Меня все сильнее тревожил вопрос с ремонтом и благоустройством дома. Надо ещё завтра съездить в Каменку, узнать — таки про торф. И по моим подсчётам, через день — два должен вернуться барон Дарти. Если честно, я уже как на иголках. Как пошла торговля в столице? Хотелось бы не только свое продать, но и чтобы вина барона имели спрос. И как там отец? Решился он уволить Зелину? Не подложила бы она там свинью отцу вместе со своей сестрицей.
Утром проснулась от какого — то шума за окном. Кто — то заковыристо ругался, скулила виновато собака, издали слышался голос Димара, тоже кому — то что — то выговаривающий. Я летом всегда сплю с распахнутым окном, люблю прохладу, но тут явно что — то случилось. Поэтому утренние сборы были сведены к минимуму, и вот вскоре я уже скатываюсь вниз по лестнице и, на ходу отмахнувшись от Талии, пытавшейся мне что — то сказать, вылетаю через черный ход прямо во двор.
Там суета. Возле старой коптильни собрались люди, среди них и управляющий, ещё двое мужчин под руководством Тарина держат собак на поводках. Те, напуганные шумом и беготней вокруг, жмутся к своим проводникам. Да, это не охранные алабаи, обычные дворовые псы, но чужих исправно обгавкивают. Не трогают только своих и детвору. Подбегаю к людям.
— Димар, что случилось? Почему такой шум с утра?
Управляющий расстроенно повернулся ко мне.
— Так своровали у нас вот сегодня ночью!
— Что именно украли? — холодея от предположения, что украли оборудование коптильни, спросила я.
— Да почитай, что и ничего толком не украли, больше напакостили. В старом складе опрокинули две бочки с рассолом, да несколько штук кур копчёных вчера осталось, вы их велели сегодня на кухню передать, да кусок грудинки на пару килограмм весом сняли.
— А больше — то там ничего и не было. — Это вступил в разговор старший коптильщик.
Димар подтверждающе кивнул головой. Верно, он всегда вечером проверяет по своим бумагам наличие готовой продукции. Тарин со своей стороны тоже продолжил объяснения.
— Оторвано несколько досок со стороны забора за конюшней и со склада тоже пару досок вырвано. Лез кто — то из своих, кого собаки знают, потому что ни разу ни один пёс не гавкнул. Я сплю чутко, услышал бы. И сторож тоже не слышал, чтобы собаки лаяли. И это не дорожники — их собаки все время облаивают и на хоздвор не пустили бы. Но опять же, вчера все видели, что переносили в новый склад. А лезть в старый за бочками — глупо. Значит, это кто — то свой, но который уже некоторое время не бывавший в усадьбе. Димар, кого ты увольнял в последнее время?
Да, в быстром анализе происшедшего Тарину не откажешь. Димар немного растерянно произнес:
— Так у нас за все это время только один человек уволен, и то я его даже не видел, просто передал его семье, что уволил я его. Да ты его помнишь. Это же тот лодырь, который не хотел толком работать, но рассказал бандитам, когда мы поедем в Арнику. Нападение помнишь? Так его с тех пор и не было, ни в имении, ни у своей семьи в Кузьминках. Так что, вероятно, это он. Один, что ли лазил тут?
Тарин взял поводок собаки в руку и ответил Димару:
— А вот это мы сейчас и проверим! И Димар, пока не вернёмся, не отпускай лэрину никуда одну! На дорогу и то пусть только с тобой едет, там людей много, если что.
И не дав мне и рот раскрыть, чтобы возмутиться, свистнул своим помощникам и вместе с нашими дворовыми Мухтарами, или, уж вернее, Тузиками, двинулись к той дыре в заборе. Ну и ладно, ну и подумаешь! Презрительно фыркнув, типа, не очень — то и хотелось! пошла в дом, завтракать и заниматься своими делами. Бумаги поднакопились, да и на дорогу все равно ехать надо.
С бумагами разобралась быстро, на дорогу съездила, порадовалась работе дорожников, они шли хорошими темпами, а я уже подобралась к подъему из долины. Хочу сделать дорогу вымощенной плитами пока до соединения с королевским трактом. Там дорога в ужасном состоянии, а наша, чистая и ровная, подходящая к тракту, будет служить неплохой рекламой нам. Вообще, на развилке дорог стоило бы построить приличную таверну, но построить ее я могу, но вот работать с ней, руководить ею — уже не возьмусь. Не хочу распыляться, и так много разных дел постоянно крутится в разработках. Вот если бы нашелся умелый трактирщик, то можно было бы сотрудничать. Надо Димара озадачить, он тут многих знает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Поговорила со старшиной дорожников, поинтересовалась, все ли устраивает, как кормят и прочее. Все было в порядке, претензий ни у кого не было, особенно рабочих подогревал тот факт, что через несколько дней они получат плату за первую половину месяца. Решили, что платить буду два раза в месяц. Это всех устраивало. Поговорили о том, что после поворота на Горицы, придется ставить временный лагерь, иначе много времени будет уходить на езду до усадьбы и обратно. Да, это неплохой вариант, главное, чтобы потом они все убрали за собой.
Вернувшись домой, узнала, что Тарина ещё не было, зато меня дожидается Виран, старшина каменщиков и ещё какой — то мужик вместе с ним. Интересно, однако.
— Здравствуй, Виран! Проходи, садись, с чем приехал? Какие проблемы есть?
— И вам здоровьичка, лэрина! Проблем особых нет, так — то мы всё успеваем, и плиты готовим вовремя, да и муку каменную делаем, как вы велели, на осень, нам на поля возить. И впрямь, нынче у нас урожай добрый будет, а ведь уж несколько лет там и не садили ничего. Бабы вот спрашивали — а нам на огороды тоже, может, эту муку можно сыпать?
Я подумала немного, потом кивнула. Близость болота там тоже скажется и на почве огородов, так что некоторое раскисление только на пользу пойдет.
— Да, Виран, как урожай уберете, можете на свои огороды возить доломитку. Но не более одной подводы на огород. Мне не жалко, но излишки тоже не нужны. Ещё какие вопросы? Ты с кем приехал?
Неизвестный мужик остался пока сидеть в холле, я его раньше точно не видала.
— Да тут такое дело, лэрина. Вы прошлый раз были у нас в Каменке, про торф какой — то говорили, что рабочих ищете. Вот один из наших деревенских и отписал своей дальней родне. И приехали к нам аж три семьи, на жительство хотят. Говорят, там, где они жили, этот самый торф и добывали, это далеко от нас, на север. Да только житья не стало от помещика тамошнего, и платит мало совсем, да и все какие — то поборы придумывает. А вы хозяйка честная, мы же знаем. И дома у нас в деревне есть пустые.
— Как пустые? Мы же были в Каменке, не было там пустующих домов!
— Есть дома, это моя жена сговорились с бабами деревенскими и все пустые дома прибрали как следует, и цветов посадили, и мужиков заставили, чтобы починили все там заборы и калитки и крыши. Чтобы вид деревни не портили. Так как, лэрина, дозволяете им туда селиться?
— А если старые хозяева вернутся?
— Да не вернутся! В двух домах старики жили, нет уж их теперь, а из одного уж два года как в город хозяева подались, теперь там живут.
— Ну, хорошо, зови своего мужика, поговорим.
Виран обрадованно пошел за своим спутником и быстро вернулся вместе с ним. Тот остался стоять у двери, нервно теребя в руках картуз, пока я не пригласила его присесть на стул.
— Здравствуй, уважаемый! Вот Виран говорит, что вы хотели бы жить остаться в Каменке и работать на добыче торфа. А вы понимаете, что это тяжёлая работа?
— Так, лэрина, мы и работали на добыче, у нас там, почитай, вся деревня на нем работает, другого занятия нет. Только совсем мало платить наш хозяин стал, никак не прожить, особенно с ребятишками. А тут родич написал, что хозяйка у них справедливая и как раз таких работников ищет, и дома свободные есть. Вот мы и собрались три семьи и поехали, все одно, хуже не будет! Мы все родичи, моя семья, моего брата и его сына старшего. А если все добром будет, так мы отпишем, ещё люди приедут.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И он с надеждой уставился на меня. Я задумалась. Он прав, люди мне на торф нужны, да и просто нужны, я за то, чтобы мои деревни не пустовали, а наоборот росли и люди чтобы к нам ехали. А уж работы я им найду! Тряхнув головой, сказала:
