Мы не закончили наш разговор. И я приехал все прояснить.
— Что же тут можно прояснить? Барон не хочет с вами сотрудничать.
— Где Мейдель?
— Вроде на реке слонялся. Он, Сергей Иванович, такой романтичный, любит наблюдать восход луны, отражающийся в водах Йоны.
За разговорами я непринужденно сместился так, чтобы стоять от них сбоку, а не между ними и домом. Тот, что получше, так же непринужденно сделал пару шагов, перекрыв мне путь к воротам. Хе. Я не собираюсь убегать.
— Ну вот, когда ты без гранаты, мы и поговорим по-простому. Веди нас к барону!
— Где же я вам его найду? Он на реке где-то бродит.
Крупный мужик отделился от остальных подошел ко мне и сказал:
— Хули ты умничаешь? Сказано — веди! — и ударил меня в челюсть. Ну, он так думал. Если уметь, вывихнуть руку — гавно вопрос. Особенно если тебе её протягивают. Можно и сломать. Но треск будет слышно. А они вон какие нервные. Четверо мгновенно достали пушки. Два нагана, браунинг и люгер. А опытный ничего не достал. Откуда же ты такой взялся? Но, по-любому уже не шесть, а пять стволов. Я пихнул согнувшегося, и прижимающего к груди руку, страдальца обратно к группе. Опытный мужик как-то нервно зыркал по сторонам и был очень напряжен. Очень. Гм. Чувствует.
— Вы странно себе представляете обсуждение, Геттинген. Может быть внятно скажете, что вам нужно?
В принципе, если прыгнуть с кувырком, я окажусь среди них. Правда всю спину об брусчатку побью… Мозгов не стрелять у них хватит. Скорее друг друга перестреляют. А я им ручонки-то повыдергаю. Придурки. Даже сейчас не догадались рассредоточиться. Геттинген открыл рот, чтобы что-то сказать, а я уже было совсем собрался прыгать. Но тут одновременно произошло два события. Распахнулось окно в доме, на первом этаже. И в него выглянул пулемет Льюиса. За котором угадывалось лицо Саввы. Из-за дома, задом, выехал кабриолет Ситроен, с пулеметом на турели. По типу арабских пулеметных экипажей. Пулемет повел стволом руками Марка. За что мне нравится Марк? Обычно его не видно и не слышно. Но когда возникает нужда, он оказывается в самом нужном месте.
— Савва Игнатович! А меня-то за что?
— Ты бля, Ваня, подзаебал своими шуточками. Так что если что — не взыщи. Да и стрелять Марк будет. Он из пулемета на лету мухе в правое яйцо попадет. А я для, блять, красоты здесь постою.
Я повернулся к горе-бандитам.
— Давайте мужики, разоружайтесь. А то и мне прилетит. Давайте, давайте, бросайте стволы в машину.
Я указал на заднюю дверь Симки, и отошел еще дальше. Опытный мужик попробовал слегка сдвинуться в сторону ворот. Но от Марка раздалось — «Стой где стоишь. И не шевелись. Я смотрю за тобой».
Я взглянул на Геттингена. Он являл собой монумент отчаяния, готовый воскликнуть — «Но как!?». Во двор вышел Савва с пулеметом.
— Савва Игнатич? — воскликнул Геттинген. Бля, все его знают! Я огляделся. В соседнем окне маячили головы Шарлотты и Наташи. Чуть подальше в окно пялилась Сибил. Из-за угла выглядывал садовник. Экс-бандиты тесной группой стояли посреди двора. Махнул рукой опасному, чтобы подошел. Молча его развернул, и вытащил из-за пояса, сзади, ножик. Ничего такой. Сантиметров тридцать лезвие. Левой рукой бросил, вогнав его в стенку сортира почти на половину. Хорошо просох! Дамы за окном устроили аплодисменты. Раскланялся.
— Потом отдам. — сказал я мужику. Он улыбнулся. Вообще-то — нормальные вроде мужики.
— Ты, Ваня, все не бля наиграешься! Давайте, мужчины — вон туда. Посидите в погребе. Барон придет, пусть с вами разбирается.
В этот момент во двор ступила парочка, совершенно увлеченная друг другом. Они настолько ничего не замечали, что практически уткнулись в Геттингена.
— Сергей Иванович! — воскликнул Яков — какими судьбами?
И протянул агрессору руку.
— Поосторожней, барон. Савва, веди уже их. Господа, вам придется некоторое время подождать, пока мы все обсудим. — Ламанов распахнул дверь погреба, впустил всех шестерых, и повесил на дверь замок.
— Вот вы, Яков Карлович, про меня моей девушке гадости рассказываете. А вы, Ольга Леонидовна язвите напропалую. А я, только что, отстоял замок от захватчиков!
— А чего ты, Ваня, вы… выделывался-то? Че не убежал сразу? Заперли бы дверь, да и постреляли бы их на… совсем.
— Бои во время реставрации зданий? — во двор выбежала Наташа и прижалась ко мне. Вышла Шарлотта.
— У нас тут мужчины по дому с пулеметами бегают, а вы неизвестно где.
— Это что, были бандиты? Правда? — Иваницкая была неожиданно возбуждена. — а я все пропустила!
— Эх, Ольга Леонидовна! Вам повезло с бароном. Он всегда появляется когда я уже все решил. Он обычно девушек успокаивает в этот момент.
— Кольцов, это мелко.
Наташа фыркнула мне в плечо.
— Ребята, какая у вас жизнь здесь захватывающая!
— Решено. Раз госпоже Иваницкой так нравится, я тебя, Айвен, и тебя Наташа, приглашаю. — скзал Марк. — Захватим замок Сези этой зимой.
— Барона и Ольгу будем продавать парой, или разделим?
— Слушайте, а что сейчас-то делать? — Яков как-то никак не мог врубиться в ситуацию.
— Ну, пойдемте, подумаем.
— И вправду. Как раз и поужинаем.
Наташа тихо застонала.
Глава 36
Труднее всего оказалось напоить девушек. Что бы ушли спать и не мешали серьезному разговору. Причем я был настроен достаточно благодушно. А вот Яков, похоже, готовился зверствовать. Савва и Марк подливали девицам, и рассказывали пикантные анекдоты. Ольга Иваницкая, сверкая глазами, требовала публичных пыток. Я подливал ей побольше. Дамам изложили версию-лайт. Нехорошие люди не хотели отдавать Якову его деньги, а когда он все же их забрал — обиделись, и приехали мстить.
С огромным трудом разогнали дам по койкам, да и то, завтра праздник, бал в ратуше, вам нужно блистать, а вы полуночничаете. Отнес и уложил Наташу в постель. На обратном пути зашел на кухню, попросил Сибил приготовить что-нибудь заключенным. В столовой плеснул себе виноградной, и попросил Марка привести Геттингена.
