и окончания книги счастливого конца так и не наступило?
Кто скрывается в тени?
Если Гордон, такая же марионетка, как и находящийся в его руках Уоллис?
Вспомнились старые подозрения.
Почему император вдруг объявил о пропаже герцога во всеуслышание?
Нет, не правильный вопрос. Почему он вообще так быстро узнал новости о кораблекрушении?
— Рейнард, а какова степень родства Эккартов с монаршей династией? — спрашиваю, прерывая очевидные размышления его светлости о том, как поступить с дядей Гордоном.
Отдать должное супругу, он не смеется и не отказывается отвечать на такой пространный, взявшийся из ниоткуда вопрос.
— Все благородные и древние фамилии связаны между собой кровью. И Эккарты с правящей династией Локвудов не исключение.
— Всего в империи три герцога, — начинаю размышлять вслух, еще не до конца понимая, к чему могут привести подобные мысли: — Один слишком мал по возрасту, другой уже старик, вдовец, у которого нет потомков, его титул унаследует кто-то из побочной ветви семьи, и третий…
Третий герцог сейчас передо мной.
Рейнард Эккарт.
— Император начал политику на уменьшение влияния аристократии спустя всего лишь год после его восхождения на престол. Откуда такая резкая смена курса?
Я читала, что прежде Доминик не смел и слова против поддерживающих издревле дворян сказать.
— После императора, титулы трех герцогов в этом сословном делении лишь на ступень ниже…
Значит ли…
— Что император может быть настоящим злоумышленником?
— Юнис! — восклицает герцог, невольно озирается и выдыхает. — Больше не говори подобного вслух, это прямая дорога на виселицу.
Я качаю головой и замолкаю.
Рейнард берет со стола какао-то предмет и щелкает на нем переключателем.
— Теперь даже если кто-то и подслушивает, ничего не услышит.
— Его поведение было подозрительным с самого начала, — продолжаю я.
— Но зачем это его величеству? Его правление на удивление спокойное, империя не вступает в войны, люди живут сыто и нет никакой угрозы. Зачем тогда Доминик вдруг решил покончит с Эккартами? Я не представляю никакой угрозы его трону, и не имею намерений становится императором. Династия Локвуд не одну сотню лет правит, и все уже привыкли…
Я смотрю в честные глаза Рейнарда. Он в самом деле не желает власти. Редкий вид мужчины, которого устраивает нынешний порядок дел и который не желает большего, а всего лишь спокойной жизни.
Личную жизнь монарха нельзя отделять от дел государственной важности. Увы, но это так. Хотя история грустная.
— У императора нет наследника. Они с императрицей уже пять лет в браке, но ребенка нет. У императрицы был выкидыш почти сразу после свадьбы…Как раз в то время Доминик и сменил курс в сторону ограничения прав дворян.
Все сходится.
Кто-то другой бы уже развелся или привел бастарда, но Доминик любит жену всем сердцем. Его мотив — защитить дорогого человека. Я видела их вместе только один раз. Но я все еще помню, с какой нежностью император смотрел на свою робкую, тоненькую словно порыв ветра ее может унести, супругу. Это не политический брак. Будь так, все было бы гораздо проще. Но чувствам не прикажешь.
— В обществе давно уже ходят разные сплетни. Кто-то призывает свергнуть императрицу и назначить новую, есть такие, что пытаются подсунуть различными способами девиц в постель его величества. Бастард в отсутствии законного наследника становится кронпринцем… Уверена, особенно суровые из дворян обсуждают возможность переворота. Радикальные сторонники смены власти, их точно не мало. Они недовольны политикой Доминика в целом. А может, и сами не прочь приложить руку к управлению государством.
Рейнард хмурится:
— Переворот…Чтобы его совершить, нужен предводитель и новый кандидат в монархи. Иначе наступит полная анархия и хаос.
Я киваю. Согласна с Реем. Но если развивать мысль дальше:
— У правящей династии почти нет потомков. Отец и дед Доминика избавились от всех побочных ветвей семьи, чтобы сохранить прямую преемственность власти. Факт родства, пусть и дальнего, с династией, неплохая легитимная отговорка. Народ примет такого императора. В отсутствии иных кандидатов.
— Один герцог слишком мал, другой одной ногой в могиле… — начинает доходить до Рея.
— Нет лучшей кандидатуры, чем умелый герцог в рассвете сил, который доказал, на что способен, подняв величие рода после гибели прошлых герцога с герцогиней и сделав торговую компанию, носящую имя его рода, самой прибыльной на всем континенте. Люди поддержат такого правителя.
Нельзя сказать, что опасения императора взялись на пустом месте. Гордон Эккарт всего лишь пешка, такая же, как и Уоллис. Только вот задень дядюшку и сразу же вылезут закономерные подозрения в отношении Доминика. Многие умные люди почуют неладное.
Готова спорить сейчас, это и было причиной того самого конца, о котором говорила Шарлотта.
Его величество избавился от угрозы. С обвинениями в адрес Гордона никуда не делись причины устранить Рея. А учитывая факт, что кроме самого герцога и его новоиспечённой супруги Шарлотты, остальных Эккартов в живых уже не было, избавившись от них, император если не обрубал на корню угрозу возможного дворцового переворота, то порядком отсрочивал время его возникновения, до того момента пока радикальные дворяне не найдут достойную замену. Выигрыш времени был Доминику необходим, чтобы разобраться с остальными заговорщиками. Стратег, жестокий и беспощадный.
— Но у меня и мыслей нет становиться императором! Я даже не знаю, кто из нашего круга может иметь подобные поползновения! Меня никто не вербовал и не обрабатывал.
Я пожимаю плечами и сажусь поудобнее в кресле, расслабляя напряженные мышцы:
— Это и необязательно. Ты только вернулся. Пока что рано в лоб идти с таким опасным предложением. Но я не сомневаюсь, что желающие свергнуть императора аристократы уже сформировали «кружок по интересам». Скорее всего, они присматриваются к тебе сейчас.
— Это полная чушь!
Не согласна. Рейнард лишком шокирован, но он понимает, что все сказанное — правда. Поэтому еще тяжелее верить в такое.
Эккарт — один из древнейших дворянских родов. Издавна он был оплотом аристократов, одной из главных его сил. И также он был одной из трех «черепах» на которых держится империя во главе с императором. А еще каждая из этих черепах была угрозой для очередного взошедшего на трон монарха.
Это меч с двумя концами. Не можешь держать в узде направляя на врагов, будешь истекать кровью сам.
Рей может и не иметь амбиций, в которых его подозревает его Доминик, но это не значит, что недовольные нынешней властью, а также ограничениями, которые наложил на них сам император, пытаясь наскрести себе больше независимости, чтобы защитить своих близких, которых он так любит, не будут действовать в угоду собственных желаний.
Герцог Эккарт отличный кандидат, чтобы сделать из него государя-марионетку, и
