войско 6 июня в десять часов утра без значимого сопротивления высадилось в Канкале, что от Сен-Мало почти в семи милях. Более пока ничего не известно. Сколь много мы довольны первой ведомостью, столь нетерпеливо ожидаем последующих. Находится ли гранд-флит Энсона также в Канкальском заливе, мы не знаем. Говорят, что он был у Бреста, и будто высадил некоторое количество войск в Морле, но Канкаль и Брест разделяют сто английских миль, соответственно, войску туда маршировать слишком далеко.
Английский флот пристал к бретанским берегам у Сен-Мало и навел на тамошних жителей огромный страх. Полагают, что это эскадра адмирала Хоука, а не главный флот Энсона. В других известиях поминается мыс или порт Канкаль, что в нескольких милях от Сен-Мало; возможно, что англичане высадились там, дабы обойти имеющиеся с морской стороны батареи и атаковать город с сухого пути, где оборона слабее.
Насколько известно, англичане высадились в Канкале, что в четырех милях от Сен-Мало. А понеже высажено всего 12 000 человек, то во Франции надеются, что хранители берегов с приданными регулярными войсками учинят им довольный отпор.
Так выяснилась первая цель – Сен-Мало; однако, разорив окрестности и потопив в незащищенной части гавани несколько десятков торговых судов без разбора их национальной принадлежности, английские войска удалились на свои корабли. Снова начались гадания по косвенным признакам и слухам да по появлению на горизонте скоплений мачт то там то сям. Всего таких высадок англичанами было произведено три, описание их хода вне темы этого эссе. Практически все лето и начало осени 1758 г. российские милитари-фрики с волнением открывали новые номера «Ведомостей», где военкоры всех мастей не скупились если не на описание реальных событий, то хотя бы на транслирование из разных нервных узлов европейского инфополя рассуждений о новых ходах англичан и возможных ответах французов. Кончилось «разъезжание англичан у французских берегов» в местечке Сен-Каст, где им 15 сентября прижали хвост и основательно потрепали. Удивительно, но британцев в общем-то предупреждали, причем из Парижа, выпуском газеты от 21 августа: «Гарнизонам из Кана, Байе, Кутанса и Авранша приказано идти к Сен-Ло, где будет сборное место всех войск, назначенных действовать против английских десантов. Также и стоящей у Дюнкерка гвардии велено быть в полной готовности к походу в Нижнюю Нормандию, куда часть кавалерии уже отправилась». Сборное место у Сен-Ло? «Да это французская газетная утка, значит, там точно никого не будет» – наверное, так рассуждали англичане, выбирая место для последнего рейда, и высадились там неподалеку, за что и поплатились. В Лондоне 22 сентября признали неудачу, но пока сопроводили неприятное известие хорохорческим враньем «мы вам еще покажем, ведется подготовка к новой высадке». На самом деле к десантным предприятиям на побережье Франции англичане вернутся только в середине 1762 г. В принципе, газетное сообщение не равно официальному заявлению, но 7 октября в Лондоне вышла достаточно пространная статья, где утверждалось, что в результате постразгромных совещаний представителей армии, флота и правительства «господин Питт объявил, что войска и флот более не будут посылаться для нападения на французские берега».
Океанская и колониальная война Великобритании у редакции «Ведомостей» не вызывала столь пристального интереса, как действия англичан в Европе. О значимых событиях сообщалось, но очень сухо, без попытки закрутить сериальный детектив, чтобы человек регулярно заглядывал в академическую лавку за следующим выпуском. Романтика моря и экзотика колоний не трогали русские сердца. Индейцы, заполонившие в следующем веке книжные страницы, вообще помянуты ровно один раз: «Шерокейский народ со своим князьком начал неприятельски поступать против французов». Порой допускались серьезные ошибки, так, например, сразу после Нового года в Петербурге опубликовали пакет новостей из Неаполитанского королевства, а там, в частности, говорилось, что «перед Мессинским заливом англичане потеряли не только большой 80-пушечный корабль с 1100 человек экипажа, но и два отличных фрегата, шедших из Мальтийского моря в Англию». Крупных военных кораблей англичане в Средиземном море не теряли, перепроверить это сообщение через английские источники не представляло особого труда, но тут поторопились выпустить в печать необоснованное утверждение. Единственным оправданием может быть зимнее время, когда коммуникация с Британией становилась сложнее обычного.
Основной морской интригой для английской журналистики было узнать/угадать цель назначения собираемых то тут, то там эскадр. Очевидно, что утаить сбор и вооружение массы судов адмиралтейству не удавалось (и нет уверенности, что оно вообще пыталось этого достичь), поэтому каждый месяц появлялась статья с составом эскадры адмирала такого-то, единственное, не всегда удавалось сообщить читателю цель похода. Французы же в таких ситуациях не гнушались откровенной дезинформацией, что понижало авторитет их газетчиков. Например, в марте – апреле анонимный корреспондент, якобы находящийся в гуще событий, посылал в Париж из портов атлантического побережья много заметок следующего плана: «Вооружаемый в Бресте и Рошфоре флот должен быть в готовности к началу апреля. Оный состоит из тридцати шести линейных кораблей, девяти фрегатов, пяти бомбардирских галиотов и четырех брандеров. Кроме пяти-шести тысяч солдат морской пехоты приказано взять на борт еще шесть тысяч сухопутного войска, при котором находиться будет много искусных инженеров. Куда оный флот назначен, пока остается под вопросом; более всего склоняются к тому, что оный имеет произвести в действие некоторое предприятие в Европе». Это вранье от начала до конца. В указанных портах вооружались эскадры для Луисбурга, вышедшие из Рошфора 9 марта, а из Бреста 4 апреля 1758 г. Количество судов и войск в заметке преувеличено втрое; видимо, не имея возможности утаить мешкотные приготовления, французы попытались врага хотя бы запугать. Уместно отметить, что новости от Луисбурга в Европу приходили быстрее, чем из Испании в Петербург: например, о высадке там англичан 8 июня во Франции напечатали уже 11 июля. Реляция была донельзя завирательской: «Противник был встречен жестоким огнем, от которого потерял до 1200 человек… с нашей стороны оказано было наивозможнейшее сопротивление, но под конец пришлось отступить в Луисбург, где делаются к обороне надлежащие приготовления. При высадке потеряно с нашей стороны убитыми и ранеными 150 человек». Реальные потери англичан при высадке составили 109 человек убитыми, ранеными и утонувшими. Французов взято в плен 75 и насчитано до 50 убитых. Составители реляций в любую эпоху перед лицом поражения теряют разум и придумывают одно и то же: после устроенной противнику кровавой бойни наши доблестные войска спрямляют линию фронта обратным наступлением. Фундамент луисбургской инфокампании был заложен, однако бурные события этого лета на европейском театре военных действий сразу же вытеснили Канаду со страниц «Ведомостей», а когда появилась свободная щелочка, то крепость уже и сдалась…
Некоторые сообщения формата [состав эскадры]
