался мой путь. В дороге было время над многим подумать, хотя решение о том, как поступить дальше, я так и не приняла. Естественно, что мысли об Альтаре тоже не покидали. Сердце болело за него, но в душе я соглашалась со словами целительницы, вряд ли такую важную персону навсегда оставят в подземелье. Он вернется к своей жизни, и неизвестно, встретимся ли мы с ним в будущем. Возможно, встретимся, судьба почему-то сталкивает нас тогда, когда этого ждешь меньше всего. Я не думала, что мужчина станет специально искать меня, свой долг он уже оплатил долгим заточением в королевской темнице.
А, вообще, за что, спрашивается? За что моего блистательного и гордого диора заточили в темноту и холод подземелья? Лучше бы принцессу туда посадили! Подвергла опасности столько жизней! Как жаль, что до моего мнения в данном вопросе никому нет дела.
За подобными размышлениями я и проводила свое время, попутно рассматривая меняющийся за окном пейзаж. Наконец, мы приблизились к озерному краю, возница остановил карету у самого подножия гор. Когда я вышла наружу, то невольно застыла от потрясающе красивого вида, попутно натягивая на лицо капюшон плаща, с которым теперь не расставалась. Я стояла у самого подножия, а вперед вела тропинка. Горы были очень высокими со снежными шапками на вершинах. Передо мной стояли деревья с серебристыми листочками, а тропинка убегала вниз, петляя между ними. За деревьями что-то сверкало, но озеро ли это или лучи солнца так отражаются от серебряных листьев?
- Здесь путешественники часто останавливаются, - сказал мне возница.
- А что, много желающих посетить озеро?
- Да хватает. В последние годы, правда, меньше людей стало. Жалуются, что вода волшебные свойства потеряла, а про то не думают, что сами все свои добрые свойства утратили и одну лишь выгоду ищут. Ты ступай. Коли хочешь искупаться, то ночь нужно провести на берегу, а утром я за тобой вернусь. Не бойся одна оставаться, места здесь тихие, волшебство озера эту землю хранит.
Я поблагодарила возницу, отдала ему деньги за путь в этот конец и направилась по тропинке. До цели своей я добралась минут за тридцать. Когда деревья отступили, открывая небольшой участок каменистого берега большого голубого и искрящегося всеми цветами радуги озера, я вновь застыла, не в силах отвести глаза. Даже если у этой воды нет волшебных свойств, зрелище стоило того, чтобы сюда приехать. Я присела на берегу, не торопясь раздеваться и прыгать в воду. Сидела, смотрела, впитывала это чудо. На душе становилось легче, тоска отступала, растворяясь в ощущениях восторга и умиротворения.
Не знаю, сколько я так времени провела. Очнулась, когда лучи солнца окрасились в предзакатный багрянец, посылая блики по спокойной воде, окрашивая ее в цвета расплавленного золота, серебра и граната. На том берегу возвышалась гора и рос лес. Спуск к воде был лишь в одном месте, где находилась я. Поднявшись на ноги, принялась снимать одежду. Раздевшись донага, ступила в прохладную воду, с виду казавшуюся ледяной. Я зашла в озеро по самую шею и, зачерпнув воды в ладони, подняла руки вверх, выливая воду на лицо, а после нырнула и проплыла немного. Я плавала в озере минут десять, а потом пошла на берег. Рубцы слегка покалывало, но других ощущений я не испытывала.
Выйдя на теплые камушки, потянулась за лежащей на земле одеждой. Внезапно воздух невдалеке замерцал, и сквозь голубое окно портала на берег ступил мой любимый мучитель. Его глаза сразу отыскали меня. Он замер, внимательно рассматривая покрытое шрамами лицо, а после его взгляд обежал все тело. Мне стало нестерпимо больно, я вспомнила, что стою здесь совершенно нагая, прикрытая лишь своими длинными мокрыми волосами. Вот только лицо они укрыть не могли, и все ужасные отметины были выставлены сейчас на обозрение человеку, которому я меньше всего желала их показать. Как же мне было горько, как мучительно созерцать сейчас его холодную красоту и отчётливо сознавать собственное уродство. Как он отыскал меня? Зачем? Почему стоит и молчит, почему так смотрит на меня?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
