– Я знаю, кто ты, — провозгласил лод Нэйгавец. — Ты Астрамарий, безбожный предводитель сих ослепших душ.
– Ты прав. Я Астрамарий Целебор Краш.
Сказав это, маршал серых подался вперед и рубанул наотмашь мечом.
Индрак неторопливо поднял кувалду и зашагал дальше. Колдун оказался совсем слабым. Подумаешь, научился ловко прятаться! Индрак тоже в детстве играл с друзьями в пряталки — ничего хитрого. Замереть где-нибудь в кустах, дождаться, пока водящий подойдет поближе, и ка-а-а-ак шарахнуть его кулаком!
Маленькие дэвкаци всегда так играют.
– Стой, — окликнули сзади. — Я с тобой еще не закончил…
Гигант повернулся, хмуря скошенный лоб. Чахлый человечек медленно поднимается на ноги, расправляя плащ. Надо же — он покрепче, чем выглядит… Обычный человек от удара Индрака сразу уходит к предкам или по крайней мере долго потом болеет.
– Индрак сейчас добьет колдуна, Индрак сегодня добрый, — пророкотал дэвкаци, со свистом вздымая кувалду.
Серый почему-то не тронулся с места. На крысином личике заиграла зловещая улыбка.
Прыжок! Индрак одним широким шагом достигает противника и обрушивает на него колоссальный вес боевого молота!
Взмах! Колдун быстрым движением срывает оранжевый плащ и… в мгновение ока обрастает чудовищными грудами мускулов! Не человек — бесформенная мясная гора!
Толстенные ручищи легко перехватили зачарованный молот в воздухе! Серый удерживает тяжеленную стальную чушку, словно та сделана из ваты!
Индрак с кряхтением усилил напор, пораженно пуча глаза. Колдун насмешливо улыбнулся, резко повел плечом и выбил оружие из рук противника! Исполинская кувалда отлетела прочь, точно ею выстрелили из катапульты!
Дэвкаци шарахнулся назад. Как это понимать?! В сравнении с народом Индрака люди — просто слабые дети. Пусть среди этих недоросликов и попадаются иногда не очень слабые, но все равно до дэвкаци им далеко. Большой паладин Гвэйдеон долго боролся с карликом Эцумбо почти на равных, но все равно проиграл. К тому же большой паладин Гвэйдеон — величайший человеческий воин своего мира.
А этот колдун справился с Индраком в секунду! Как будто Индрак сам слабый ребенок!
Кромги Сильный криво усмехнулся, прекрасно понимая, о чем думает этот волосатый великан. Удивлен?.. Еще бы! Он, Кромги, недаром носит свое прозвище вкупе с оранжевым плащом. Невидимость для него — так, игрушка в дополнение к излюбленному занятию. Невидимым он может оставаться не дольше минуты — но дольше ему и не нужно.
Кромги Сильный вовсе не метаморф, за которого его иногда принимают. Он — колдун-медик! Старший армейский фельдшер!
В этом виде Искусства существует побочная ветвь — нечто вроде допинговых заклятий. С их помощью Кромги с бешеной скоростью наращивает и уплотняет собственные мышцы, становясь не просто могучим — фантастически могучим. Он легко может поднять альдарею на вытянутых руках или жонглировать сараями.
Ну а этого дэвкаци он расплющит ударом мизинца.
Бока Гордого поднимаются и опадают. Конь лежит и раздраженно думает, что служить в Ордене — занятие явно не для него. Хозяин понятно — он сделал свой выбор, он прирожденный паладин и ничего другого себе не желает. А его-то, его кто-нибудь спрашивал, хочет ли он быть рыцарским конем?!
Вот, брюхо проткнули ни за что ни про что… И ведь уже не в первый раз такое невезение… Хозяину хорошо — он весь в панцире, как огромный жук. А у лошадки животик мягкий, пушистый…
Лошадей беречь надо!
– Потерпи, потерпи… — участливо приговаривал лод Гвэйдеон, оканчивая стягивать рану. Кончики его пальцев светились голубоватым светом. — Вот закончим здесь, я тебя морковкой угощу, хочешь?..
Гордый устало фыркнул. Он терпеть не мог морковь. Но хозяин за все прошедшие годы этого так и не понял.
И еще смеет называть себя кавалеристом!
– Все-таки быть живым — ужасно неэкономно, — проскрипели сзади.
Лод Гвэйдеон буквально взвихрился, в один миг вскакивая на ноги, разворачиваясь к голосу и замахиваясь Белым Мечом. Охваченный беспокойством за верного коня, он совсем забыл про осторожность!
Однако за спиной никого не оказалось. Никого, кроме убитого колдуна, все так же валяющегося с разрубленной башкой. Только вот…
Паладин присмотрелся и медленно шагнул вперед. Меча он не опускал. На своем веку лод Гвэйдеон навидался всяких тварей и отлично усвоил — не все то мертво, что выглядит мертвым.
– Что ты за нечисть? — нарушил молчание паладин, глядя на колдуна.
– В чем дело? — обиженно пробурчал тот. Выглядело это жутковато — шевелящиеся губы, а почти сразу над ними пустота. Другая половина головы валяется в сторонке. — Ты меня уже убил — дай теперь полежать спокойно.
Лод Гвэйдеон ничего не ответил. Он не спешит снова рубить врага — если тот умудряется говорить, лишенный половины черепа, вряд ли Белый Меч сможет ему еще чем-нибудь навредить.
– Охо-хо, и за что ж мне такое наказание… — прокряхтел колдун, медленно усаживаясь на землю и подтягивая к себе отрубленную половину головы.
Рыбьи глаза заворочались в глазницах. Мертвенно-бледные губы изогнулись в ехидной улыбке, и серый начал осторожно прилаживать макушку на место. Крови почти нет — так, несколько водянистых капель.
– Будем знакомы, латник, — осклабился жуткий колдун. — Я Маркаттабок Безмозглый. А ты кто?
– Я не называю имени служителю Близнеца. Что ты за тварь и как тебя убить?
– Ох, какие мы злые, как мы сразу в лоб вопросы задаем… — покривился Маркаттабок. — Успокойся, латник, убить меня ты не сможешь. Не в твоих это силах.
– Почему?
– Почему?.. А вот, посмотри-ка!
Маркаттабок резко схватил себя за уши, сорвал только что прилаженную макушку и продемонстрировал паладину ее содержимое. Тот невольно содрогнулся, в недоумении глядя на нутро колдовского черепа. Да, такого ему видеть еще не доводилось…
– Меня прозвали Безмозглым за то… что у меня нет мозга!.. – весело захохотал Маркаттабок. — В буквальном смысле! Забавно, да?..
– Как такое возможно? — спокойно спросил лод Гвэйдеон.
– А ты что, не боишься? — осведомился колдун. В голосе отчетливо послышалось разочарование. — Совсем ничуточки?
– Паладин не боится ничего и никого. Так что же стало с твоим мозгом, несчастный?
– Ничего особенного, — обиженно буркнул Маркаттабок. — Я сам его вытащил. Крючьями, через ноздри.
– Зачем?
– А зачем он мне? Этот гнилой кусок мяса только напрасно утяжелял голову. Без него легче. А вот ты… зачем ты ее разрубил?! Теперь придется накладывать клепки, а то так и будет болтаться… Неопрятно получится…
Лод Гвэйдеон несколько секунд наблюдал, как ворчащий колдун вертит собственную макушку, стараясь сомкнуть половинки черепа поплотнее. За Генералом собралось еще две дюжины паладинов — тихо перешептываются, пытаясь определить, что же за тварь им попалась. Орден Серебряных Рыцарей всегда проявлял немалый интерес к анатомии чудовищ — и отнюдь не академический.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
