Глаза Лиз метали молнии, и Маршалл понял, что она не шутит.
Он попытался было что-то ей объяснить, но понял, что не может. Он потерял обеих, просчитался, сделал неверный шаг: следовало первым делом избавиться от Эшли и никогда не говорить Лиз правду. Он все сделал неправильно.
– Лиз, может, ты передумаешь?
Маршалл готов был умолять, стоять на коленях. Она была нужна ему. Теперь он это осознал. Эшли он просто хотел, в Лиз нуждался.
– Надеюсь, это шутка. Нет, не передумаю. И если не уберешься, вызову полицию.
Словно в доказательство серьезности своих намерений, Лиз протянула руку к телефону.
– Все, ухожу.
Она не спускала с него ненавидящего взгляда, пока он брал пиджак и шел к двери.
– Лиз?
– Нет! – отрезала она и проследила, чтобы он захлопнул за собой дверь.
Когда он шел к машине, по его щекам катились слезы. Одним махом он потерял все.
А Лиз, услышав, как отъезжает его машина, продолжила упаковывать книги, надеясь, что больше никогда его не увидит.
Глава 23
Эшли потребовалось три дня, чтобы выбраться из своей раковины. До этого она лежала в постели, едва в состоянии разговаривать или шевелиться. Кендалл и Кассия два дня провели в доме подруги и вернулись к Эшли в пятницу вечером. Встретив их, она подумала, что Маршалл теперь не скоро увидит их. Она получила электронное послание от его адвоката, в котором предлагалось денежное содержание для нее, которого она не хотела, и объяснялось, что Маршалл при рождении дочерей перевел на них доверительную собственность. Дом он отдавал ей на правах собственности. Адвокат ни словом не обмолвился по поводу школьных каникул, отпусков и вообще желания проводить с ними время. Маршалл решит эти вопросы позже, когда все уладится. Он хотел видеть девочек, но не Эшли. И она тоже не хотела его видеть. Но их дочери нуждались в отце. Ее не должно было удивить, что он не рвется немедленно их увидеть, учитывая все, что теперь о нем знала, но все равно удивило. Оставалось надеяться, что, когда все немного утрясется, он будет проводить с ними время. Девчонки обожали его, и не иметь возможности увидеться с ним хотя бы ненадолго будет для них тяжелым испытанием.
Близняшки очень соскучились по матери и переживали, зная, что она больна. Девчонки поужинали, и Эшли уложив их спать, долго лежала в горячей ванне. Она получила дюжину сообщений от Джеффа и знала, что он сходит с ума от беспокойства, но еще не была готова разговаривать с ним, о чем и написала.
Первый звонок, на который она ответила в субботу утром, был от Бонни. Она наконец закончила работу над последней картиной и хотела узнать, как идут дела. Они не общались несколько недель, и она понятия не имела, что происходило в жизни Эшли.
– Итак, что новенького?
Бонни очень скучала по подруге и хотела увидеть девочек, поэтому предложила вместе пообедать. Эшли чувствовала себя так, словно выздоравливала после долгой болезни или серьезной травмы, и не была уверена, что у нее хватит сил выйти из дому. Прошло всего три дня, но она словно испытывала симптомы детоксикации после восьми лет употребления тяжелых наркотиков, из которых Маршалл был самым тяжелым.
– Ничего особенного.
Она все еще хандрила, но уже не так, как раньше.
– Ну и картину мы снимали! – сказала Бонни. – Ты не представляешь, какие там были спецэффекты. В последний день я думала, что мы все взлетим на воздух. Они использовали настоящий динамит.
– Я рассталась с Маршаллом.
В трубке воцарилась тишина, потом раздался неуверенный голос Бонни:
– Ты… что? Прокрути пленку назад на минуту. Я что-то не так поняла? Когда мы говорили с тобой в прошлый раз, ты была страстно влюблена в него и хотела, чтобы он ушел от жены.
– Он наконец это сделал. Но только причина была не в его чувствах. В компании стало известно про нас, и от него потребовали разобраться со своей личной жизнью. Или Лиз – или я. Он собирался бросить меня и сказал об этом, потом передумал и избавился от Лиз. После этого я на несколько дней сошла с ума и поняла, что все это не имеет ко мне никакого отношения. Это все ради карьеры – единственной его любви. И я поехала к нему в офис, чтобы сказать об этом. Вот так… если коротко.
– Ни хрена себе! Он бросил Лиз, а после этого ты оставила его?
– Да.
– Он, должно быть, едва тебя не убил.
– Да, похоже. Он собирался подавать документы на развод. Я никогда не думала, что, получив наконец то, чего так долго ждала, пойму, насколько все бессмысленно. Я думаю, он никогда не любил ни меня, ни девочек. Должно быть, он в тот же день попытался вернуться к Лиз.
Эшли хорошо его знала.
– Если она согласится на это. Похоже, он потерял вас обеих. Очень глупо для такого умного мужика.
– Да, наверное.
Эшли пригласила Бонни зайти к ней попозже, потом позвонила Джеффу и извинилась за все, что ему наговорила, и за то, что не отвечала на звонки.
– С тобой все в порядке?
Его эсэмэски были полны отчаяния, но сейчас, услышав ее, он немного успокоился. Джефф безумно волновался за нее и пытался представить, что происходит у них с Маршаллом: может, они уже в Сан-Франциско, – но она уверила, что он ошибался.
– Я все время была здесь, – призналась Эшли. – Просто не могла с тобой говорить. Мне нужно было время, чтобы оплакать все.
– Оплакать что? – расстроился Джеффри, подумав, что она имеет в виду Маршалла.
– Я бросила его. Окончательно. Жаль, что так поздно.
– Бросила? – Он был ошеломлен не меньше, чем Бонни, но зато обрадован гораздо больше.
– Но бросила не ради тебя, – уточнила Эшли, чтобы он не обольщался, ради себя самой.
– Это самое правильное решение, – сказал он, восхищаясь ею. – Как ты себя теперь чувствуешь?
– Как дерьмо, – призналась Эшли, а потом рассмеялась. – Я думаю, что буду себя чувствовать так еще долго.
– Может и не так долго, как тебе кажется. Главное – ты это сделала. Ты говорила об этом со своим психотерапевтом?
– Каждый день. – Она была единственной, с кем Эшли разговаривала помимо детей. – Я знаю, что поступила правильно, но это очень больно.
Она все еще любила Маршалла, каким бы лживым и ненадежным он ни был, и знала, что будет любить еще долго, но тем не менее ушла от него, – это уже было очень смело.
– Мы можем увидеться? – с надеждой спросил Джефф.
– Пока нет. Я еще не готова. Может быть, на днях, – сказала она неуверенно.
Потом Эшли спросила, как продвигается шоу, и Джефф очень эмоционально рассказывал о сценарии. На встрече он не настаивал, понимая, что ей нужно время.
– Ты знаешь, где меня найти, если вдруг понадоблюсь, Эш. Я никуда не уезжаю.
– Я тоже. – Пообещав вскоре позвонить, она нажала кнопку отбоя.
