использовать подобные «процессу» слова.
- Конечно, ускорите. Вы знаете местные реалии, сможете нам сильно облегчить задачу по обеспечению безопасности в тылу. Вы для нас представляете определенную ценность. А еще я сам отец, и понимаю, насколько сильно ваше желание воссоединиться с детьми.
- Стимул, - еще одно слово, которым можно гордиться. - Скажите, полковник, а Солано и Сонины получили подобные предложения.
- Это имеет какое-то определяющее значение?
- Нет, просто интересно.
- Не могу ответить на ваш вопрос.
- Из соображений секретности?
- Примерно так. Вы не хотите ни с кем из кровососов сотрудничать?
- Не горю желанием, но в случае необходимости придется. Мне приходилось мириться и с более тяжелыми вещами в моей жизни.
- Постараемся сделать так, чтобы подобные контакты стали минимальными.
- Когда я смогу приступить?
- Как только ваша рука полностью восстановится мы переведем вас в тренировочный лагерь, а пока займемся оформлением документов. Юридическая сторона вопроса очень важна.
- Я это уже поняла, - внешние являлись приверженцами сложных бюрократических процедур, что для нее выглядело несколько странно. Упыри такими вопросами по отношению к косоварам пренебрегали, концентрируясь только на сборе налогов. И крови. Перед ее глазами встала картина сафари в деревне бабушки. Иллка ощутила, как к горлу подкатывает комок.
- Вы можете отказаться от нашего предложения. Но, поверьте, оно очень щедрое, хотя и несет риски.
- Аллах не даст меня в обиду, пока я не найду своих детей.
Внешний промолчал, хотя они принадлежали к одной вере. Ее удивляла подобная сдержанность. Это упыри, порождения шайтана, относились к вере пренебрежительно и с отвращением.
- Значит, вы согласны?
- Конечно! - Иллка подумала о том, что проблема, чем заняться в новом мире, сама собой разрешилась. - Убивать упырей — это то, чего я хочу чуть меньше, чем найти своих ребятишек.
- Отлично, - подполковник ушел, а она поделилась с Дефримом своим решением. Тот улыбнулся:
- Иллка — воин. Думаю, что у тебя все получится. Если сможешь, то найди и моих.
- Тебе такого не предложили? - удивилась она.
- Нет, - Дефрим снова улыбнулся, - и не предложат. Я же не убийца.
- Ты хочешь сказать, что я — убийца? - Иллка оторопела: она не могла поверить, что кто-то может так думать про нее.
- Да. Это так.
- Почему ты так считаешь?
- Я видел, как ты преображаешься, когда вступаешь в схватку, когда убиваешь.
- Я не убила ни одного человека! - воскликнула она и тут же вспомнила про администратора гостиницы. - Специально не убила, а о том случае жалею. А упыри — они не люди...
- Прости, если тебя обидел, называя вещи своими именами, но это не только мое мнение. Этот психолог, доктор Альберт, не просто так пытал нас своими тестами и опросами. Он составлял наш личностный портрет.
- Который показал, что я люблю убивать? Дефрим, мне не нравится убивать! Совсем не нравится! - она так пылко начала об этом говорить, что даже сама почувствовала фальшь в своих словах. Торговец оказался прав, когда назвал ее убийцей. Ей стало не по себе. Ведь это не совсем правильно, что женщина несет смерть. Предназначение женщины — рождение, дарить миру новую жизнь, а не отнимать ее у кого-то. Иллка попыталась вспомнить свои ощущения в те моменты, когда нажимала на спусковой крючок пистолета или когда смешивала яд с пивом. Никакого удовольствия она явно не испытывала. Ее это немного успокоило: Дефрим не прав. Дефрим ошибается на ее счет. Хотя...Удовольствие... Нет, это можно было назвать чувством, что сделано какое-то важное и нужное дело. Она же не убивала случайных людей. Она защищалась. И защищала. Это - самооборона. А то, что она проходила успешно, так это милость Аллаха.
Дефрим продолжал улыбаться, наблюдая за ней.
- Что, видно, о чем я думаю?
- Да.
- Мне надо научиться скрывать свои чувства.
- Ты это умеешь. Никто бы раньше в деревне никогда не подумал, на что ты способна. Даже я не ожидал от тебя такого.
- Ну, мы с тобой толком и не общались. Изредка, по работе. И все.
- Башкиму, придурку, повезло с женой.
- Он считал иначе.
- Знаю. Жаловался постоянно на тебя.
- Так я и знала! Но надеялась, что он не станет ныть чужим людям.
- Но ведь он ныл.
- Дефрим, а ты бы женился на мне? - Иллка внимательно посмотрела на торговца, но тот усмехнулся:
- Нет.
- Потому что я уродина?
- Внешность тут ни при чем. Мужчина в доме должен быть один.
- Хочешь сказать, что нас было двое?
- Хочу сказать, что вы поменялись ролями.
Иллка подумала о том, что как-то странно разговор перешел на обсуждение ее личной жизни, а в памяти всколыхнулись воспоминания про редкие случаи, когда Башким выполнял супружеский долг. Она даже не покраснела от мысли о том, что ей очень хочется плотской любви. Она так давно не испытывала подобного. Но надо просто немного подождать. Все у нее получится. Она найдет мужчину, который полюбит ее.
- А почему нам не предлагают гражданство Косово?
- Решила сменить тему? - она кивнула. - Думаю, потому что этой стране и так тяжело. Я почитал и посмотрел, что живут здесь не намного лучше, чем жили мы. На них, единственное, упыри не охотятся, а так, здесь, тоже не очень приятное место.
- Дефрим, а если я попрошу у внешних, чтобы они оставили тебя вместе со мной, то ты согласишься?
- Не нужно, Иллка. Я не хочу участвовать ни в каких делах, которые связаны со стрельбой. Это не по мне. С меня довольно. Хочу просто спокойно пожить.
- А как же твои дети, Дефрим?
- Внешние разберутся с упырями, вот и узнаю.
Иллка пристально посмотрела
