На это способен лишь один человек в Российской империи, и он мне должен.
Но прежде чем обращаться к Дмитрию Романову, нужно собрать друзей, готовых подсобить.
* * *
Шесть утра. Санкт-Петербург. Дворцовая площадь.
Деньги творят чудеса. Эта истина из мира Егора, но я всё больше стал склоняться к тому, что в моём она тоже работает.
Как ещё можно объяснить то, что все послания, которые я отправил с посыльными в разные районы города, достигли своих адресатов?
На Дворцовую площадь постепенно подтягивались мои друзья: Иван Давыдов, царь Тигран со своей дружиной из ста сакраворов, Сергей Рыбаков на инвалидной коляске с другом Михаилом Лазаревым, медик Николай Захаров, а также Игорь Ленский, он же Жора. Аристократы прибывали не одни, а с вооружёнными охранниками.
И это всё за каких-то неполных два часа.
Когда группа вооружённых людей на площади достигла определённого числа, известного только властям, её тут же оцепили. Военных из соседнего с генштабом здания подняли по тревоге.
Ещё через десять минут со стороны Зимнего дворца к нам выдвинулась целая делегация во главе с Пестовым и Жиминым.
— Антон, ты здесь случаем не военный переворот надумал устроить? — спросил меня Пестов, оглядывая здоровых воинов-сакраворов с их предводителем.
— Нет, — я довольно подкрутил усы, — это мои друзья, они решили помочь.
— Друзья? — Кирилл заметил в толпе сидевшего в инвалидном кресле графа Рыбакова и кивнул ему.
— Ну и родственники.
— Что у тебя случилось?
— На моё имение напали. Штурмом, как я понял, руководит Эдуард Вяземский.
— Этот сбежавший подонок⁈ — повысил голос фабрикант.
— Да, он.
— Но откуда у тебя такие сведения? Источнику можно доверять?
— Этой ночью меня разбудил призрак патриарха Пожарских, а вчера я получил письмо от Даши, она рассказывала, что имение окружили враги.
— Я тебя понял, — Пестов коротко кивнул. — Что мы можем сделать?
— Мне нужна ваша помощь, — я покосился на Жимина, до сих пор не проронившего ни слова.
— Конечно, сразу после коронации можешь смело рассчитывать на нас. Ведь так, Амат?
— Да, безусловно, — наконец, выдавил адмирал, по-прежнему глядя на сотню сакраворов в полном облачении.
— После инаугурации будет слишком поздно. Мне нужно в колонию сейчас.
— Антон, это невозможно, — Пестов посмотрел на меня с прищуром. — Или ты можешь переместиться туда, как сделал две недели назад, спасая нас с Дмитрием Романовым?
— Да, я хочу переместиться в имение прямо сейчас, но для этого нужна помощь будущего Императора.
— Какая?
— У меня радиус перемещения не больше трёх километров, а попасть нужно в другой мир. Я хочу, чтобы Император сделал руну усиления и напитал её магической энергией.
Фабрикант задумчиво почесал подбородок.
— Это и правда может сработать. Я сейчас! — Пестов быстрым шагом направился во дворец.
Жимин же по-прежнему стоял, не отрывая взгляд от охраны Семёна.
Дмитрий Романов вышел из Зимнего. Не усидел. Наверное, понял, что дело неотложное.
— Антон, Кирилл всё рассказал, что от меня требуется? — буквально на ходу спросил будущий Император.
Он нетерпеливо потирал ладони друг об друга.
Вскоре Дмитрий начал творить. Он ходил с магическим посохом, водя им над брусчаткой площади. Буквально в паре сантиметров над её поверхностью загоралась полоса рисунка. Руна усиления у Романова получилась размером с половину Дворцовой площади, её центр попадал как раз на Александровскую колонну.
Пока он готовил рисунок, в центр начали сносить сундуки с крупными макрами из сокровищницы империи. Магическая энергия перетекала из кристаллов прямо в руну. К концу действия из центра вынесли семь здоровых сундуков с опустошёнными оболочками.
Неужели для этого требуется столько энергии?
Когда Егор покидал этот мир, он делал руну в несколько раз меньше, да и макров для подпитки не использовал. Или всё же использовал, а я не заметил?
У Романова на весь рисунок ушло сорок минут. Я с нетерпением смотрел на часы, понимая, что Дмитрия не стоит торопить, поэтому молча ходил кругами, дожидаясь, когда он закончит.
В «Ярцево» уже рассвело. Я надеялся, что Прохор не ослушался и успел нанять хорошую охрану ещё до того, как дорогу к имению перекрыли. В защитниках там у меня один маг — водник Анатолий. Но ещё было семейство Рыбаковых и их дружина, в которой тоже наверняка присутствовали маги.
Надеюсь, все они продержатся хотя бы полчаса.
У врагов было намного больше магов, они могут прорваться, если сконцентрируют удар. Мои стены защищали имение не от людей, а от монстров.
— Антон, не волнуйся, мы успеем, — дружески ударил по плечу подошедший Иван.
Я несколько раз кивнул. Да я бы, наверное, и не переживал, если бы нападали на меня, но тут враги решили воевать не со мной, а с моей будущей женой. Внутри всё клокотало, требуя активных действий. Я же должен был смиренно ждать, пока Романов проделает всю подготовительную работу.
— Уверен, там сейчас Толян такой армагеддон устраивает, что не позавидуешь, — сказал друг.
Заставил себя улыбнуться.
Но вот Романов, наконец, закончил. Он шёл к нам и довольно улыбался.
— Рядом с центром нарисован круг. Он диаметром около десяти метров, разместитесь там, а потом открывай свой портал. Руна должна хорошенько его усилить, — сказал он, потом резко мотнул головой в сторону, — но если честно, я не уверен, что этого будет достаточно.
— Спасибо, времени уже нет, сейчас или никогда, — я кивнул будущему Императору.
— Антон, вот ещё что, — Дмитрий сжал кулаки, — заставь Эдуарда помучиться.
Я кивнул, махнул рукой своим друзьям и решительным шагом направился к кругу усиления.
* * *
Семь утра. Санкт-Петербург. Дворцовая площадь.
В начале зимы солнце не балует Петербург, мало того, что световой день короткий, так ещё и небо вечно затянуто тучами. Вот и сейчас в семь утра была ещё темь. Снег, нападавший неделю назад по колено, растаял, обнажив каменные мостовые.
На краю Дворцовой площади, ближе к Зимнему дворцу, стояла группа людей. Трое из них выдвинулись вперёд и остановились, озираясь. Они какое-то время молча смотрели на светящуюся каменную дорожку, по одну сторону от которой виднелись ряды виноградников, а по другую фруктовый сад с деревьями. Всё светилось мягким и приятным люминесцентным светом.
— Это уже не площадь, а парк какой-то, — задумчиво произнёс Дмитрий Романов.
— Ага, — поддакнул ему фабрикант, почёсывая подбородок.
— Выходит, Антон всё же переместился в «Ярцево»? — спросил адмирал.
— Судя по светящейся зелени и садам с плодами, да.
— Я помню эту дорожку, а вот сады и виноградники были заброшены, когда мы двадцать с лишним лет назад ездили хоронить Всеволода, — будущий Император прошёл вперёд и наступил на светящуюся траву.
— Думаю, Антон уже восстановил поместье отца, как, впрочем, и
