и неизвестно, сколько их было.
– Если хочешь точного ответа, задай точный вопрос, – отвечает он, ложась на бок рядом со мной и подпирая голову ладонью. Он вызывающе смотрит на меня: – Что ты хочешь знать, Ребекка?
– Сколько любовниц у тебя было? – прямо спрашиваю я. Зачем мне это? Какую пользу принесут эти знания? Никакую. Хочу ли я знать? Да.
Он смеется и качает головой:
– Я не считал.
– Десять?
– Думаю, немного больше.
– Двадцать? – пробую я снова. На этот раз он не отвечает, но выражение его лица говорит, что я снова ошиблась. – Тридцать? – не отстаю я.
– Давай так, скажем, меньше пятидесяти, – заканчивает спор он. – Но почему тебе это интересно?
– Не знаю, зачем я спросила, просто… – Меня окатывает волной смущения. – Я чувствую себя неопытной. А ты сказал, что не любишь неопытных женщин.
Он прикладывает палец к моим губам, заставляя замолчать.
– Я сказал это специально. То, что сейчас я в твоей постели и не хочу уходить, само по себе должно служить отрицанием.
– Мэй все время подшучивала надо мной из-за моей «запоздалости», и иногда я думаю, что она права.
– Кто такая Мэй? – нахмурившись, спрашивает он.
– Моя коллега из библиотеки Лондонского университета. Я призналась Мэй, что в двадцать лет еще девственница, а в будущем это считается необычным явлением.
– То есть девушки больше не выходят замуж девственницами? – ошеломленно переспрашивает Рид.
– Скажу даже больше: жениться уже не обязательно. В будущем женщины могут выходить замуж или не выходить, жить с мужчиной, даже если он не их муж или единственный, с кем они спали. Более того, рекомендуется иметь нескольких сексуальных партнеров в течение жизни, прежде чем завести семью.
Он смотрит на меня со смесью изумления и недоверия:
– Ты надо мной смеешься!
– За ближайшие двести лет многое изменится. Особенно в двадцатом веке. – Мне так хочется рассказать ему про двадцать первый век, что я сажусь на кровати. – Мужчины и женщины смогут видеться без сопровождающих, даже если они не помолвлены, и эти встречи наедине не поставят под угрозу чью-либо репутацию, и даже публично демонстрировать свои чувства станет совершенно нормальным. При заключении браков будут важны не доходы или приданое, а семьи не будут вмешиваться в сердечные дела детей, – объясняю я. – По крайней мере, в большинстве западных стран с демократическим строем. Времена изменились, но, к сожалению, не везде.
– А как мужчина ухаживает за женщиной?
– Назначая свидания. Когда ты знакомишься с кем-то, с кем хочешь встречаться, обычно вы обмениваетесь номерами телефонов и договариваетесь, где и как увидитесь.
Рид моргает, явно все больше теряясь.
– Номер телефона, – повторяет он.
– Подожди! – Я вскакиваю с кровати и достаю свою сумочку «будущего» с личными вещами и снова сажусь рядом с ним. – Смотри, – говорю я, доставая телефон и включая его. Какое счастье, что я зарядила его перед тем вечером исторической реконструкции!
– Но как он засветился?
– В будущем появится нечто, называемое электричеством, которое позволит работать и ему, и многим другим устройствам. У каждого смартфона есть номер. – Я нажимаю на клавиатуру, а он озадаченно смотрит на нее. – Если у меня есть твой номер, я могу тебе позвонить. А ты, где бы ни находился, смог бы говорить со мной так, как если бы я сидела рядом с тобой.
– Даже если бы я был в Гибралтаре, а ты в Лондоне?
– Даже будь ты на своем корабле посреди океана, – добавляю я. – Повсюду. Хотя вместо того, чтобы звонить друг другу, мы бы писали сообщения. – И, чтобы лучше объяснить, я открываю окошко чатов и показываю ему.
– Как если бы мы посылали друг другу записки?
– Да, но в режиме реального времени.
На смену недоумению приходит энтузиазм:
– Это просто невероятно!
– Мы также смогли бы отправлять друг другу фотографии. Например, если бы ты написал мне: «Я соскучился», я бы сделала фотографию себя и отправила тебе.
– Можешь показать мне снимки будущего?
И почему я раньше об этом не подумала?! Я нажимаю на галерею и открываю несколько сохраненных снимков.
– Смотри, это Лондон на закате. Я сделала эту фотографию с Вестминстерского моста в тот день, когда дул просто ужасный ветер, он вымел все улицы города подчистую. Но к шести часам вечера небо окрасилось во всевозможные оттенки розового.
– Не похоже на Лондон, – замечает он. – Откуда все эти башни?
– Это небоскребы. В будущем появится множество зданий высотой в несколько десятков этажей. В самом высоком их восемьдесят семь.
– И зачем?
– Там находятся офисы, магазины, квартиры… все.
– А это что? – спрашивает он, указывая на «Лондонский глаз».
– Колесо обозрения. Ты заходишь в кабинку, колесо поворачивается, поднимая тебя наверх, и оттуда можно увидеть весь город. Идеальное место для свидания.
– Точно, свидания: и как они работают? – с любопытством спрашивает он.
– После того как вы договорились о встрече, вы идете что-нибудь выпить: первое свидание, как правило, ни к чему не обязывает, и, если вы не понравились друг другу, можно быстро расстаться.
– А если понравились?
– Если понравились, то заказываете еще напитки.
– И?.. – торопит меня Рид. – Ну же, не тяни.
– И вы прощаетесь, договорившись встретиться еще раз. Второе свидание будет уже посложнее. Возможно, ужин где-нибудь, затем поход в театр, на мюзикл или в кино.
– Ты же знаешь, что я сейчас спрошу, что такое «кино»?
– Это как театр, только постановка не разворачивается прямо перед тобой здесь и сейчас, ты смотришь на такой же экран, как на смартфоне, но размером со сцену, на которую проецируется запись спектакля.
– Какой смысл ходить на неживые спектакли?
– Так можно увидеть то, что сложно воплотить в реальности.
– Хм-м, согласен. А после кино?
– Молодой человек провожает девушку домой, и если химия первого свидания сохраняется, почти всегда следует поцелуй.
Рид кивает и улыбается:
– Вот это другое дело.
– Так, ну третье свидание – и все последующие – проходят как и второе, с той разницей, что потом один из двоих может пригласить другого к себе домой… – Я замолкаю.
– Для?.. Ребекка, у тебя для всего найдется слово, сейчас не время стесняться.
– Для исследования физического уровня отношений.
Рид переворачивается на кровати и утыкается лицом в подушку, заглушая смех.
– Просто не могу поверить, – наконец говорит он. – Я только что довел тебя до оргазма языком, а ты все еще не можешь говорить о сексе прямо!
– Ну ты же понял, что я имела в виду, – отрезаю я.
Он смотрит на меня, кусая нижнюю губу:
– Конечно, понял. А как на этом этапе пара продолжает развивать отношения? Ты сказала, что жениться необязательно.
– Вы сами решаете,
