— Не поднимай лицо, — предупредил он Сэлли-Энн. — Оно может блестеть как зеркало.
Сэлли-Энн послушно опустила лицо на руку. Он задрал рубашку, чтобы закрыть собственные нос и рот, и следил за их приближением.
Господи, как они были хороши. Как они двигались! Они шли по следу всю ночь, но оставались быстрыми и осторожными, как рысь. Впереди шел высокий машон, слегка покачиваясь, как тростник на ветру. Автомат он нес у правого бедра и был максимально сосредоточен. Луч солнца на мгновение осветил его глаза, и они полыхнули, как выстрелы, на черном фоне лица. Крейг мгновенно понял, что это — самый опасный противник.
По бокам от него шли мрачные коренастые солдаты, полные угрозы, но, очевидно, менее опасные, чем командир. Они, как куклы, подчинялись жестам высокого машона. Преследователи подошли к кромке солончака, и Крейг разложил проволоки на ладони и пропустил их сквозь пальцы.
За пятьдесят шагов до бровки лидер поднял руку вверх, и строй послушно замер. Машон медленно поворачивал голову, осматривая низкую бровку и кустарник. Он сделал пять шагов вперед и снова остановился. Его глаза снова начали осматривать бровку. Он что-то заметил или почувствовал, и Крейг затаил дыхание, считая в уме секунды.
Машон повернулся, указал пальцем на стоящих на флангах солдат, потом махнул сжатым кулаком. Строй изменился на обратный наконечник стрелы. Машоны часто использовали боевой строй племен нгуни «бычьи рога», который впервые применил король Чака, и сейчас эти рога обходили с флангов позицию Крейга.
Крейг мысленно похвалил себя за то, что так широко разнес гранаты. Солдаты на флангах должны были пройти совсем рядом с ними. Он снова рассортировал проволоки в руке и выбрал слабину, не спуская глаз с солдат. Он надеялся, что первым подойдет самый опасный из них — высокий машон, но тот не двинулся с места. Он все еще находился вне зоны поражения и руководил действиями своих подчиненных на флангах.
Солдат справа подошел к бровке и стал подниматься на нее, а левый фланг отстал от него шагов на десять.
— Вместе, — прошептал Крейг. — Я должен убрать их одновременно.
Солдат на бровке едва не коснулся гранаты коленом, и Крейг позволил ему двигаться дальше. У солдата слева была забинтована голова — работа Тимона. Сейчас граната находилась где-то на уровне его пупка. Крейг изо всей силы дернул две крайние проволоки и услышал, как со звоном выскочили из гранат чеки.
Трехсекундная задержка взрывателя. Реакция солдат была отточена до предела. Солдат на бровке скрылся из вида, но Крейг решил, что он находится слишком близко к гранате, чтобы выжить. Трое солдат на солончаке мгновенно залегли и стали стрелять, осыпая очередями бровку, потом перекатились и снова стали стрелять.
Только раненый солдат на левом фланге остался на ногах. Возможно, рана замедлила его реакцию. Взрыв гранаты был ярким как фотовспышка, и солдата буквально смело волной осколков. Через долю секунды взорвалась граната справа, и Крейг услышал, как осколки стучат по живой плоти.
«Два ублюдка готовы», — подумал он и попытался достать высокого машона. Стрелять приходилось через кусты и бровку, а солдат перекатывался по солончаку. Первая очередь Крейга взметнула фонтанчики белой соли буквально в нескольких дюймах перед ним, следующая прошла левее. Машон начал отстреливаться и продолжал катиться.
Один из солдат вскочил на ноги и бросился на бровку, уворачиваясь, как нападающий с мячом, и Крейг перевел огонь на него. Она попал в него всей очередью, прошив от промежности до груди. АК-47 был известен тем, что ствол задирало при стрельбе очередями, и Крейг учел эту особенность. Солдат выронил автомат, крутанулся на месте и упал на колени, как мусульманин в молитве.
Высокий машон вскочил на ноги и бросился вперед, следуя его приказу, еще один солдат побежал следом в двадцати шагах сзади. Крейг переключил внимание на него. На этот раз он не мог промахнуться. Автомат дернулся один раз и замолчал. Невредимый машон был уже совсем близко.
Крейг перезаряжал автомат не так быстро, как раньше. Он опоздал всего на микросекунду, и высокий машон скрылся из вида, очевидно, залег за бровкой, а очередь прошла высоко, никому не причинив вреда.
Крейг выругался. И переключился на последнего солдата, который не добежал до бровки шагов пять. Это была стрельба навскидку, но одна пуля из длинной очереди попала солдату прямо в рот. Голова его дернулась, как от сильного удара. Бордовый берет, похожий в лучах солнца на экзотическую птицу, слетел с головы, и солдат рухнул замертво.
Четверо из пятерых за первые десять секунд. Крейг не смел даже надеяться на это, но пятый, самый опасный, прятался за бровкой и явно заметил вспышки автомата Крейга. Он засек его позицию.
— Лежи под палаткой, — приказал он Сэлли-Энн и дернул за проволоки оставшихся трех гранат. Взрывы, похожие на бортовой залп военного корабля, раздались почти одновременно, и Крейг, воспользовавшись поднятой ими пылью, сменил позицию.
Он пробежал вперед и вправо шагов тридцать, упал вперед, перекатился и замер на животе, направив заряженный автомат на то место, где исчез высокий машон, и бросая быстрые взгляды вправо и влево.
Было уже совсем светло. Наконец машон зашевелился. Он, быстрый, как мамба, перелетел через бровку совсем не в том месте, где ожидал его увидеть Крейг. Видимо, прополз под бровкой значительно левее.
Крейг быстро перевел автомат на него, но стрелять не стал. Не следовало выдавать свою новую позицию ради такого мимолетного шанса. Машон скрылся в кустах шагах в пятидесяти. Крейг пополз наперерез, двигаясь бесшумно, как земляной червь, не поднимая пыли, превратившись в зрение и слух. Медленно, как патока, тянулись секунды, а Крейг все полз вперед, зная, что машон подбирается к тому месту, где осталась Сэлли-Энн.
И вдруг Сэлли-Энн закричала. Ее крик ударил по нервам, как наждачный круг, а потом он увидел, как они оба поднялись из кустов. Сэлли-Энн извивалась и дралась как кошка, а стоявший на коленях машон легко удерживал ее за волосы, заслонял себя ее телом и не давал возможности выстрелить.
Крейг бросился вперед. Решение не было осознанным. Он просто вдруг оказался на ногах, размахивая автоматом как дубиной. Машон увидел его и отпустил Сэлли-Энн. Она попятилась назад и упала. Машон уклонился от автомата и ударил Крейга плечом в живот, вставая с колен. Автомат вылетел из рук Крейга, он обхватил машона, отчаянно пытаясь восстановить дыхание. Машон, поняв, что автомат бесполезен в рукопашном бою, отбросил его в сторону; чтобы освободить обе руки.
В первые же секунды Крейг понял, что машон просто слишком силен для него— Он обладал преимуществом роста и веса, к тому же тело его было натренировано до крепости антрацита. Длинная рука обвила шею Крейга, и он не стал сопротивляться, а всем весом двинулся в том же направлении, в котором его тянул машон, и они свалились на землю. Крейг попытался лягнуть противника протезом, но удар не получился.
