— Ты что, это же дизайнерская работа! — воскликнул Альфи и взялся оттягивать и без того растянутый и подранный ворот, дабы показать лэйбл производителя. — Вот смотри! — с гордостью извернулся он.
— Верю, верю, Альфи, оставь в покое футболку, а то твоя дизайнерская вещь пострадает, а я не хочу слушать потом твоё нытье по этому поводу.
— Да, — присоединился Нил успокаивая рвение Альфи обнародовать доказательства, — и иди сходи за чашкой, если желаешь к нам присоединиться.
Вняв советам, Альфи сбегал за фарфоровой чашечкой и собственноручно наполнил её чаем. Собираясь отпить из неё, Альфи скривился и поставил её на столик, а, поднеся ладонь к носу, он скривился ещё больше.
— Фу, какой кошмар! До сих пор растворителем руки пахнут! Пойду ещё раз помою, — отчитался он и исчез за дверью.
Эва засмеялась наблюдая за метаниями юного флориста. Всё знали, какой Альфи щепетильный в вопросах чистоты.
— Я зашла узнать как вас тут дела, Нил. Я соскучилась по тебе и по Альфи, по всем ребятам. Что нового твориться? Чего ещё придумали?
— Если бы ты и правду скучала ты наведывалась бы сюда почаще. Или хотя бы звонила, — обиженным тоном отчитал её Нил. Он тебе совсем голову заморочил, да?
— Нил, если уж на то пошло и ты хочешь от меня всё-таки услышать что-то интересное… — начала свои объяснения Эва.
— Слушай, — он остановил её взмахом руки, — столько лишних слов! Зачем? Просто скажи старику, у тебя с ним… — он помолчал в поисках подходящего слова, — …роман?
— Да! Доволен? И всё, Нил, всё! — попыталась пресечь она дальнейшие вопросы. — На этой неделе еду к отцу, хотя и не собиралась вовсе.
— Правильно, пусть он поскучает, — заявил Нил.
— Кто поскучает? — сразу встрял в разговор Альфи и Эва застонала точно зная, что от въедливого Альфи ей вряд ли удастся так легко избавиться.
— Никто, — буркнула она.
— А, — Альфи округлил глаза и расплылся в загадочной улыбке. Его выразительное лицо говорило само за себя, но он всё же решил добавить масла в огонь. — Ты про её архитектора? — обратился он к Нилу, но тот не стал ничего говорить, а только кивнул, потому как пообещал Эве не комментировать её отношения с Грантом.
Если бы взглядом можно было убить, то Альфи был уже трижды мёртв, сожжён, и на этом пепелище осталась бы только его неприкосновенная дырявая футболка от известного кутюрье. Видимо взгляд этот был настолько выразительным, что Альфи не рискнув быть убиенным, произнёс совершенно спокойным тоном и с серьёзным видом:
— Вообще, Нил, Ян… он очень милый и воспитанный человек, хотя и очень серьёзный. Ну, мне так показалось, — он бросил взгляд на Эву, ища поддержки, но не получил её и продолжил в том же тоне. — Когда я был у Эвы в гостях, он попросил меня сварить кофе. Ты представляешь? А потом он деликатно оставил нас, чтобы мы могли с Эвой посекретничать, — на последних его словах Эва поперхнулась чаем, а потом закашлялась, а потом засмеялась от души. Не задаваясь вопросом по поводу причины такого веселья, Нил присоединился к ней и кабинет огласил дружный хохот, который всегда имел место быть, когда эта троица собиралась вместе. Только взгляд Альфи, выдающий сейчас лёгкое изумление, блуждал с одного на другую, без всяких признаков того самого веселья.
— Что не так то?
— По-моему, мой друг, ты что-то не то сказал сейчас, — снисходительно объяснил ему Нил.
— Нет, он просто Яна ещё больше полюбил после того визита. Альфи, я скоро начну ревновать и больше не позову тебя в гости! — засмеялась Эва.
— Придурки, — пренебрежительно изрёк Альфи и углубился в поедание конфет.
Зря он позвонил Эве и сказал, что не сможет с ней пообедать. Вполне смог бы. Вполне успел бы провести с ней пару часов, так как известий от Мартина не было, и вполне возможно не будет в ближайшие пару часов.
Сегодняшнее сообщение о смерти Рея Логана обескуражило его и поставило точку на всем, что сделали его люди. Они вернулись к тому с чего и начали — к полному нулю. Ломать голову, что делать дальше Ян не собирался. Дождаться Мартина, выяснить подробности — вот первостепенная задача, хотя мысли лезли в голову и мешали работать.
Кроме того, что они потеряли ниточку в своём собственном расследовании, со смертью Логана у них появилась ещё пара проблем, а может и больше. Шумиха в прессе была обеспечена, так как пытливые умы репортёров обязательно свяжут их проигрыш на тендере по строительству аэропорта с организованным сбоем, повлёкшим за собой определённый ущерб, а также со смертью их бывшего сотрудника. По этому поводу придётся давать объяснения и не важно, что Логан уже не работал у их несколько месяцев. Это никого не будет интересовать, важно будет раздуть из имеющихся сведений сенсацию, что СМИ попытаются сделать.
Невозможно было сконцентрироваться, хотя усилием воли он заставлял себя просматривать документы. Подписав пару бумаг, он взял их со стола и покинул кабинет.
— На, — бросил документы перед Селестой. — Сегодня я больше ничего не буду подписывать.
— Как скажете, мистер Грант, — она убрала бумаги в папку. — Может быть кофе или чай?
— Нет. А ты почему не обедаешь?
Сел пожала плечами.
— Бумаги разбираю. Конец месяца, накопилось много.
— Иди обедать, Селеста. Потом разберёшь. Я просто Мартина жду, а то бы сам давно ушёл уже.
— Да, — согласилась Селеста. — Я до сих пор в шоке…
— От чего? — Ян снял очки, потёр переносицу и снова водрузил их на место.
— От известия о смерти Рея Логана.
— Ясно, — просто сказал он, без дальнейших объяснений.
— А ты? — прямо спросила Селеста.
— Я не в шоке. Мне всё равно. Он для меня просто проблема. Большая проблема, которая мешает мне и моей компании нормально существовать. Ты знала его близко? — Ян говорил чистую правду. Он не задумывался о горе, которое могут испытывать его родные. Ему было не жалко загубленной молодой жизни, как многие бы сказали. Для него он был просто человек, который когда-то работал у него, к которому он не испытывал абсолютно никаких чувств. Даже сочувствия или жалости.
— Нет, совсем нет. Но… — она не договорила, просто пожала плечами и замолчала.
— Вот и я нет. Для меня он никто, поэтому и отношение у меня соответствующее. Можешь считать меня кем угодно, но для меня это так. Я переживаю только за близких мне людей. Остальные меня не интересуют.
— Понятно, — отрешённо сказала Сел.
