Дэвид неотрывно смотрел ей в глаза.
— ... но если я скажу, что нашей болезнью может оказаться что-то типа почечной инфекции или нарушения функции щитовидной железы...
Он уже качал головой.
— Полагаю, мы оба знаем, что это.
Теперь Карен окончательно убедилась, что угадала, о чем думает Дэвид. К сожалению, она подозревала то же.
— Вообще-то, мы пока еще ничего не знаем, но вот что мы сделаем...
ГЛАВА 16
«Как такое возможно, чтобы месяц пролетал быстро и при этом казался целой вечностью?» — спрашивала себя Лиза, когда они с Дэвидом подъезжали к дому Эми. Вместо медового месяца, во время которого они должны были устраиваться в новом доме и наслаждаться спокойными летними днями, она пережила самый странный и напряженный период на своей памяти. Складывалось впечатление, что Дэвид активно ее избегает, проводя все больше и больше времени вне дома. Он либо занимался делами округа, либо помогал Розалинд управлять компанией и переносить крушение брака. Джерри, похоже, возвращаться не собирался, хотя по тем обрывкам информации, которые ей удавалось вытянуть из Дэвида, никто точно не знал, живет ли Джерри со своей девушкой в ЮАР и где он вообще находится. Дэвид говорил, что он звонил время от времени, но никогда подробно не рассказывал, о чем шла речь и как себя чувствовала Розалинд.
Возможно, вполне довольной собой, как часто приходило в голову Лизе, ведь теперь папочка почти каждый день был в ее распоряжении, а к тому времени, когда он возвращался вечером домой, он был таким уставшим и неразговорчивым, что Лиза начинала удивляться, зачем он так утруждается и не остается ночевать у дочки. Она перестала жаловаться, она даже не рисковала спрашивать у Дэвида, почему он так себя ведет, потому что каждый раз разговор перерастал в какую-то непонятную ссору, в результате которой все равно ничего не решалось. Он даже не считал нужным объяснять, почему не хочет с ней общаться или почему иногда не отвечает на звонки собственного телефона. Он просто ждал, пока звонящим займется голосовая почта, а Лизе оставалось лишь гадать, часто ли он делал то же самое с ней, когда она пыталась с ним связаться.
К ужасу Лизы, первые дни замужества начинали казаться ей самыми одинокими со времен ее разрыва с Тони. Временами у нее даже возникало искушение позвонить ему. Не только потому, что в сравнении с Дэвидом он начинал казаться простым и бесхитростным, но и чтобы просто с кем-то поболтать. Жизнь могла бы не казаться такой мрачной, будь рядом с ней Эми. Но через два дня после того, как они с Дэвидом вернулись из Озерного края, запланированный ужин пришлось отложить, потому что маму Тео ограбили и Эми на время переехала к ней, чтобы помочь разобраться с полицией и страховщиками и оправиться после пережитой травмы. Конечно, они почти каждый день разговаривали по телефону, но это не могло в полной мере заменить живого общения, и Лиза ужасно скучала по сестре. Единственной передышкой от одиночества были часы, которые она проводила за компьютером, пытаясь либо подыскать новую работу (в чем пока что особых успехов не намечалось), либо набросать первые главы своего романа. Но если Дэвид оказывался рядом, а она закрывалась в кабинете, он в половине случаев начинал подозревать ее в каких-то темных делах.
— Не представляю, что ты там себе надумал, — возмутилась Лиза, когда он во второй раз обвинил ее в том, что она якобы пытается от него что-то скрыть. — Если ты мне не веришь, прочти, что я написала. Это пока еще наброски, но, по крайней мере, ты собственными глазами увидишь, что процесс идет.
Дэвид не стал ловить ее на слове. Он просто убежал к себе в кабинет и закрыл дверь, но через полчаса вернулся с двумя бокалами шампанского, настаивая, что им нужно отметить три недели со дня свадьбы. В тот вечер Дэвид повез ее ужинать в ресторан и был так похож на себя прежнего, нормального, что она рискнула спросить, почему в последнее время у него так резко и часто меняется настроение. К облегчению Лизы, он не вспылил, как это бывало, когда она комментировала его непредсказуемое поведение. Вместо этого он извинился, что расстраивал ее, и попытался отговориться тем, что у него много забот.
— Например? — умоляющим тоном спросила Лиза. — Если бы ты делился со мной, мы хотя бы могли это обсуждать.
— Это не имеет значения, — заверил ее Дэвид. — Проблема решается, так что давай не будем портить вечер.
Вот и все, чего она смогла от него добиться. У него много забот, но, в чем бы они ни заключались, он не хочет это обсуждать. А значит, ей остается гадать, что же, черт побери, его беспокоит, и со страхом ждать следующего раза, когда он сорвется по какому-нибудь пустяку. Что из того, что он не помнит, в котором из ящиков у них лежат столовые приборы? Чтобы освоиться на новой кухне, нужно время, и, учитывая, что половина коробок до сих пор стояла нераспакованной, она тоже не всегда знала, где что лежит. И что? Она устраивала истерику каждый раз, когда не могла что-нибудь найти? Как бы не так!
— Я смотрел в Интернете, — сказал ей однажды вечером Дэвид, — и там советуют клеить на буфеты и ящики ярлыки, чтобы знать, что лежит внутри.
Лизе это показалось такой нелепицей, что она не знала, как ответить. В конечном итоге отделалась банальным:
— Если хочется, можешь так сделать.
Дэвид, слава Богу, не стал расклеивать ярлыки, но и не прекратил раздражаться, открывая не ту дверцу или спотыкаясь о коробку там, куда сам ее поставил.
Теперь наконец вернулась Эми, и Лиза не могла нарадоваться этому событию. Однако через несколько минут после их приезда позвонила мама Тео, и Эми пришлось уделить внимание ей. Тео занялся напитками, а Дэвид вышел в сад, чтобы ответить на звонок председателя избирательного округа. Наблюдая за мужем из оранжереи, Лиза размышляла, как мало минут наедине с ним выпадало ей после свадьбы. Это, как и все остальное, сбивало с толку, учитывая, как близки они были раньше. Она даже начала задумываться, не разлюбил ли ее Дэвид и сколько любви осталось к нему у нее самой, потому что, когда он замыкался или был взвинченным, у нее возникало желание уйти и больше не возвращаться.
— Бог ты мой! — вздрогнула Эми, выходя к сестре, когда Рокси оглушительно взвизгнула.
Повеселев, Лиза повернулась на голос племянницы, которая скакала по гостиной в эйфорическом припадке. Очевидно, ее так осчастливило нечто услышанное по телефону, что она не могла усидеть на месте. А возможно, что было в равной степени вероятно, ей отчаянно не терпелось добраться до туалета.
— Тео с минуты на минуту закончит с выпивкой, — сказала Эми, — а его мать, похоже, отправилась на боковую. Так что я наконец в твоем полном распоряжении. Во всяком случае, на ближайшие несколько минут.
