продиктована. А Рома… Он забрал мою уверенность и заставил бояться.
Почему-то вспомнилась эта Юля. Мы ведь совсем разные. Не только внешне. Если ему когда-то такие нравились, пусть актрисы, но игравшие домашних послушных девочек, то я совсем не вписывалась в типаж. Со мной ему, вероятно, не хватало рыцарства. Мужчины по натуре доминанты и покровители, а я совсем не аленький цветочек. А вдруг ему все время не хватало этого? Домашней кошечки рядом.
Меня отвлек от мыслей знакомый профиль. Детский… Я застыла. Дыхание сперло. Вот, каким мог быть мальчик, похожий на моего мужа. Худенький и светловолосый, с серым задумчивый взглядом и ямочкой на одной щеке. У Ромы эта ямочка скрыта брутальной щетиной, но иногда проявлялась.
Я так и стояла. Мальчик тоже. Но он не смотрел на меня. Его взгляд метался по лицам, а в маленькой ладони зажат телефон. Он не плакал, но был напуган. Я мать и чувствовала такое. Ева, если теряла из поля зрения нас, то выглядела так же. Но она, правда, еще и рыдала белугой.
– Привет, – подошла я. Мальчик с осторожностью взглянул на меня. – Все нормально? Ты потерялся?
– Я маму жду.
– Понятно, – растерянно улыбнулась. Я не могла глаз от него оторвать. Как похож. На Рому. Они с Артемом похожи и в детстве были, но Ваня – копия. И эта родинка в уголке глаза…
– Ты позвони ей, – предложила хрипло. Он еще маленький, чтобы одному оставаться. Я осмотрелась: суббота, вечер, народу тьма.
– У меня телефон разрядился, – протянул мне, показывая и отчего-то оправдываться начал: – Я в игровой был, но время закончилось. Они позвонили маме. Она сказала, что сейчас придет. Я сидел, ждал, ну и играл в телефон, чтобы не скучно, а он сел.
– Тебя выпустили без мамы из игровой?
Это вообще как?! Понятно, что время пребывания закончилось, но разве так можно?!
– Я сам вышел. Выглянуть хотел. Я же рядом, – показал на яркую вывеску детского тематического парка.
– А ты долго ждешь?
Он задумался и пожал плечами:
– Не знаю. Кажется, что долго.
– Номера мамы не знаешь? – вряд ли помнит, но может на куртке есть. Сейчас все такие: с табличкой для контактной информации.
– Нет.
– Можно? – кивнула на парку цвета хаки в его руках и осторожно развернула. Нет. Пусто.
– Как тебя зовут? – вдруг я ошиблась, и это другой ребенок. Не Демьянов младший. Самый младший…
– Ваня. Лазарев.
– Очень приятно, – сглотнула громко. – А я Наташа. Я знаю твоего… – а вот тут зависла. Знает ли ребенок, что Рома ни его папа? – В общем, знаю Рому.
– Папу? Ой… Дядю. Наверное.
Он так натурально задумался, потом нахмурился так знакомо.
– А вы кто ему?
– Я? – вопрос показался до странности неожиданным. И даже неудобным. – Я его жена.
На данный момент это действительно так.
– Па… Дядя говорил о вас. Вы красивая.
Я улыбнулась. Прямолинейный как все Демьяновы.
– Давай, я позвоню ему. А там и мама твоя вернется.
Ваня кивнул, а я достала мобильный.
– Привет. Ты мне нужен. Я в Атриуме. Нет, со мной все в порядке. Здесь Ваня. Он один. Приезжай.
Рома обещал приехать максимально быстро. Я показала на кондитерскую напротив.
– Хочешь пирожное?
Ваня посмотрел по сторонам, потом на кафе и снова на меня.
– А разве можно с незнакомыми?
– Ну, – хмыкнула я, – мы с тобой уже познакомились. Оттуда видно площадку: если мама придет, мы увидим.
Мне радости с его матерью встречаться мало, но и просто уйти я не могла. Возможно, сегодня она дождется, что у нее на голове окажется не только кофе.
Мы заказали пирожные, молочный коктейль и чай. Ваня с удовольствием ел, а я на него смотрела. Пыталась понять, что чувствую? Из-за этого ребенка рухнула моя прежняя жизнь. Не в прямом смысле, конечно. Тут взрослые хорошо постарались. Его вины нет. А при открывшихся обстоятельствах тем более, но… Если бы Ваня не появился, все могло бы быть иначе. Но хорошо ли? Возможно, именно этот маленький человек вскрыл болезненный нарыв, запрятанный глубоко внутри. А уж цепочка событий разной степени тяжести без него не запустилась бы точно. Это ружье когда-нибудь в любом случае выстрелило бы. А может, нет. Теперь этого не узнать. Но я всегда считала, что все, что ни делается, то к лучшему. Я не уверена, что это правильно, но я так чувствовала. Всегда нужно знать, на что способны люди рядом с нами. Предупрежден, значит, вооружен. Надеюсь, Рома думает так же. Твердо осознает. Если проблема есть, то ее нужно попытаться решить. Не ради меня. Но ради себя и наших детей. Мы связаны навечно. Их кровью.
– Наташа! – в кафе влетели Рома и Артем. Все Демьяновы мужского пола в сборе. Здесь был небольшой уголок с домиком. Ваня играл там. Я в общих чертах обрисовала ситуацию.
Братья переглянулись.
– Наташ, закажешь кофе, пожалуйста?
Они пошли в игровую зону. Я подозвала официанта. Рома вернулся через минуту.
– Как ты? – спросил тихо, взволнованно вглядываясь в мое лицо.
– Нормально. А что?
Переживал, что бурно отреагирую на мальчика?
– Волнуюсь, – он слабо улыбнулся. – Ты хорошо выглядишь. Наташ, ты же знаешь, что я доступен двадцать четыре на семь. Все, что хочешь.
Если я рожу девочку, ты переживешь это?
Я не произнесла этого вслух, естественно. Может, не готова услышать ответ. А Рома, скорее всего, говорить честно. Возможно, он же сам не знал.
– Что происходит вообще? Где его мать? – поинтересовалась вместо этого.
– Не знаю. Что Ваня сказал?
Я передала наш разговор.
– Значит, дела до него как не было, так и нет, – клацнул челюстью и головой покачал. – О нем бабушка заботилась. Она умерла… – Рома замолчал, в сторону посмотрел, потом снова на меня: – Ты не прошла мимо… Как ты поняла?
– Похож, – сухо констатировала. – Расскажи мне, Ром.
– Что именно? – хрипло проговорил.
– Все. Я хочу понять, почему? Почему, ты хотел привести его к нам? Почему?
– Я сам не знаю. Теперь уже нет. Сейчас все как-то иначе видится. Единственное, в чем уверен точно: в тебе и наших детях.
– Тогда расскажи, что знаешь.
Рома заговорил. Как узнал. Как ездил. Знакомился. Заботился. Что чувствовал. Чего боялся. Как жил в этой лжи.
– Наташа, я ошибся. Княжна моя, – руку мою сжал. – Я думал, что всем будет хорошо. Тупо так, – усмехнулся горько. – А когда потерял тебя понял, что сам я ничего не могу. Ну кто я без тебя?
– Вполне успешный бизнесмен, филантроп, красавчик. Что с лицом, кстати? – Это становилось какой-то закономерностью. С кем опять подрался?
– Фигня, – коротко бросил. – Я
