Они с Иваном, как правило, работали вдвоем на верхней палубе корабля, каждый день начищая до блеска и без того ужасающе чистый деревянный пол. По какой-то причине, их поселили в отдельной каюте. Там было тесно, особо разгуляться было негде, но зато они были вдвоем, в то время, как Томас и Дейв разделяли ночной сон с еще десятью-пятнадцатью наемными рабочими, среди которых были и не самые приятные образцы.
Такое разделение было более чем странным, и никак не объяснялось. Все, что Сайлент и Иван могли делать – наслаждаться полученными условиями. Ну а Томасу и остальным ничего не оставалось, кроме как довольствоваться тем, что было.
К удивлению Сайлента, идея побега пришла не к Томасу, и даже не к нему самому. Первый, кто заговорил о том, что нужно было убираться с корабля – Иван. В один из вечеров, счет которым они уже успели потерять, когда Сайлент собрался спать, из полудрема его вывел голос, который просто невозможно было не узнать:
– Сайлент, ты спыш? – тихо, насколько вообще тихо мог говорить дворф, позвал его Иван.
– Нет пока, – Сайлент повернулся к кровати дворфа. В комнате было темно, на корабле матросам не разрешали палить свечи во избежание пожара.
Сайлент начертил несложную руну, и его руки стали излучать неяркий желтый свет. Магией пользоваться гоблины тоже запрещали, но здесь вряд ли кто-то мог заметить такой тусклый свет. Дворф сидел на кровати, свесив ноги, и болтая ими как маленький ребенок. Его взгляд выражал крайнее беспокойство.
– Что случилось? – спросил Сайлент.
Дворф спрыгнул с кровати и приоткрыл дверь. Видимо, хотел убедиться, что их никто не слышал.
– Хлопци кажуть, скоро будет земля, – тихо ответил, наконец, Иван.
– Да, я тоже слышал, – Сайлент кивнул. – И что?
– Бежать нам треба, от шо!
– Думаешь, все так просто? – спросил Сайлент. Он уже думал о чем-то подобном, но при таких мыслях в его голове рисовались страшные картины, на которых за ним гналась толпа гоблинов с ружьями. Еще на этих картинах не было Ивана.
– Якщо спрыгнем с корабля, никто сразу и не кинется. Останется только доплывти до земли.
– А как же надсмотрщики?
– Да яки там надсмотрщики? За намы майже нихто не следит, – Иван махнул рукой. – Проще простого. Що я точно знаю – за нами нихто не попливе. Гоблины дотрымуються графика. Двое рабив – не велыка потеря.
Сайлент задумался.
– Почему это двое? А Томас?
– Ни, це исключено. За ным постоянно слидкують. Только мы двое.
– Нет, так не пойдет. Либо втроем, либо никак.
Дворф злобно посмотрел на него.
– Ни! – сказал он. – Тильки ты да я. Бильше никого.
– Тогда можешь бежать сам. Ну а мы как-нибудь без тебя разберемся, – теперь уже разозлился Сайлент. Он не мог понять, почему дворф был так решительно настроен. Ведь на самом-то деле, за Томасом наблюдали всего не намного пристальней, чем за паладином.
– Воны заподозрять и поставлять охрану! – рявкнул Иван. – Не можна так рызыковать!
– Запомни, Иван, – процедил сквозь зубы Сайлент, удивившись своей собственной злости. – Если мы с тобой сбежим с этого корабля без Томаса, то на неизвестном и полном опасностей берегу мы не протянем и нескольких часов! Если ты не хочешь умирать, тогда лучше оставайся на корабле, потому что здесь точно безопаснее, чем там!
Дворф задумался, но через минуту снова отрицательно покачал головой.
– Так не пиде.
Ночь была беспокойной, Сайлент практически не спал. В голове вертелись все те же переживания, которые из простых мыслей преобразовывались в отрывистые и непонятные сны. То за ним бежали гоблины, то его преследовали люди ВанКлифа, то сам ВанКлиф все время преграждал ему путь, насмехаясь над Сайлентом, но не трогая его. Паладин бежал по узкой лесной тропинке, увертываясь от всего, что только можно было представить. В конце концов его догнали.
Проснулся Сайлент в холодном поту. Утреннего подъема еще не было, но Иван уже куда-то пропал. Если дворф намеревался сбежать прямо на рассвете, то Сайленту с Томасом о побеге оставалось только мечтать. Интересно, почему Иван, который никогда не казался паладину глупым или эгоистичным, вдруг внезапно так изменил свое поведение? Или, быть может, он таким и был, просто после длительного общения с Томасом казался не таким уж и эгоистом, каким на самом деле был?
Сайлент приоткрыл дверь и выглянул наружу. Воздух был прохладным, небо ясным, а вдалеке на горизонте виднелись первые признаки рассвета. Слегка красноватая утренняя заря предвещала скорый восход солнца, а значит и подъем. До того, как это все произойдет, нужно было найти Ивана, если он все еще был на борту.
Сайлент обошел верхнюю палубу, но дворфа не увидел. Он не знал, можно ли было таким как он болтаться по всему кораблю без разрешения, но сейчас наказание его не сильно волновало. В конце концов, не привяжут же они его к камню и не выкинут за борт?
Паладин не обнаружил дворфа. Интересно было, куда он мог подеваться. Земли все еще нигде не было видно, он не мог просто так прыгнуть в открытое море.
Где-то внизу послышались торопливые шаги. Cайлент узнал знакомый стук каблуков Ивана. Тот торопливо пересекал нижнюю палубу, направляясь к лестнице. Судя по всему, дворф вышел из нижних кают, оттуда, где были комнаты гоблинов и капитана. Вот только интересно, что он там делал? Может, хотел что-то незаметно стащить? Карты? Компас? Готовился к побегу?
Быстро и тихо, Сайлент вернулся в каюту. Иван пришел через несколько минут. Но в руках дворфа паладин ничего не увидел.
– Доброе утро, – паладин зевнул, как ни в чем не бывало. – Куда ходил? – спросил он «между делом».
– Гуляв, – отмахнулся Иван.
Наглое вранье. Небось, что-то замыслил, но не хочет, чтобы Сайлент узнал о его планах.
Дождавшись обеденного перерыва, паладин спустился к Томасу и рассказал о вчерашнем разговоре с Иваном.
– Идея, которая не приходила нам в голову? – чернокнижник улыбнулся. – Я думал об этом с первого дня.
– Почему ничего не сказал? – Сайлент не удивился реакции Томаса.
– Зачем говорить раньше времени? – Томас задумчиво уставился в протертый пол. – Говоришь, скоро должна быть суша?
– Кстати, Иван зачем-то ходил в каюты гоблинов, – вспомнил Сайлент сегодняшнее утреннее происшествие.
– Хмм, – чернокнижник почесал подбородок. – А еще он не хотел, чтобы я бежал вместе с вами, да?
– Да, из-за этого и вся суета.
– Главное – не торопиться, – сказал Томас, выкрутив мокрую тряпку и бросив ее на швабру. – Как только увидим землю, если увидим, будем действовать. А пока отойди, мне нужно здесь помыть.
Земли центрального Клэмдорпа показались уже через день.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
