Для понимания причин данной саморекламы, следует отметить, что заявление сделано на заседании Генассамблеи ООН, где Саакашвили призывал «мировое сообщество» «усилить роль ООН в урегулировании конфликтов на территории Грузии». Т.е. вернуть под юрисдикцию Тбилиси независимые территории, так как сам Саакашвили сделать это неспособен. «Объединение Грузии» – аннексия независимых республик – единственное, что хотя бы теоретически режим Саакашвили мог бы поставить себе в заслугу и чем мог бы оправдать свое существование перед грузинским обществом. Добиваться этой цели, таким образом, грузинский лидер будет до последней возможности. У него просто нет иного выбора; иначе ему не удержаться у власти. Единственная его надежда – на помощь мировых интервенционистских сил, которые могли бы силой вернуть Тбилиси контроль над Абхазией и Осетией. Но никто в мире не станет помогать слабому и обреченному лидеру. Ради того чтобы добиться помощи «мирового сообщества», Саакашвили и демонстрирует «растущую силу Грузии» и свои крепнущие позиции.
Одним из самых знаменитых и наглядных примеров применения приема «самореклама», можно считать объяснение А. Чубайса о «полезности ваучерной приватизации» для населения страны. Многие видели это выступление на телеэкранах, когда молодой еще Анатолий Борисович, честно глядя в камеру, говорил: «Мы хотим, чтобы люди могли получить в свои руки собственность государства. Мы хотим, чтобы они стали эффективными собственниками...» Ужасающие последствия этой приватизации уже тогда были понятны ее авторам. Чтобы упредить возможные разум ные и обоснованные сомнения, Чубайс и команда акцентировали внимание на том, что их ГЛАВНАЯ ЦЕЛЬ И ЗАДАЧА – дать возможность населению страны стать «собственниками», да еще и «эффективными». Сознательно ставилось на первое место объяснение, что до сего момента люди вообще не были собственниками средств производства. Теперь же, благодаря усилиям группировки, публичным представителем которой был А. Чубайс, люди получают в свои руки огромную собственность! Да еще и бесплатно... Кроме саморекламы («это МЫ сделали вас собственниками!»), здесь присутствует и паразитирование на скрытых желаниях людей (7.4): ну кому же не хочется стать «собственником», не прилагая к этому никаких усилий? Вот еще пример. В передаче «Времена» 8 февраля 2004 года В. Познер пригласил на передачу президента Международного уголовного суда Ф. Кирша. Идет обсуждение юрисдикции и аспектов работы этой организации. Напомним: ни одна мировая держава не приняла на себя обязательства признавать решения этой структуры, являющейся таким же инструментом решения конкретных политических «заказных убийств», как и «международный трибунал по Югославии».
В ходе обсуждения вопрос ангажированности этой структуры просто не может не возникнуть. И президент этого суда использует возможные обвинения для рекламы своей организации:
«ПОЗНЕР: Немало людей в России считают, что как раз суд по поводу преступлений военных в Югославии имел и имеет политическую направленность, что в основном преследуют сербов-преступников, но никак не хорватов и никак не албанцев [здесь мы также видим прием «присвоение новости», 16.1: Познер выступает как глашатай от лица тех людей, которые «так считают». «Так считают» все здравомыслящие люди, и Познер стремится «набрать очки», «смело» задавая гостю «острые вопросы»]. И вот вы говорили, что у вас есть целый ряд мер... так система сделана, чтобы суд не был использован политически. Может ли суд при этом быть эффективным?
Филипп КИРШ: Мы сейчас разрабатываем как раз нормативно-правовую базу для того, чтобы суд стал наиболее эффективным. Например, у нас есть палата, которая рассматривает предварительно дела. И на этой стадии мы хотим использовать эту палату для того, чтобы ускорить процедуру. На этом уровне не определяется виновность или невиновность, дело передается затем на рассмотрение другой палаты. И потом... мы хотим, таким образом, в самом начале отмести различные политические мотивировки, по которым человек может быть привлечен к ответственности. Поэтому у нас существует определенный фильтр».
Самореклама (самого суда) присутствует в самом конце монолога Ф. Кирша: «Мы хотим, таким образом, в самом начале отмести различные политические мотивировки, по которым человек может быть привлечен к ответственности».
Основная цель этой части беседы ведущего и его гостя – убедить аудиторию, что «политической ангажированности опасаться не стоит». Проводится утверждение: вот, некоторые этого (преследования не за объективно совершенные преступления, а по политическим мотивам, как Милошевича) боятся. Но у нас все надежно.. Мы очень хорошие!...
Предварительно, кстати, г-н Кирш забалтывает конкретику с помощью перечисления «доказательств»: «нормативно-правовую базу» и «специальную палату». То есть используется прием «прицеп» – 14.4.
Одним из вариантов частного случая использования «саморекламы» является придание «пожеланию» вида конечной цели и реального положения вещей с увязыванием этих «пожеланий» с личностью манипулятора или той структуры, которую он представляет. Например, в той же передаче, между Познером и Киршем происходит следующий диалог:
«ВЕДУЩИЙ: На ваш взгляд, почему они [страны, не принявшие на себя обязательств подчиняться этому суду] не ратифицировали [статут Международного уголовного суда]? Почему они не хотят признать юрисдикцию Международного уголовного суда?
Филипп КИРШ: Некоторые государства, разумеется, хотят посмотреть, как практически будет действовать суд, прежде чем признать его юрисдикцию. Аргументы иногда политические. Боязнь, что суд может рассматривать какие-то политические вопросы. Когда государства... когда был создан суд, был создан суд, который мог рассматривать любые ситуации.Государства хотят, чтобы суд... не подчинялся каким-то политическим органам. Они хотят, чтобы никакие влияния политические не действовали на работу этого суда.... Я думаю, что суд должен снять все эти сомнения своей практической работой, чтобы доказать государствам, что эти опасения не верны. Поэтому я думаю, что когда они в этом убедятся, то дело пойдет на лад».
Здесь типичное использование «пожеланий» в качестве реальных достижений с приписыванием этих «достижений» заслугам суда. При внимательном разборе высказываний г-на Кирша, видно: манипулятор говорит, как БУДЕТ или вообще как ДОЛЖНО БЫ БЫТЬ. А в качестве доказательства он предлагает «государствам» фактически принять участие в работе этого суда, а там и «должен снять все эти сомнения своей практической работой». То есть подчиниться его юрисдикции и тем требованиям, которые отказались признавать все нормальные неевропейские государства. Заметно, что г-н Кирш – манипулятор весьма неопытный.
Самореклама применялась (и применяется) и Путиным.
Вообще, это один из его излюбленных приемов, к которому он прибегает в ситуации, когда более похвастать, мягко говоря, нечем.
К примеру, осенью 2004 года, на сборе руководящего состава ВС РФ, Путин заявил:
«В ближайшие годы у России на вооружении появятся новейшие ракетно-ядерные системы, испытания которых уже проводятся. Это такие разработки, которых нет и в ближайшие годы не будет у других ядерных держав... одной из основных угроз для нашей страны является международный терроризм, но мы понимаем, что стоит нам ослабить внимание к таким составляющим нашей обороны, как ядерный ракетный щит, то у нас появятся другие угрозы. Поэтому мы и дальше будем настойчиво и последовательно заниматься строительством Вооруженных сил в целом, в том числе ядерной составляющей. У нас не только проводятся исследования и ракетные испытания новейших ракетно-ядерных систем. Уверен, в ближайшие годы они появятся на вооружении.
Притом это будут такие разработки, которых нет и в ближайшие годы не будет у других ядерных государств».
Читая эти высказывания (в тот же период подобные заявления сделал и министр обороны РФ С. Иванов) можно подумать, что оборона России на самом деле находится на высоком уровне, а верховная власть исключительно внимательно заботится о государственных интересах нашей страны.
На самом деле ситуация принципиально иная. Объемы финансирования Министерства обороны в 2002–2005 году действительно выросли. Но они совершено недостаточны не только для развития и модернизации оборонного комплекса России, но и для поддержания его на существующем уровне. Более того, значительная часть этого финансирования уходит не на развития парка современных вооружений, а на «социально-бытовые» нужды. Что, безусловно, необходимо: голодный и неустроенный солдат своей армии зачастую опаснее солдата армии противника. Однако это не остановит прогрессирующий развал системы безопасности России.
