(то есть в зачаточном состоянии). Обозначим племенной тип простого гидравлического общества словом «простое I», а существующее в форме государства – «простое II».
Таблица 4
Образцы собственнических комплексов в гидравлическом обществе (схематизированно)
Обозначения:
+ хорошо выраженная черта
– слабо выраженная черта
* Значение этой квалификации объясняется на с. 306–310.
** Обозначает новую, еще только развивающуюся черту.
*** Фермеры-ремесленники и производители-купцы.
Разные виды собственности и гидравлическая плотность
Корреляцию между видами собственности, с одной стороны, и образцами гидравлической плотности – с другой, установить гораздо сложнее. Рост предприятий, основанных на владении собственностью, и социальных классов происходит под влиянием нескольких факторов, среди которых гидравлическая плотность является единственным фактором, который в данной местности стремится изменить свое качество как можно медленнее и обычно лишь в тех случаях, когда его отношения с другими факторами изменяются.
Это, однако, вовсе не означает отсутствия корреляции между гидравлической плотностью и собственнической сложностью. Из двух главных эволюционных путей, по которым может пойти развитие гидравлической собственности, или, по крайней мере, первый – переход из простой в полукомплексную структуру – может сильно замедлиться или вообще блокироваться, если аграрный порядок, на котором зиждется эта структура, является гидравлически компактным. Как и корреляция между усилением простого гидравлического общества, образующего государство, и развитием профессиональной промышленности и торговли, эта корреляция станет нам понятнее после того, как мы обсудим характеристики простого, полукомплексного и комплексного образцов восточной собственности.
Неспецифические и специфические аспекты собственности в племенных гидравлических обществах
Неспецифические аспекты
Сельскохозяйственные племена управляют своей собственностью разными способами; это справедливо как для гидравлических, так и негидравлических сообществ. В самых простых сельскохозяйственных сообществах Меланезии, Южной Америки и Африки появились уже более дифференцированные образцы. «Как правило, земля была общим владением деревни; что же касается обработанных земель, мы находим уже зачатки братского, семейного или индивидуального владения землей».
В определенном смысле условия владения землей в гидравлических племенах схожи. У небольших племен Экваториальной Африки земля может продаваться и покупаться. Так обстоит дело у племен саки и эндо (Бич М. Саки, их язык и фольклор). У эн-джемуси ее обычно «отмечал вождь»; но после того, как разделение после смерти отца очень сильно уменьшало размеры участка, владелец получил право увеличить свои владения, прикупив землю, как это делают саки, или, следуя более ранним обычаям, получив дополнительные участки по приказу вождя (Виттфогель К., Фен Ч. История китайского общества Ляо). У индейцев пуэбло в Америке общественное владение землей преобладало еще в 30-х годах XX века. В районе Рио-Гранде «неиспользуемые сельскохозяйственные земли возвращаются городу, и городской вождь (касик) или губернатор передает их в другие руки. У гидравлически пограничных хопи клановая система владения землей существовала повсеместно, а вождь селения, который считался теоретическим владельцем всех земель деревни, очень часто применял свою власть для разрешения земельных споров» (Титъев М. Древние Орайби – исследование индейцев [племени] хопи).
Таким образом, в негидравлических и гидравлических небольших сельских сообществах формы владения землей были разными; а тенденция к общественному контролю была сильной, но не всеобщей. Аналогичные случаи можно найти и в отношении к мобильной собственности. Члены гидравлических племен имели личное оружие и инструменты, которые использовались для охоты и собирательства, но полученные с их помощью блага были столь недолговечными, что обладание ими не способствовало развитию значительных социальных различий, какими бы способами они ни распределялись.
При таких условиях ни промышленность, ни торговля не приводили к значительному расслоению общества. Это особенно заметно в торговле. Обмен личными вещами происходил из рук в руки; для этого не требовалось ни специального обучения, ни больших затрат времени. Как во всех небольших негидравлических сельскохозяйственных сообществах, у гидравлических племен была торговля, но не было профессиональных торговцев.
Особые аспекты
В промышленности условия не так просты. Ремеслами, основанными на собственности, люди занимаются, в основном, чтобы удовлетворить личные потребности фермера; а те люди, которые владеют каким-то ремеслом или имеют доступ к определенным материалам и производят товары для обмена, обычно посвящают этому часть своего времени, а оставшиеся часы по-прежнему занимаются сельским хозяйством. Такое распределение труда преобладает как в негидравлических, так и в гидравлических племенах, и оно не меняется, даже если в округе имеется несколько профессиональных ремесленников, например кузнецов.
Крупномасштабное строительство – это совсем другое дело. Небольшие фермерские сообщества негидравлического типа обычно не обладают той организационной интеграцией, которая необходима для выполнения подобных работ. Некоторые гидравлические племена, такие как саки и эндо, не применяли организационные методы, которые они использовали в гидравлических работах, в негидравлических целях, что с огромным успехом делали американские индейцы племени пуэбло. Инструменты этих индейцев принадлежали их владельцам, но строительные материалы доставлялись совместно, и работа тоже производилась общими усилиями. Такие мероприятия не способствовали развитию частной индустрии, основанной на собственности, и не приводили к появлению группы людей, которая черпала свою силу в частной промышленной собственности и предприятиях. Наоборот. Они расчищали дорогу для таких методов работ, которые мешали развитию неправительственных собственнических сил не только в промышленных, но и в других секторах общества.
В сфере гидравлических работ эти антисобственнические силы появляются регулярно. Примитивный крестьянин, используя свои собственные инструменты, обрабатывает землю, которой может управлять коммуна, а может и нет, а семена культур могут быть его собственными или принадлежать его родственникам. При негидравлических условиях на этом дело и заканчивается. В гидравлических же сама культивация следует похожему образцу; а «подготовительные» операции – нет. Инструменты принадлежат рабочим, но сырье для гидравлических сооружений (земля, камень, дерево) является либо общественной собственностью, иными словами, принадлежит всем и никому, – или, если оно находится на земле, которую держит какой-то конкретный человек, семья или клан, поступает в распоряжение сообщества. Конечный продукт скоординированных усилий этого сообщества, рвы и каналы, не становится собственностью отдельных крестьян или фермерских семей, которые принимали участие в работах, но, подобно воде, которую они подвели к своим полям, переходит под контроль органа, управляющего этим сообществом[58].
Эти особенности собственности можно было увидеть на начальной стадии развития гидравлических сообществ племени саки, «чьи ирригационные сооружения являлись собственностью племени, а не отдельных людей» (Бич М. Саки, их язык и фольклор). В ирригационных поселениях эн-джемуси имелись оросительные каналы, а потому не требовалось, чтобы поля обрабатывались сообществом. У других небольших гидравлических племен староста, даже если его главенство признается всеми, тоже не всегда обладает такой привилегией. А вот у индейцев племени пуэбло, которые в большинстве случаев сочетали компактное гидравлическое сельское хозяйство с крупным негидравлическим строительством, поля вождя обрабатывали другие люди, даже
