– Пречистая Дева, твоим именем!.. – возгласил лод Гвэйдеон, резко выдергивая из раны коня уродливую пику и накладывая руки в целительном жесте.
Фуа-а-а-а-а-а-а-а-а!!! Серых пикинеров растолкало в стороны, как будто сквозь них пронесся невидимый поезд. Колонна Железного Воздуха, исторгнутая Креолом, разметала вражеских солдат по полю, освобождая магу проход к наконец найденной цели — сильному колдуну.
– А, всего лишь красный… — несколько разочарованно покривился Креол, глядя на колдуна-генерала. — Я-то думал — серый…
– Серых плащей здесь нет, если ты это имеешь в виду, — донеслось из-под капюшона. Горран Ледяной Меч взмахом руки отогнал прочь солдат — в поединке заклинаний они ему только помешают. — Но из красных плащей я — сильнейший.
– Да мне наплевать, — зевнул Креол, выдергивая из подпространственного кармана черный посох.
В битве под Владекой он почти не использовал свой драгоценный артефакт — его почти полностью заполнила Длань Нергала. Обсидиановому посоху предстояло играть роль мага-«болвана», а это требовало значительной подготовки.
Но теперь, когда ритуал успешно проведен, многофункциональный артефакт вновь свободен… хотя нет, не свободен, совсем не свободен! До краев заполнен разнообразнейшими заклинаниями на любой случай!
Пусть-ка этот колдун попробует ему что-нибудь противопоставить!
– Я хочу задать тебе вопрос, — внимательно посмотрел на Креола Горран. — Повелитель Ригеллион… его убил ты?
– Не знаю. Ригеллион — это кто?
– Четвертый Маршал Серой Земли, двенадцатый в Совете Двенадцати, Ригеллион Одноглазый! — зло перечислил Горран.
– А, ваш одноглазый маршал… — протянул Креол. — Я, да. А что, нельзя было?
– Ты убил повелителя Ригеллиона и даже не запомнил его имени?.. - тихо процедил Горран.
– Я не запоминаю имена тех, кого убиваю, — холодно ответил Креол. — Я их даже не считаю.
– Хорошо. Мое имя — Горран Ледяной Меч.
– Я же сказал — я не запоминаю…
– Это для другого. Когда владыка Нергал спросит, кто отправил тебя в его царство, скажешь — Горран Ледяной Меч. Понял?
Креол удивленно моргнул. Он никак не ожидал услышать здесь имя шумерского бога мертвых.
Хотя ничего странного, если подумать. Ведь сейчас Нергал Месламтеа повелевает Мертвым Царством Лэнга, а демоны Лэнга — боги Серой Земли.
– Ты слышал, что я сказал?! – сжал челюсти Горран.
– Посмотри на меня очень внимательно, — усмехнулся вместо ответа Креол, поднимая посох. — Больше ты ничего в жизни не увидишь.
Логмир задумчиво взвесил в ладонях катаны. Он и раньше встречался с противниками, тоже использующими два клинка. Но обычно в таких случаях один из них короче другого. Например, ларийские бретеры кроме шпаги часто применяют еще и дагу — длинный кинжал для блокирования ударов. А в султанатах Закатона нередко можно увидеть мечника, дерущегося катаной и вакидзаси.
Но вот чтобы мечи были равной длины, как у него, несравненного Логмира Двурукого… Такое ему пока что не попадалось. Дело в том, что фехтовать сразу двумя длинными клинками довольно-таки сложно. Чтобы успешно применять подобный боевой стиль, нужны идеально отточенные движения и полная слаженность рук. Добиться этого очень нелегко.
Конечно же, Логмир не имеет права упустить такую возможность!
– Как, говоришь, тебя зовут? — уже с любопытством спросил он.
– Тигран Клинки, — поклонился колдун. — Догадываешься, почему меня так прозвали?..
– Симпатичные они у тебя. Клинки. Имена моих — Рарог и Флейм. А твоих как зовут?
– Давать имена мечам?.. – хмыкнул Тигран. — Малыш, я давно вышел из детского возраста.
– А мне вот нравится. Ну что, приступим?..
– Конечно, — улыбнулся Тигран, неторопливо снимая плащ, а затем и тунику.
Логмир внимательно сощурился. Он впервые увидел серого в одних панталонах. Оказывается, у них кожа везде пепельно-серая, а не только на лице… надо же. Чего только на свете не бывает.
– Ты на кой хаб раздеваешься, шварубих? — на всякий случай спросил он. — Боишься кафтан испачкать?..
– Нет. Знаешь, в чем разница между тобой и мной?
– Я красивый, а ты урод, — ни на миг не задумался Логмир.
– Нет!!! – взъярился Тигран. — Разница в том, что у тебя два меча…
Его плечи как-то странно заколебались и задергались, будто кусок теста, разрываемый пополам. Хлюпающий щелчок!.. и обе руки вдруг раздвоились!
А вместе с ними и катаны.
– …а у меня — четыре! — закончил Тигран.
Лод Нэйгавец дал шенкелей Несокрушимому, понукая лететь еще быстрее. За облаком порохового дыма виднеется высокая фигура в красном одеянии — несомненно, один из проклятых колдунов! Не упустить его!
Великий Магистр мысленными приказами направил нескольких паладинов загонщиками, а сам помчался наперерез. Бронированная рука дернулась, отбивая случайную пулю, арбалетный болт с воем унесся в небеса, пронзая горло пикирующему вемпиру.
Лод Нэйгавец почувствовал истинное наслаждение. Впервые за долгие годы он вновь в седле, вновь сражается во славу Пречистой Девы! Тело отнюдь не забыло отточенных навыков — тяжесть доспехов совсем не чувствуется, копье и меч играют в ладонях живыми змеями.
– Рази врага, мое копье!!! – прокричал он, нацеливаясь в красное пятно.
Фшиххххх!.. Копье встретило только пустоту. Неизвестный колдун ускользнул с быстротой молнии. А в следующий миг из дымного облака вылетело волнообразное лезвие, нанося страшный удар наискось.
Реакция не подвела лода Нэйгавеца. Он изогнулся, пропуская вражеский клинок над собой. Но Несокрушимый, один из лучших коней Каббасианы, споткнулся и повалился на колени, взрывая тучу пули.
Ужасное лезвие отрубило ему голову.
Лод Нэйгавец не стал тратить зря времени. Да, целительская магия Ордена может даже оживить мертвого, если тот убит вот только что, несколько минут назад. Но приставить отрубленную голову… нет, за такую задачу Серебряный Рыцарь не станет даже браться.
Жаль коня. Но сейчас важнее позаботиться о другом. Лод Нэйгавец встал неподвижно, держа меч наизготовку. Сквозь прорези шлема, забранные редким горным хрусталем, поблескивают не по возрасту молодые глаза.
– Покажись, отродье Близнеца! — воскликнул паладин. — Выйди на свет и сражайся со мной достойно и честно!
– Хорошо, — донесся неестественный голос. Звучит так, как будто говорящий замотал рот толстым шарфом. — Я здесь.
Из дымовой пелены вышагнула рослая фигура в алой мантии и глухом шлеме. Ладонь в кольчужной перчатке сжимает длинный «пламенеющий» меч с окровавленным лезвием.
– Я знаю, кто ты, — провозгласил лод Нэйгавец. — Ты Астрамарий, безбожный предводитель сих ослепших душ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
