class="empty-line"/>
А кто в несчастии любом на выручку придёт.
Кто руку твердую подаст, избавит от тревог,
И даже вида не подаст, что он тебе помог».
– Ты о чём, Катя?
– Пап, не было никакого фонда. Операцию оплатила Лиза, а помогли ей твои друзья. Они и врача привлекли, который тебя «залечил». Пап, ты не путай сострадание с жалостью. Давайте приготовим праздничный ужин и пригласим Лизу с дочкой. Так нам проще будет общаться.
Знакомство состоялось в тот же вечер за ужином в квартире Егора Днепровского. Светловолосая девушка с голубыми глазами была чуть ниже Лизы, но «шире» в кости. Улыбчивая, с ямочками на щеках Катарина Винс была копией Егора Днепровского. С этого знакомства, Катя стала частой гостьей в квартире Лизы по вечерам, проводя дни с отцом, а по выходным и с Камилой. Так прошли две недели.
Елизавета Павловна Аслан с нетерпением ждала возвращения Левинского из командировки. Его отпуск закончился, но он должен был задержаться в Москве. В начале рабочего дня в пятницу, на пороге кабинета руководителя филиала банка, который три недели занимала Лиза, появился бледный Артём.
– Лиза, в отца стреляли, – «выдавил» он из себя.
– Присядь. – Светлана, дайте, пожалуйста, воды. – Выпей и говори всё, что знаешь.
– Звонил Григорий, – ответил он, сделав пару глотков воды. – Стреляли прямо на стоянке аэропорта. Скорая помощь увезла его в областную больницу.
– У тебя телефон с собой? Посмотри, как нам лучше и без пробок выбраться на Красный проспект, – говорила она, убирая бумаги в сейф и собирая свою сумку. – Вы всё слышали, – она посмотрела на секретаря. – Меня сегодня не будет. – Поедем на моей машине, – говорила она уже Артёму. – Доедем до речного вокзала, дальше через Октябрьский мост. Тёма, не паникуй раньше времени. С отцом будет всё хорошо. Позвони Григорию, узнай новости. Возможно, он приедет в больницу раньше нас.
Им потребовалось сорок минут, чтобы добраться до больницы и ещё пять, чтобы узнать место нахождения пациента. Операция уже шла, а водитель приехал минут на пять раньше них. Врач вышел минут через сорок. Все трое посмотрели на него с надеждой.
– Вы родственники Левинского? С ним всё хорошо. Одна пуля прошла навылет, вторую мы извлекли. Была большая потеря крови, но мужчина он крепкий – справится. Сейчас его переведут в палату, но он будет спать. Отойдёт от наркоза, сон вызовет слабость от кровопотери. Ему нужен отдых. Он и вам понадобится, – глядя на Лизу, говорил он.
– Можно остаться. Мне так будет спокойнее.
– Вам можно. Возьмите у сестры халат и не волнуйтесь.
– А что ему можно есть, пить?
– Что захочет, но думаю, сегодня у него не появится аппетит до вечера.
– Григорий Степанович, отвезите Артёма домой. А ты, Тёма, собери отцу домашние брюки, тапочки, пасту, щётку. Позвони по дороге Валентине Фёдоровне, пусть приготовит что-нибудь лёгкое. Купи сок и воду. Григорий Степанович довезёт до банка, приедешь на своей машине. А вы до понедельника отдыхайте. Вам тоже сегодня досталось, – Лиза «командовала парадом». Что говорит полиция?
– Да говорить особо нечего. Этот козёл и бежать не пытался, будто очнулся после пьянки. Он бы и себе пустил пулю в лоб, от безысходности, но пистолет заклинило. Его транспортная полиция на месте задержала. Высоцкий это.
– Артём, езжай спокойно, не волнуйся. Все дела в банке должны быть тобою закончены. Я буду ждать тебя здесь.
Лизе вернули документы Ильяса, выдали халат, и она прошла в палату. Присев на стул у кровати, положила свою ладонь на руку бывшего мужа.
– Ты очень скоро поправишься. Хорошо, что твой Сашка оказался таким же плохим стрелком как и другом. Что мне со всем этим делать? – сказала она вслух и замолчала при виде медсестры, которая пришла с капельницей. Теперь она сидела, смотрела на бывшего мужа, и в душе не было ни ненависти, ни обиды, одно сострадание к некогда близкому человеку. Прошло не меньше часа, прежде чем медсестра закончила процедуры и попросила сообщить, когда больной проснётся. Лиза положила свою голову на руки, обняв спинку стула, и закрыла глаза. Навалилась такая слабость от пережитого волнения за Артёма, что захотелось уснуть. Она проснулась от прикосновения чьей-то руки к её колену. Подняв голову, она посмотрела на Ильяса. На его лице была лёгкая улыбка.
– Напугал?
– Как ты себя сейчас чувствуешь? – Лиза нажала кнопку вызова.
– Что говорят врачи? Я здесь надолго?
– Спросишь у него сам. Я Тёму отправила домой за одеждой для тебя, а Григорию позволила отдыхать до понедельника. Взяла на себя смелость покомандовать. Я ещё при должности.
Доктор вошёл в палату, приложил свою ладонь ко лбу больного, проверил пульс и улыбнулся.
– Жить будете долго и счастливо. Давно я не встречался у нас с огнестрелом, хотя сумасшедшие были всегда. Вам, первое время, лучше вставать с кровати в присутствии кого-то. Может быть пару дней головокружение, тошнота. Раньше среды я вас не выпишу, но в понедельник назову точную дату.
– Как ты здесь оказалась?
– Ты особо не обольщайся. Я здесь в первый и последний раз. Извини, но я не могла отпустить Артёма одного в таком состоянии. Он искренне переживает за тебя. Это твои документы. А вот и он.
– Привет, пап. Ты как? – он слегка пожал протянутую руку отца. – Я тебе одежду привёз и поесть. Купил воду и сок.
– Нормально. Сам догадался или Елизавета подсказала? – усмехнулся Ильяс. – Сегодня переодевания не будет. Поставь воду на тумбочку, а остальное положи в холодильник. Барин спать изволит.
– Вода на месте. Телефон твой рядом. Я переночую сегодня у Лизы.
– Решил перебраться к несостоявшейся мачехе?
– Шутишь – это хорошо. Отдыхай, а вечером позвони Артёму, если что-то понадобится. Утром он привезёт. От меня ехать ближе, если ты такой тугодум.
– Постой! Почему ты отказалась от должности? Отомстила бы за всё сразу.
– Ты непробиваемый кретин, Ильяс. Если бы я согласилась, ты бы узнал об этом первый. Я не наношу ударов в спину даже своим недругам. Кроме того, когда ты выйдешь на работу, я освобожу не только кресло, но сведу к минимуму возможные встречи в стенах банка. Артём будет отправлять мне заявки на электронный адрес, а я ему заключения. Ищи себе заместителя или учи тех, что есть. Да, думаю встречи с полицией и журналистами тебе не избежать. Подумай, нужна ли тебе такая реклама? – снимая халат, говорила Лиза. – Поправляйся.
Действительно, в коридоре они встретили мужчину, который представился следователем, а спустившись к выходу, встретились с работниками телеэфира, которые обступили их.
– Левинский пришёл в себя, но слишком слаб
