запрещена уже много веков во всём мире. Уничтожает мой дом и чуть не убивает меня самого, — злобно посмотрел на всех троих Корлеоне. — В тот же день на месте появляются ваши ребята и начинают усиленно затирать все следы преступления, а теперь сюда приходите вы трое и пытаетесь меня запугать? Вам не кажется, господа, что вы слишком уверовали в свою исключительность?
— Давайте не будем ссориться, — поднял перед собой обе руки первый невыразимец. — Мы всего лишь хотим разобраться, кто на вас напал, мистер Дамблдор.
— Если надо, я готов добровольно поделиться с вами своими воспоминаниями, — вздохнул Корлеоне. — Конечно, неприятно снова почувствовать, как тебя будто готовят на открытом огне, но ради того, чтобы наказать этого ублюдка, я пойду на это.
Невыразимец тут же вытащил хрустальный флакон из кармана мантии и протянул его Корлеоне. Вито приставил палочку к виску и аккуратно вытащил давно подготовленное воспоминание. Так как основной бой он проводил на астральном плане, то физическое тело запомнило только то, что происходило в реальном мире. А там, Вито не совершил ничего противозаконного или того, что можно было считать тёмной магией.
Вернув флакон с воспоминаниями, Вито предложил:
— Если это необходимо, я также готов предоставить на проверку свою палочку. Мне нечего скрывать, и я предпочитаю дружить, а не враждовать. Вито спокойно протянул невыразимцу, замаскированный под палочку Олливандера посох Мерлина, и с упрёком покачал головой.
— Дружба, господа маги — это всё. Дружба даже превыше таланта. Сильнее любого правительства. Дружба значит немногим меньше, чем семья. Поэтому я предлагаю вам свою дружбу.
Невыразимцы скованно переглянулись. Старший поднял палочку Корлеоне и скастовал «Приоре инкантатем!» Из палочки вырвались одно за другим, последние заклинания, которые применял Вито. Ничего серьёзнее «Бомбарда максима» там не оказалось.
— Извините нас, мистер Дамблдор, — ответил второй невыразимец. — Мы постараемся разобраться и найти напавшего на вас преступника. Третий маг мрачно промолчал.
— Ну что же, господа, — показательно устало вздохнул Корлеоне, засовывая палочку обратно в кобуру. — Если у вас всё, то я, пожалуй, прилягу, отдохну. Простите, но я себя, ещё неважно чувствую.
Невыразимцы попрощались и вышли из комнаты. Вито, как и сказал, лёг в постель, и с губ его не сходила лёгкая улыбка.
***
Дамблдор трансгрессировал в Литл-Хэнглтон и подошёл к дому Эверли, который сейчас выглядел пустым. Тёмные окна, одинокая дорожка, протоптанная в снегу. Было заметно, что хозяина нет дома уже несколько часов. Альбус постучался к соседке.
— Здравствуйте, миссис. Вы не знаете, где сейчас находится Эдвард Эверли? Я профессор из его школы-пансионата. Прибыл сюда, чтобы сопроводить мальчика к месту учёбы.
Женщина грустно комкала в руке несвежее полотенце.
— Он на кладбище, — соседка отвела глаза в сторону. — Бедненький, целыми днями сидит там на могиле родителей. Горюет.
В уголках её глаз начали образовываться слёзы, и женщина сдавленно всхлипнула.
— Такие хорошие были люди. С Розой мы с детства были знакомы, дружили даже. Я предложила мальчику ночевать у нас, но он отказался. Говорит, не хочет нас стеснять. После смерти родителей, Эдди совсем другой стал. Мрачный такой, переживает, наверное, а поделиться ни с кем не хочет.
Узнав, где находится кладбище, Альбус неспешно направился туда. И действительно, возле свежих могил на лавочке сидел Эдди и мрачно смотрел в одну точку. Почувствовав взгляд, он неторопливо обернулся и заметил Дамблдора.
— Здравствуйте, профессор, — грустно поздоровался подросток. — Я вот… Тут…
— Добрый день, Эдвард, я за тобой, мой мальчик, — сочувствующе окинул щуплую маленькую фигурку подростка, Дамблдор. — Завтра начинаются занятия, нам надо отправляться в школу.
— Хорошо, профессор, — грустно посмотрел на него Эверли. — Дайте мне ещё пять минут попрощаться, пожалуйста?
— Конечно, мой мальчик, — кивнул Дамблдор. — Я буду ждать тебя возле вашего дома. Он также неторопливо зашагал назад, и подросток остался один.
Слизерин уже неделю собирал некроэнергию со всего кладбища и сейчас Дамблдор чуть не поймал его на горячем. Хорошо что современные маги, практически не используют аурное зрение. Иначе бы профессор очень удивился, глядя, как вокруг разбитого горем мальчика, закручиваются буро-зелёные потоки отвратительного даже на вид волшебства. Впитав в источник всю окружающую некроэнергию, Слизерин довольно вдохнул морозный воздух. Восстановление после неудачного боя прошло замечательно, и он даже стал сильнее. Вернув лицу постное выражение, Салазар отряхнулся от снега, ссутулился и быстро зашагал по тропинке. Дело сделано и можно возвращаться в Хогвартс.
***
Сначала война на востоке развивалась точно по разработанным планам. В короткое время войска вермахта захватили огромные территории. Гитлер, захлёбываясь от восторга, докладывал Гриндевальду, что ещё немного и Москва будет взята, но Геллерт его радости не разделял. Не так давно в Министерство магии Германии зашёл колоритный старик, одетый по тысячелетней моде славянских волхвов, и попросил у дежурного мага передать его послание Гриндевальду. После чего просто растаял в воздухе, не обращая внимание на многоуровневую защиту министерства. Вскрыв тубус в особо защищённом месте, Геллерт просмотрел флакон с воспоминаниями. Какой-то провидец из этих замшелых восточников, произнёс, как было понятно, истинное пророчество: «Если Германия не отступится и не принесёт извинения за свою дерзость, то не позже чем через пять лет полностью лишится самостоятельности, и до конца века будет площадкой для чужих политических игр. А сам Геллерт умрёт в тюрьме забытый и про́клятый всеми, и род Гриндевальдов прервётся на нём».
Такой судьбы себе и своей стране Геллерт категорически не желал, но и дать команду, убраться из
