Бинер увидел, как Сафар уставился на него, и изобразил улыбку, которая, очевидно, считалась у него успокаивающей.
— Держу пари, парень, ты рад, что не я разбудил тебя, — сказал он. — У меня внешность, как изображение в кривом зеркале.
Сафар удержался от ответа. Ему не хотелось выглядеть невежей и не соглашаться с очевидной истиной.
Мефидия похлопала его по плечу.
— Можешь не переживать из-за оскорбленных чувств Бинера, — сказала она, догадавшись о его мыслях. — Он хоть и урод, но лицом своим гордится. Да и люди не скупятся, лишь бы посмотреть на него. И столько же доплачивают, чтобы увидеть, как он поднимает повозку с железными болванками или разбивает кирпичную кладку ударом кулака.
Смущенный Бинер колупнул пол носком ботинка.
— Да это все ерунда, — сказал он. — Просто трюки для развлечения ярмарочной толпы. К тому же Мефидия для начала еще доводит их до нужного состояния своим колдовством.
Мефидия посмотрела Сафару прямо в глаза.
— Бинер прекрасный актер, — сказала она, изящно взмахивая рукой. — По моему мнению, самый лучший из мужчин Эсмира.
Голова Сафара кружилась. Он чувствовал себя окончательно сбитым с толку.
— Простите, милая леди, — сказал он. — Но я не ошибаюсь, и меня действительно спасли… э… бродячие актеры?
Бинер и Мефидия рассмеялись. Бинер выпрямился во весь свой рост и воскликнул:
— Подходите, подходите, парни и девушки всех возрастов! Я представляю вам — летающий цирк чудес Мефидии! Грандиознейшее зрелище во всем Эсмире!
Мефидия захлопала в ладоши, восклицая:
— Браво! Браво!
Сафар встревожился и приподнялся на локте.
— Еще раз прошу прощения, — сказал он. — Я понимаю, что это невежливо — приставать с расспросами к людям, которые спасли тебя, но… Что вы такое говорите насчет полетов?
Бинер изобразил удивление.
— Но мы действительно летаем, парень, — сказал он. — И в данный момент, по моим оценкам, мы находимся на высоте в две мили.
Сафар закашлялся.
— На высоте в две мили? Но в чем?
— Как в чем? Конечно же в воздушном корабле, парень. В воздушном корабле!
Страх оказался сильнее слабости, и Сафар, пошатываясь, поднялся на ноги.
Он подошел к ограждению и посмотрел вниз. Далеко внизу расстилалась широкая плодородная долина. Видно было, как по полям стремительно перемещается двугорбая тень. Кровь застыла в жилах, когда он понял, что является частью этой быстро передвигающейся тени.
Он воскликнул, обращаясь к своим спасителям:
— На какой, вы сказали, высоте мы находимся?
— Две мили, парень… Плюс-минус тысячу футов, — отозвался Бинер.
Сафара бросило в жар. А затем он потерял сознание.
Когда он пришел в себя, вокруг собралась небольшая толпа. Рядом присела Мефидия, пытаясь влить ему в рот бренди. От одного взгляда на эту толпу Сафар широко раскрыл рот и проглотил жидкость.
В центре стоял Бинер. Рядом располагался высокий скелетоподобный малый, одетый лишь в набедренную повязку и тюрбан. Вокруг шеи его обернулась громадная змея с человеческим ликом. Сразу же за ним стоял крепкий мужчина с мускулатурой акробата. Свою чересчур маленькую голову, соединенную с плечами длиннющей тонкой шеей, он держал рукой за волосы, поднимая повыше, чтобы видеть через головы других. Надо всеми возвышалось существо, похожее на дракона. Этот белый дракон с длинным рылом, увидев, что Сафар смотрит на него, изогнул заостренный хвост и почесал им за ухом. Затем кто-то сместился в сторону, и Сафар увидел, что это существо наполовину человек. Длинное тело принадлежало женщине с вполне приличными формами, с грудью, прикрытой пластинами и со скромной набедренной повязкой.
В общем, было на что посмотреть. Но дракон заметил, что Сафар неотрывно смотрит на него или на нее.
— Я есе и зонглер, — прошепелявила она. — Сесть сариков семь сабель сразу. Мы смазываем их маслом, и я подзигаю их своим дыфаньем.
Она поднесла лапу с когтями к рылу и выдохнула. Вокруг сжатого кулака образовались дым и языки пламени.
— Просу просенья, — сказала она. — Но долзна зе я себе зарабатывать на пропитанье.
Сафар кивнул. «Какой вежливый дракон!» — подумал он. И вновь потерял сознание.
— В самом деле, Арлен! — сказала Мефидия. — Ты что, не можешь удержать себя в руках? Ты уже не первого гостя пугаешь до полусмерти!
— Просу просенья, — взвыла драконша. — Я не виновата. Долзно быть, за узыном съела фто-то не то.
Так прошли несколько дней сна без сновидений, прерываемого лишь на полубессознательную кормежку. И вот настала минута, когда он пришел в себя, ощущая необыкновенный прилив сил и тревоги. Вдохнув запах духов, он почувствовал себя очень, очень…
Он открыл глаза. Все вокруг освещалось тусклым неверным светом. Над головой возвышался потолок какого-то помещения, на нем прыгали темные тени. Сафар посмотрел на себя и увидел, что некая часть его тела горбом подняла одеяло.
Сафар услыхал знакомый хрипловатый смех. Над ним склонилось лицо Мефидии. Губы раздвигались в улыбке, в глазах плясал смех. Она тоже посмотрела на возвышение на одеяле и затем в глаза Сафару.
— Приятно видеть тебя вновь среди живых, — сказала она.
Сафар вспыхнул. Он хотел было извиниться, но Мефидия приложила палец к его губам, призывая к молчанию.
— Передо мной можешь не стесняться, — сказала она. — Такие жизненные подъемы я только приветствую. Тем более что кругом твои друзья.
Сафар открыл рот, но вновь длинный изящный палец прижался к его губам.
— Ты еще молод, — сказала Мефидия. — А у юности есть как свои преимущества, так и недостатки. Преимущества очевидны. — Она посмотрела на бугорок. К огорчению Сафара, его член и не собирался сдаваться. — Недостатки же заключаются в следующем: что делать с этими преимуществами?
— О! — Вот все, что мог сказать Сафар.
— И я так полагаю, что у тебя есть ряд вопросов, — сказала Мефидия. — Если, конечно, допустить, что твой незваный гость под одеялом не отвлекает тебя от мыслительного процесса.
Сафар ощутил, как напряжение под одеялом уменьшается. Ему неодолимо захотелось добраться до члена и переместить его в менее заметное положение. Но тут из детского воспоминания пришла рука матери, ударяющая его по тыльной стороне ладони, и Сафар решил оставить все так как есть.
— Прежде чем обрести право задавать вопросы, — сказал Сафар, — я, наверное, должен рассказать о себе.
— Валяй, — согласилась Мефидия.
— Меня зовут Сафар Тимур. Я только что избежал казни в Валарии. Но клянусь душой матери, я ничем не заслужил такой участи. И я не преступник, а всего лишь студент, искатель истины, никогда никому не причинивший вреда. Должно быть, вас это не интересует. Но, наверное, заинтересует, что меня разыскивают очень могущественные люди, которым весьма не понравится, если они узнают, что вы помогли мне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
