Трофим же...испытывал меня. Тогда я совсем не понимала, зачем ему это, почему он не отстанет. А он вился вокруг, еще сильнее, чем раньше, и все пытался на чем-то меня подловить, за руку поймать, что ли.
Он за мной следил. Забирал из университета, так что поползи слухи о моем новом кавалере, более выгодном, чем предыдущий. Ходил со мной за продуктами. Он почти жил со мной, приезжая рано утром и уезжая поздно вечером.
- Ты не перегибаешь палку? - вроде как между делом обронила я. Лешка, как всегда, разлегся на моем диване, ноги на подлокотник закинул и читал книгу, которую я для себя полчаса назад вытащила. - Спать со мной тебе в голову еще не приходило?
- Отличная мысль, - мурлыкнул Леша. - Это приглашение?
- Это ненавязчивая угроза.
Он присвистнул.
- Даже так?
- Еще и не так. Я не думаю, что Марат просил тебя именно об этом. Я уже не могу по нормальному в ванную сходить, чтобы ты не пыхтел у меня под дверью. Я, конечно, знаю, что ты слегка с приветом, - демонстративно покрутила пальцем у виска, - но это даже для тебя слишком.
- Тебе не надо думать, красавица. Тебе надо ходить и улыбаться. А подумаю за всех я сам.
Лешка так до конца и не мог поверить, что я не просто девочка с улицы, которая взяла Марата исключительно сексом. Он допускал, что возможно, я правильно надавила на какие-то болевые точки, сыграла на слабостях, но это единственное, на что способна моя глупая и почти ни на что не пригодная персона. Наверное, ему просто было безопаснее думать, что я никакая, а признать меня достойной Марата, а значит, и их всех...Пфф, нонсенс. Такого не может быть. Точка.
Я долго терпела. Две недели. Действительно долго. И не ради Лешки, а скорее, ради Марата. Я чувствовала за собой косяк, ведь сознательно Марата злила, и теперь рассчитывала, что чечен за три недели успокоится и забудет. Все-таки, несмотря на крутой нрав, он отходчивый. Более или менее. Поэтому злить Лешку в мои планы не входило, поскольку тот наверняка, если что-то пойдет не так, настучит Марату, и будет после этого собой горд. А мне нельзя такого допустить, ни в коем случае.
Трофим устроил мне эдакое негласное испытание. Почти перед самым приездом чечена Лешка стал меня банально...лапать. Сначала я даже, признаюсь честно, внимания не обратила, ну, тронул раз за коленку, рукой своей тяжелой меня за плечи обнял. Я лишь невозмутимо его конечности убирала и дальше занималась своими делами. Пока однажды он не перешел все границы.
Я стояла на кухне и сосредоточенно мельчила салат, как неожиданно на меня сзади навалились, так что я охнула, и внаглую запустили загребущие руки под халат.
- Ты что творишь, идиот? Совсем крыша поехала?
Я не стала вырываться и кричать, можно сказать, что вполне спокойно все восприняла. Но внутри разливалась холодная, расчетливая ярость, которую я успела уже позабыть за три с лишним, почти четыре года.
- Разве ты против? - жарко зашептал в шею Трофим. - Я что-то не заметил.
Выгнулась к нему навстречу, сделала вид, что все прекрасно, почувствовала, как Лешка давление ослабил, и стремительно развернулась, приставив к его горлу большой острый нож, на который налипли кусочки огурца.
- Так понятнее? Я против. Или надо сделать что-то еще, чтобы ты окончательно это уяснил? Если не уяснил, я повторю, мне несложно, - его кадык под лезвием сильно дернулся, но сам парень не выглядел напуганным. Скорее, приятно удивленным. - Мне не нравится, что ты меня при любом удобном случае лапаешь. Мне не нравится, что ты ходишь за мной по пятам. Мне не нравится постоянно натыкаться на тебя в собственном доме. Так что настоятельно рекомендую убрать руки с моей задницы и отойти шага на три. А лучше, вообще выйти из квартиры.
- Ты хорошо нож держишь, - отстраненно заметил Трофим, глазом не моргнув на мою отповедь. - Уверенно. Марат очень любит холодное оружие. Кровь, наверное, сказывается. А вот я не очень люблю. Это он тебя учил?
- Я сама много чего умею, - не собиралась обращать на его бред внимание, хотя и запомнила. - Не только нож держать. Отойди.
Он довольно усмехнулся, руки убрал и даже демонстративно помахал ими у меня перед лицом, а потом спокойно повернулся ко мне спиной и вышел из дома. Я же повернулась и дорезала огурец, включив перед этим радио погромче. С этого вечера Лешка никогда не позволял себе меня обидеть, оскорбить или задеть. С этого вечера он начал обращаться со мной вежливо и честно. Лучше даже, чем с Оксаной. За это я могла простить ему многое.
Марату ничего рассказывать не стала - мне не нужна его ссора с лучшим другом. Мы с Трофимом все сами выяснили, утрясли, а я не злопамятная. Да и ссорить чечена, вставая между ним и его друзьями, совсем неумно. Глупой я себя не считала. А вот Лешка рассказал, значительно позже, за что от Марата еще раз получил по морде. Меня же наоборот, заласкали за это до безумия.
- Все правильно сделала, - с непередаваемой гордостью отметил мужчина.
Марат из путешествия приехал раньше срока на два дня. Загорелый, с блестевшими от сдерживаемых эмоций глазами, и весь такой...Взбудораженный, взъерошенный. Казалось, еще минута, и он кричать начнет, прыгать...ну, я не знаю. Весь на эмоциях.
Увидеть Марата в тот день на пороге дома я не ожидала. Сидела, читала книгу, грызла яблоко, а когда его заметила, всё прямо на ковер уронила и с радостным визгом ему на шею бросилась, обвив талию ногами. Он моей реакции только засмеялся, но рад был, и свое удовольствие скрывать даже не собирался.
- Ты чего так рано приехал? - и не дожидаясь ответа, отрывисто его поцеловала, почти укусила. Отстранилась, и снова, словно оторваться не могла, начала целовать, только уже мягче, нежнее, сплетая языки и чувствуя, как нарастает знакомое томление, заставив сжать мужскую талию крепче.
- А ты не рада, что ли? - поддразнил Марат, кое-как неразборчиво пробормотав между поцелуями.
- Рада. Ну что ты? Конечно, рада.
Я застонала, когда наши губы снова встретились, и томно выдохнула, потеревшись об его пресс бедрами. Я поддразнивала Марата, наступала и ускользала, заставляя его окончательно терять голову. То гладила его слегка отросшие волосы, то путалась в них, сжимая в горсти. И первой не выдержала, с умоляющим всхлипом дернула его черную футболку вверх, чтобы она не мешалась.
Он весь был такой горячий, такой сильный, что я с ума сходила под его руками. Марат без труда донес меня до кровати, не удосужившись даже обхватить за бедра для поддержки, вместо этого скользнул под мою свободную футболку, вызвав дрожь своими прикосновениями.
