плохо знал Эдварда Гисли, мерзавца и карьериста. И плохо знал Кэри, которая всегда горой за своих, кто бы они там ни были.
— Стреляйте, Эдвард, — попросила Кэри мягко и даже ласково. — Не до утра же нам с вами тут стоять?
Гисли, изрядно побледневший, непослушной рукой вытащил из кобуры «машину» — наградной шестизарядник. То ли он приврал насчёт казней, то ли магия Страха действовала на него не хуже, чем на других. Дознаватель прицелился, нажал на спуск.
Лицо его исказилось. Он нажал ещё и ещё. Он не мог даже предположить, что Кэри умеет лепить из металла и испортит ему оружие.
Сейчас его замешательство кончится. И тогда Гисли потребует у одного охранника ружьё. Это будет очень краткая заминка. Но Кэри успеет напасть. Оказаться сзади. Перекинуть через голову руки, стянуть горло короткой цепочкой наручников.
Но Гисли, едва услышал второй слабый щелчок вместо выстрела, попросту швырнул тяжёлый и бесполезный револьвер Кэри в лицо. А вторым движением кинулся на неё сам. Даже на помощь звать не стал. Одновременно Кэри ощутила, что Эдвард зацепил её своими подчиняющими чарами, но без зрительного контакта подчинение работало плохо.
Кэри упала, своим весом потянув вниз и дознавателя. Они сцепились и покатились от обрыва. Кто-то из охранников выстрелил.
Со стороны дороги эхом отозвались другие выстрелы, а также крики. Они показались Кэри тихими, приглушёнными — как сквозь вату. Эдвард перекатился, придавил Кэри всем весом, крикнул охранникам, чтобы помогли. Вендела разделила его жгучую неприязнь и ещё что-то, куда более потаённое и, кажется, исполненное горечи, пропустила сквозь себя и с усилием вывернулась из-под тяжёлого Гисли. Тут же правый охранник выстрелил по ней — пуля прошила левый бок над самой тазовой костью. Кэри зашипела и откатилась к краю обрыва. Эдвард бросился за ней. Откуда он выхватил нож? Вендела не видела ножен на его поясе. Ударил — Кэри удалось увернуться. Они до сих пор так и не поднялись на ноги, катаясь вдоль опасного края.
— Эн Гисли! В сторону! — крикнули охранники.
Кэри успела накинуть Эдварду на шею руки, скованные наручниками, и прижаться к нему сзади. По дознавателю стрелять не станут. Если бы Гисли не пытался проткнуть её ножом, неуклюже отводя руку назад, то они сошли бы за страстных любовников.
Лезвие нашло цель. Кэри расплатилась за сообразительность правым плечом. Охранники кинулись к ним — разнимать. Крича от боли и невероятного напряжения, Вендела перекатилась ещё раз, таща за собой Эдварда — он даже не успел высвободиться от её наручников, когда оба полетели в пропасть.
Часть 3. Глава 5. Враги и напарники
На пути к крепости Моро сделали передышку после заката. У Такера имелись часы на цепочке, и они показывали восемь с четвертью пополудни. Дорога осталась по правую руку. Спустились поближе к реке, но о том, чтобы набрать из неё воду, не шло и речи. Мутный, говорливый поток нёс множество мусора — городского и лесного. Половодье ещё не схлынуло, земля тут была сырая. Фургон и лошадей отогнали в рощицу, где и почва не такая мокрая да вязкая, и вид с дороги не просматривается. Нашли пятачок относительно сухой земли, сняли дёрн, развели костерок, потом отыскали родник. Всё молча.
Пока устраивались на ночлег, отряд Упырька пополнился ещё четырьмя некромантами с учениками. У одного учеников оказалось аж трое: от десяти до четырнадцати лет, все хмурые молчаливые мальчишки. Тобиас прямо-таки расцвёл: все ученики по умолчанию перешли под его начало, так что у него образовался собственный отряд. Пока паренёк готовил кашу, ученики собрались вокруг него и слушали, как Тоби живописует подвиги Дарда — настоящие подвиги, не выдуманные. Юный Франкотт перебрал и промыл крупу, растопил сало, сварил рассыпчатую кашу. Ученики накрошили лук и солёную рыбу-белохвостку, у которой вкус почти как у мяса. Лук поджарили с салом, рыбу подсушили над огнём, чтобы не давала слишком много сока. Тоби снисходительно принимал помощь новых подручных. Мисок или тарелок никто из деревни захватить и не подумал, у Шиповника имелось лишь три, захваченных из дома. Зато ложку при себе имел каждый путник — ею и черпал из большого котла. Каждый насыпал от своих припасов: кто сухарей, кто варёных яиц, кто жёсткого, словно сыромятный ремень, вяленого мяса, кто — набранных по дороге побегов зелёного жилочника — первоцвета, вкусом напоминавшего чеснок. Ещё почти свежий хлеб Шиповник отдал неохотно и только тогда, когда кто-то из некромантов извлёк из походного мешка целый круг сыра.
Получился настоящий пир. Но Сарвен ел мало. Еда казалась ему безвкусной, а веселье собравшихся людей — ненастоящим. Его тяготили разные мысли. О том, что против его воли собирается отряд живых, о том, что противостоять армии мёртвых во главе со Штаваном им всем не по силам, о том, где может сейчас оказаться чаша, которая наверняка пригодится. Браслет лежал у Дарда в кармане, и он часто проверял его — там ли? Всё время ему казалось, что карман пуст, что он слишком лёгкий, что браслет потерян или украден.
Думал Сарвен и о самом невыполнимом — отдать чью-то жизнь и вновь её вернуть. Для этого, согласно заявлению Такера, обычный член отряда не годился. Нужен близкий человек. А где его взять, близкого-то?
Он повернулся к костру, внимательно посмотрел на людей. Шиповник и Тоби с ним дольше остальных, но и их Дард знал всего несколько дней. Остальные… Лэмб Такер пришёлся ему по душе, от Хелли приходилось только держаться в стороне, чтобы не зашибла. Молчаливый Руд, скромница Бертина и девять новичков. Вот и всё воинство. Из них половина — дети. Их самих защищать. Тоби готовит лучше, чем сражается. А остальные… остальные даже и готовить не особо умеют. Представив мальчишку Франкотта с половником против отряда упырей, Дард уныло рассмеялся.
— Хелли, на пару слов тебя, — отозвал он воинственную некромантку. Та нехотя поднялась с полена, на котором сидела, обняв колени и слушая, как разливается Тоби. В его россказни вслушивались уже и взрослые.
В лесу в нескольких шагах от огня показалось сыро и зябко. Но Сарвен отвёл Хелли поближе к воде — так, чтобы шум реки заглушал их слова. Так, на всякий случай.
— Я был неправ, — выдохнув, начал Дард.
— В чём именно? — настороженно, напряжённо спросила некромантка.
— В том, что вы мне не нужны. Мне нужна ваша помощь, поддержка и… ваша дружба. Особенно твоя, Хелли.
— Ну-ну, заливай дальше, — пнув тупоносым ботинком крупный голыш, снисходительно сказала женщина. —
