оружии. В моей костлявой руке пистолет быстро трансформировался в такой же, но полностью чёрного цвета. В этот раз без черепов, что странно. А, вот рисунок черепа из серебра на рукояти, сразу не заметил. Третье правило нерушимо.
— Значит я их выкуриваю, а ты отправляешь в ад. Видишь окно на втором этаже? Туда и стреляй. Попытка у тебя будет только одна. Если промажешь, я их сам добью. Не могу позволить им уйти.
Мне оставалось только кивнуть. Блэйд стал размытым пятном и убежал в сторону магазина специй. Тем временем открываю окно со своей стороны, покидать тачку не вижу смысла, и вытягиваю левую руку с пистолетом в сторону окна на втором этаже. Между прочим, я заметил, что в форме скелета хорошо работаю одновременно двумя руками. В чём причина? Ответить затрудняюсь. Может мозг сгорает, а вместе с ним и ограничения.
Нахожусь в ожидании с вытянутой рукой, которая никогда не устаёт, и это замечательно. Через несколько секунд убью двух подонков. Чувствую себя удивительно спокойным, никаких лишних моральных терзаний или страха. Это просто надо сделать, вот и всё о чём я думаю.
Вскоре слышу звук разбитого стекла, из окна над магазином спиной к улице вылетел сначала один бледный мужик в трусах, а потом и второй. Беспомощно падают на встречу с асфальтом. Сам Блэйд предусмотрительно не показывается на линии огня. Жду, стреляю, перевожу прицел и снова.
Два выстрела, два попадания. Для меня стрелять в людей также просто как валить мобов в видеоиграх, щёлк мышкой и готово. С моральной точки зрения тоже самое. Мне не снятся кошмары каждую ночь, я не хожу на церковную службу, не балуюсь наркотиками или алкоголем для забытия, и прочая голливудщина, плачущий убийца, ага. Делаю то, что надо сделать. Пекарь же не хнычет, что отобрал зерно у птиц для муки. Вот и мне не грустно от выписки для мразей экспресс путёвки в ад.
Пепел разносит по ночному городу. Что это? Волна тепла прошлась по моим костям. Пламя в черепе шепчет мне благодарности. В рёбрах огненный шторм торжества. Мне пришлось ненадолго уйти в себя, чтобы осознать случившееся. Кара для этих двоих принесла моей обновлённой душе больше радости, чем что-то ещё. В чём дело? Месть больше радуется убийству вампиров? Вряд ли. Огненному пеньку вообще без разницы кого карать. Колумбийцы, китайцы, да хоть немцы, без разницы. Тут что-то ещё.
— А неплохо, — в машину сел Блэйд и сразу показал рукой уезжать. Выглядел он свежо, так и не скажешь, что минуту назад выбросил двоих из окна. — Думал, будешь как истеричка хомячок стрелять без остановки и спустишь все патроны в небо. А тут спокойно двоих в ад отправил. Это не твой первый раз, а?
— Из пистолета первый, — отвечаю честно и завожу мотор. — караю не первый.
— Где-то проходил подготовку? ЦРУ? Зелёные еблеты?
— Нет. Только стрелял по банкам.
— Хм. Если не темнишь... А хотя рано ещё о таком говорить, — Блэйд, задумчиво поглаживая бородку, отвернулся к окну. — Ночь длинная, посмотрим сколько ещё хомячков шлёпнешь.
— А эти двое, — колёсами разношу пепел по дороге. — Сколько они убили?
— Кто ж их знает? Голубцы гастролируют по всей Америке с семидесятых. Сейчас уже не посчитать и не найти все трупы. Если так интересно, пионер, то к нашему времени счёт убитых перевалил за тысячу точно.
Вот оно. Бессмертные серийные убийцы с полувековым стажем. Жертвы давно просили отмщения и наконец-то получили желаемое. Мрази ощутили на себе всю боль, что причиняли другим, а теперь их грешные души получают свою пытку в аду. Теперь понятно почему пламя внутри меня так оживилось после кары для этих двоих. Карать вампиров не тоже самое, что уличных преступников. Вот сколько убил среднестатистический бандит? Один, два, может пять раз. А сколько убивает вампир? Минимум раз в неделю только на пропитание. Все вампиры массовые убийцы, которые слишком долго ходят безнаказанными, их не пугает ни судебная система, ни старость.
Кажется, я нашёл на кого направить мой карающий взор.
— Алёу, пионер, добавь огонька, а то в салоне темнеть начало.
— А? — возвращаюсь от своих мыслей. — Ты о чём?
— Вот, вернул как прежде. Так и оставь, — Блэйд показал мне большой палец. Не понимаю о чём он. — Сейчас музычку включим.
ЩЁЛК
— Ну-ка, шлюхи, стали в ряд, йо! — магнитола восстановила последню проигрываемую композицию. — Ну-ка, шлюхи, стали в ряд, йо!
ЩЁЛК
— Отсоси, малышка, отсоси...
ЩЁЛК
— Какое же дерьмо ты слушаешь, Ники, — сказал Блэйд и я был с ним полностью согласен. Низкосортный чёрный рэп, а не музыка. — Нах твой плейлист, не хочу очищать уши от дерьма. Ща радио заценим.
Ночное радио не очень радует. Унылые ведущие пересказывают вчерашние новости, или ещё хуже, когда пересказывают мемы из интернета со своими ненужными комментариями. На других каналах зачитывают спортивные матчи со вчерашних игр. А из музыки у нас: попса, старьё, новинки для школьниц, проплаченные бездарности, классика, русская эстрада, мексиканская, китайская, национальная тоска других стран.
— Пионер, какую музыку слушаешь? Хоть не тоже дерьмо, что и хомячок? Сам видишь до куда это его довело, — лёгкое постукивание по задней стенке машины было красноречивее тысячи слов.
Слушаешь бандитский рэп — будь готов проехаться в багажнике.
— А я чё? — влез в беседу узник. — У нас все пацаны такое слушают!
— "Не звёзды виноваты в наших бедах, Брут, лишь мы сами", — не сдержался я от цитаты одной из любимых книг.
— Фауст, а теперь Гамлет. Ад и месть, — дневной вампир покачал головой. — Интересные у тебя вкусовые предпочтения, пионер. Даже и не знаю, что о тебе думать.
Честно говоря, я тоже не знаю, что думать о Блэйде. Разговаривает как шпана, но иногда показывает образованность. Этот двухсотлетний вампир совсем не глупый, за века нежизни набрал много опыта и знаний. Эдакий головорез из Оксфорда. Уникальная личность.
А вот насчёт Ники я такого сказать не могу. Типичный быдлан с наглой мордой, который считает себя самым хитрым, а после первой пощёчины бежит стирать трусы. Такой же как Флэш и
