когда папа вернется домой? – Ее большие круглые голубые глазки блестят, когда она смотрит на меня снизу вверх. Краем глаза улавливаю выражение лица Имоджен – она внимательно наблюдает за этой сценой.
– Потерпи еще чуточку, Поппи. – Пытаюсь спрятать свое заплаканное лицо.
– Ты ведь останешься со мной, мамочка, да? Ты никуда не уйдешь?
Бросаю взгляд на Имоджен и вижу, что ее напряженная поза немного смягчается.
– Я всегда буду рядом с тобой, моя маленькая Поппи-поппет! – Обнимаю ее, а потом прошу ее пойти и немного поиграть в гостиной, пообещав скоро присоединиться к ней.
Имоджен дожидается, пока Поппи не выйдет за дверь, прежде чем заговорить снова.
– Вот именно, Бет. Лучше вам сказать мне, где, по-вашему, сейчас Кэти.
Глава 81
Бет
Сейчас
Адам стучит в дверь ровно в шесть вечера.
Требуется всего пара минут, чтобы загрузить наше барахло в его машину, и еще полчаса, чтобы рассказать ему о событиях дня. Доехав до его дома, молча сидим в машине, а Поппи и Джесс о чем-то болтают в своих детских креслицах позади нас. Из этого молчания я заключаю, что Адам все еще в шоке оттого, что я знаю – или, по крайней мере, думаю, что знаю – местонахождение тела жертвы убийства. Жертвы моего мужа. Второй из трех, насколько можно предполагать.
Той, о которой мы знаем.
Имоджен была решительно настроена донести до меня, что если Том оказался способен на три убийства, то неизвестно, сколько их всего было. Он решил рассказать мне о двух «несчастных случаях», сказала она, наверняка лишь потому, что я вынудила его к этому, обнаружив аккаунт электронной почты Кэти на его планшете. Теперь начинаю понимать, что она права. Том никогда бы не доверился мне, если б я не раскачала лодку. Если б не ткнула его носом в то, что нашла, и не загнала его в угол.
То, что он убивал людей и – до сих пор – выходил сухим из воды, показывает, насколько хорошо Том умеет врать. Насколько хорошо умеет заметать следы и создавать видимость нормальной семейной жизни. Он манипулировал мной. Всеми остальными. Если б это не выплыло на свет сейчас, то когда бы это произошло? В следующем году? Через пять лет? Когда мне было бы уже слишком поздно начинать жизнь по новой? Когда это полностью подкосило бы и Поппи?
Да, неразумно было с моей стороны так долго скрывать от детективов свои подозрения касательно тела Кэти. Этот шаг может дорого мне обойтись. Но все же надеюсь, что Имоджен сдержит свое изначальное обещание – что ее слова про «смягчающие обстоятельства» все еще в силе. Она настойчиво намекала, что они защитят меня и Поппи, если я дам им все, что позволит упрятать Тома за решетку до скончания его дней.
Так что, думаю, если Купер получит то, что хочет найти, это пойдет мне только на пользу.
Молюсь, чтобы ей это удалось. Пока я не получу подтверждения, душа так и будет метаться в потемках. Если я ошибаюсь насчет того, куда Том отвез тело Кэти, и если прочих косвенных улик окажется недостаточно, чтобы присудить ему пожизненное, тогда все это было напрасно.
Рука Адама лежит на моем бедре. Его тепло проникает мне в кожу. Поворачиваю голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
– Ты уверен, что нам стоит остаться на…
– Абсолютно уверен, – перебивает он. – Прости. Просто слишком многое надо осмыслить, вот и все. Я буду в порядке, как только мы зайдем.
Адам переводит взгляд на свой дом, и я вижу, как он украдкой осматривает дорогу в обе стороны. Проверяет, нет ли кого поблизости – не увидит ли кто, как мы с Поппи заходим внутрь с набитыми сумками.
– Если ты так беспокоишься насчет того, кто что скажет, Адам…
– Это не так. Не совсем. Старые привычки, я полагаю. – Его лицо расплывается в широкой улыбке. – Ладно, проехали – нас ждет замечательный вечер перед голубым экраном. Очень надеюсь, что ты не забыла про обещанные вкусняшки, Бет!
* * *
В половине десятого звонит мой мобильник.
– Ее нашли.
Мой мир начинает вращаться вокруг своей оси. У меня не находится слов, чтобы как-то ответить.
Станет ли тело Кэти той уликой, которая наконец раскроет правду о моем муже и гарантирует, что он проведет остаток своей жизни в тюрьме?
Глава 82
Том
Восемь лет назад
По саду гуляет ветер, кусая меня в лицо. Но я не чувствую холода. Каждая из четырех миллионов моих потовых желез работает на всю катушку – каждый дюйм моей кожи скользкий от соленой жидкости. Чувствую вкус собственного пота, когда он стекает мне на губы, и бессознательно слизываю его, когда волоку подпрыгивающий на кочках чемодан на колесиках по неровной земле.
Прежде чем добраться до конечной точки, призванной стать местом последнего упокоения Кэти, я уже тащил этот долбаный чемодан добрую милю, чтобы добраться до своей квартиры. Если б можно было двинуть напрямик, вышло бы на полмили короче. Но я не мог рисковать и соваться в более людные части города – а тем более утыканные камерами наблюдения. У меня была заготовлена история, если вдруг потребуется, – мол, я просто помогаю Кэти переправить ее чемодан к себе на квартиру, где она решила переночевать перед вылетом в Индию, – но я не хотел, чтобы в столь критический момент меня хоть кто-нибудь заметил. Нельзя было допустить, чтобы кто-то вдруг вспомнил, как видел какого-то взмыленного мужика, который весь в поту катил за собой тяжеленный чемодан. Тут и связь провести недолго.
Я отволок ее к себе на квартиру, поскольку мне требовалось оказаться в привычной обстановке, чтобы хорошенько обдумать следующую часть плана. Вошел я через черный ход и поднялся на лифте – мне ни за что не удалось бы поднять ее по лестнице без того, чтобы кто-нибудь не высунулся посмотреть, что это за шум. Так вышло, что мне повезло – не наткнулся ни на Пола с первого этажа, ни на Максин и Джой со второго.
Где-то с час я отдыхал и приходил в себя, а заодно забронировал прокатную машину. Да, имелся риск оставить дополнительный след, но оставалась надежда, что Кэти так и не найдут, так что к моим действиям никто не станет особо присматриваться. Раз уж на то пошло, всегда можно было сказать, что прокатная машина мне понадобилась, чтобы отвезти Кэти
