Неужели Флин считает, что рассказав мне правду о Моргане, он обелит себя? Винсент указал учителю на мой дом, но убивал-то все равно Флин. Этого не изменить. И если уж один мерзавец для меня недоступен, то второй – вот он, смотрит с надеждой, считает, что еще может вывернуться.
Какая наивность.
Взглянув прямо в глаза некромага, отчеканила:
– Он всего лишь хотел, чтобы я сюда пришла. И я уже здесь. Даже если вы виноваты оба… Он и так мертв, и если даже именно Морган убьет тебя, я не расстроюсь. Он наверняка понял, как обойти твою защиту.
Жар на груди стал просто невыносимым. Я судорожно рванула с шеи подаренный кулон… И на этот раз цепочка порвалась… Черт, она столько нервов мне попортила – и теперь вдруг мучения закончилось? Казалось, будто в моей руке оказалось нечто живое, живое и отвратительное, как слизняк, как червь… Я поспешно отшвырнула украшение прочь. И хруст треснувшего стекла внезапно показался оглушительно громким…
Под крохотным кулоном натекла неожиданно огромная лужа крови.
Но почему ее столько много? Шарик же был такой маленький?..
– Ты… Что ты наделала… – прохрипел Флин, пятясь к стене. – Ты же…
Объяснений не потребовалось. Из натекшей крови будто бы вынырнул Винсент, именно такой, каким я его запомнила. Красивый мужчина в строгом костюме, тонких очках… и с чуть грустной улыбкой на лице, которая на этот раз казалась мне до дрожи зловещей.
И, судя по тому, как выругался рядом напарник и вцепился затем мне в руку, теперь Моргана видела не только я. Хотелось бежать прочь, сломя голову, но страх будто приморозил меня к полу. Оставалось только смотреть…
– Спасибо, Ли, – не оборачиваясь, произнес Винсент. – Благодаря тебе я, наконец, смог лично увидеться с мистером Флином. Рад встрече, учитель. Стоило ли столько отсрочивать ее?
Выходит… Я просто пронесла Моргана на себе?! Вот так просто?! Он все время был со мной?
Декан факультета некромагии точно не обрадовался тому, что бывший ученик подобрался к нему настолько близко.
– Я же говорил вам, Говард, что не всех можно обмануть, верно? – мягко и укоризненно спросил Винсент, усаживаясь в кресло для посетителей, будто бы ничего особенного и не происходило. – Столько усилий, столько научных изысканий, и все это – чтобы вас не нашла смерть. Но вот я здесь. Однако не стоит думать, будто я не оценил проделанной вами работы. Заклинания защиты практически идеальны… Думаю, вам бы позавидовали даже великие мастера Черного века…
В мою сторону это существо, которое точно не было человеком, даже не смотрело. Использованная карта… Куда больше Моргана интересовала жертва.
– Всех использовал, верно? Я угадал? – хрипло произнес старый маг. – Меня. Лизу. Паскаля. Своего эльфа… И эту идиотку. Носить на себе кровь мертвеца… Кто вообще мог на это добровольно согласиться?!
Тут Винсент посмотрел на меня… И я увидела, что вместо привычных мне зеленых глаз на меня взирают две черные беспроглядные бездны. Под этим взглядом я чувствовала себя жалким насекомым, которого могут раздавить в любой момент. Страшней смерти… Сердце билось неохотно, с перебоями. По лицу тек холодный пот.
– Я умею быть убедительным, Говард. Очень убедительным, – произнес Морган, не отводя от меня глаз. – Но тебе в любом случае пора… Игра окончена. Победила наша госпожа.
Не знаю, чего я ждала, того ли, что появятся черти и утащат Флина в ад, того, что земля разверзнется… Ничего этого не произошло. Старый маг просто схватился за сердце и осел бездыханным.
Все закончилось просто и банально.
Нам с Холтом оставалось только беспомощно смотреть на тело, из которого уже отлетела душа. Вот так обыденно закончилась история о том, как некромаги пожелали обмануть ту, которой служили.
Наверное, теперь и для нас с Холтом теперь все кончено.
– Инфаркт, – констатировал с некой тенью удовлетворения Винсент, не выказывая никакого желания забрать и наши души тоже. – Спасибо за содействие.
От этого официального «спасибо за содействие» в моем мозгу случился коллапс.
Следовало что-то сказать, спросить, но у меня будто язык к небу примерз.
Морган сделал несколько шагов по направлению ко мне. Следовало хотя бы отшатнуться, но я не могла. Даже когда его рука ласково скользнула по моему лицу, я не шелохнулась, будто все силы разом покинули мое тело.
– То, что он сказал, неверно. Ли, не я выбираю, кому именно предстоит умереть… Место и способ – да, это еще в моей власти. Могу… и уточнить время в некоторых пределах. Но ты умерла просто потому, что должна была умереть. Пусть и не скрою, я этим воспользовался. И мне действительно жаль, что так обернулось с твоими родителями… – в каждом его слове звучали сожаление, раскаяние, но я уже не верила, просто не могла верить. – Извини. Я… Я не подумал тогда… А платить пришлось тебе. Но теперь твой черный жребий исполнен. Ты умерла, но вернулась… И твоя судьба будет писаться заново.
Если бы он все еще был живым, был человеком, я бы наверняка расплакалась от обиды и разочарования, бросилась на него с кулаками, сделала хоть что-нибудь, чтобы выплеснуть свою боль, свое горе, которое носила в груди столько лет. Но ведь передо мной стояло существо иной природы…
И что ему до моей боли? Я даже не понимала, почему он пытается объясниться.
– Зачем тебе оправдываться передо мной? – с трудом выдавила я.
Винсент подошел вплотную, так, что я могла при желании уткнуться лицом в его грудь, и кто бы знал, какого труда мне стоило не отшатнуться.
– Потому что я хочу, чтобы ты верила мне, а не другим. И знала, что я… действительно пытался позаботиться о тебе. Как мог.
На моих губах проступила горькая усмешка. Я вообще не понимала, зачем все это? Зачем он объясняет мне свои действия? Зачем извиняется? Это вообще не имеет значения.
– Использовав в своих планах…
– Я то, что я есть… Уже не человек. Я тот, кто служит смерти. Все мое существование подчинено этому служению. Но то, что я принес с собой из жизни, все еще не отпускает. Мне не удалось забыть испуганную девочку, которая плакала на моем плече. И не удалось забыть о своей вине перед той девочкой. Прощай, Ли… Ты еще очень долго не увидишь меня. Потрать это время с пользой. И стань счастливой.
А потом Винсент Морган просто исчез. Как и громадная лужа крови на полу.
– Все отлично, но куда дели Лизу? – проворчал Холт, когда дар речи к нему вернулся. – И что вообще нам теперь делать, если никаких следов не осталось? Начальство не согласится слопать историю про то, что вмешалась сама смерть.
Верно. Следов больше не было…
Что осталось? Только мы с Холтом, и тело Говарда Флина, который умер от банального сердечного приступа. И никакого криминала и странностей. Вообще. Ведь все знали, у декана больное сердце…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
