– У меня с собой табельное. Ты же не против, если Лизу пристрелю я? – уточнил напарник, красноречиво похлопав себя по боку, там, где под курткой скрывалась кобура.
Вздохнула. С одной стороны, мне бы и самой хотелось выпустить в призрачную стерву всю обойму, но не оставлять же ее бродить по земле еще какое-то время, верно? А вот у меня с собой пистолета не имелось…
– Ладно уж. Стреляй, – благословила я Холта. – Главное, не промахнись, ладно? Мне совершенно не улыбается подыхать еще раз. Вряд ли на этот случай у Моргана припасена еще одна принесенная жертва. Да и Лилэн сжег записи…
Нет, жизнь и сейчас не казалась мне такой уж прекрасной штукой, но в одном Винсент оказался прав: я не была счастлива уже много лет. Пора исправлять это упущение.
– Учту, – махнул рукой напарник и осклабился. – Была б моя воля – пристрелил бы и самого Флина. Но это не наша игра, подозреваю, Морган и тут все решил заранее.
Я велела выбросить из головы такие мысли. От стрельбы по людям возникало слишком много проблем. Нам и за призрака, если что, придется отписываться очень долго. Интересно, если Винсент запланировал смерть своего преподавателя, то какой именно она должна быть? Хорошо бы, и правда, не от руки моего напарника или меня…
Спуск в подвал по истертым ступеням заставил Дэмиана изрядно понервничать.
– Вот не нравится мне это. Зачем нам вообще идти в этот склеп?
– Потому что там располагается деканат факультета некромагии, где засел Флин, – отозвалась я, пожав плечами. – И готова поспорить на собственный значок, выходить он не станет. Перестань так дергаться. Я там была не один раз – и как раз ничего особенного и не происходило. Факультет как факультет.
Про лаборатории я предпочла не сообщать. Да и вспоминать их лишний раз не хотелось, слишком уж жуткие звуки там раздавались.
Интуиция молчала, будто вообще отсутствовала у меня. Странно, ведь перед смертью я мучилась от самых дурных предчувствий, теперь же словно гроза миновала, и надо мной только чистое небо, с которого льются потоки солнечного света. На душе стало так легко… Какого черта? Ведь нам предстоит встретиться с человеком, который убил моих родителей?
Проходя мимо стенда с фотографиями, я с удивлением обнаружила изображение Винсента Моргана, такого, каким мне довелось его узнать. Зеленые глаза лукаво поблескивали за стеклами очков в изящной тонкой оправе. Винсент улыбался так, словно знал все на земле.
Красивый мерзавец…
– Ты чего встала? – спросил удивленно и недовольно Холт, не понимая, чего это я вдруг застыла на месте.
Я ткнула пальцем на изображение.
– Его фотография появилась… Странно. Я слышала, что ее найти не удавалось…
Напарник посмотрел на фотографию и удовлетворенно кивнул.
– Пошли уже, Ли.
Вот же… простой, как пять пенсов. Хотя, может, и к лучшему.
Студенты-некромаги также вели себя как обычно, кто-то на подоконнике скатывал задание у приятелей, кто-то сосредоточенно читал конспекты… Жизнь текла своим чередом…
Странности все-таки начались, но непосредственно перед самим деканатом. Там не было никого. Вообще. А ведь я еще по собственной учебе помнила, что рядом с обиталищем декана обязательно кто-то да ошивается.
Подойдя поближе, я поняла, что разогнало всех студентов.
– Магией фонит так, что виски ломит.
Если уж даже я чувствовала, то дело и правда плохо.
Я надеялась, что и ручной цербер некромага из приемной исчезнет, но секретарша осталась на посту, пусть и выглядела паршивей меня после бессонной ночи. Ее едва не трясло от напряжения, но она упорно пыталась держаться.
– Убирайтесь немедленно! – заявила она тут же, гневно сверкнув глазами. – Вы опять решили поиздеваться над профессором Флином?! Вам мало того, что после вашего последнего визита пришлось вызывать «скорую», а теперь он отказывается выходить из кабинета?
Нет, вот касательно «скорой» – еще все понятно, вопросов тут не было, наверняка у любого бы прихватило сердце, если бы ему сообщили, что за ним идет смерть. А вот почему он засел в кабинете, если только…
– Паскаль говорил, у него в кабинете защита стоит… – сказал мне Холт, полностью игнорируя секретаря декана.
Защита… Предсказуемо. Он прячется от смерти, как прятались некромаги Черного века. Уж не знаю, с умыслом или нет поведал мне историю о магах, пытавшихся обмануть смерть, Паскаль, но она пришлась кстати.
Говард Флин также пытается обмануть смерть. Но я уже поняла, что не всех можно обмануть. Далеко не всех.
– Подозреваю, что его еще и дополнительно постоянно что-то защищает, иначе бы он просто не мог покинуть кабинета. Скорее всего, тут она просто самая сильная… Иначе бы Винсенту не понадобилась вся эта игра, – задумчиво произнесла я, глядя на дверь кабинета последней жертвы Винсента. Входить мне почему-то не хотелось. – Хотя кто его знает…
Кому-то нравится развлекаться с загнанной в угол добычей, наслаждаясь ее страхом и отчаянием. В любом случае нам следовало войти, доиграть свои роли до конца и уйти со сцены в соответствии с замыслом режиссера.
Радуйся, Винсент Морган, ты победил даже в смерти.
– Вы не войдете в кабинет! – возмущенно заявила секретарша, гневно сверкая глазами, и выскочила из-за своего стола. – Я… я вызову охрану, в конце-то концов! Вы просто права такого не имеете!
На моем лице едва ли не против воли появилась издевательская улыбка. Как же я любила именно такие вот моменты, когда приходит время сказать преступнику, что он изобличен… Ну, или хотя бы поставить на место изрядно зарвавшуюся секретаршу.
Из кабинета декана не доносилось ни единого звука.
– Я вооружен, – почти что ласково произнес Дэмиан, любовно похлопав по кобуре. – И имею право применить табельное оружие, если мне оказывают сопротивление. Если уж вы решили поговорить о правах.
Выглядел напарник в этот момент едва ли не безумней меня самой в самые худшие периоды.
– Это вы о чем? – почти что с паникой спросила женщина, автоматически сделав шаг назад.
– Вызывайте охрану. Чертовски давно не стрелял.
Такого не ожидала даже я. Пусть Холт и всегда отличался вспыльчивостью, но не настолько же, чтобы стрелять в кого ни попадя.
– Ли, дамы вперед, – с шутливым поклоном пропустил меня вперед напарник. – Думаю, у тебя куда больше тем для разговоров с Флином.
Вот тут можно было только согласиться. Тем для вопросов у меня было столько, что хватило бы не на один вечер. Начиная с того, как умерли мои родители чертовых девять лет назад, и заканчивая тем, как умерла я сама. Поэтому я сжала зубы и решительно двинулась вперед.
Прав был Лилэн, говоря о высшей справедливости. Пожалуй, стоило подождать целых девять лет, чтобы правосудие восторжествовало в полной мере. Месть не то блюдо, которое быстро портится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
