Из груди Вилора торчало три стрелы. Одна из них застряла чуть ниже сердца. Чуть выше — и смерть Вилора была бы мгновенной. Она молча положила руку на грудь Вилору и приказала кольцу исцелять, чувствуя, как уходит из него энергия, скоро кольцо начнет тянуть энергию из хозяина. Лелана, надеялась, что их общей энергии хватит до прихода Сирила.
— Ищите целителя… — не отрывая глаз от окровавленного тела друга, приказала она старейшинам королевского двора. — Переройте всю Симфонию… но достаньте хилфлайгона.
— Сирил… — всхлипнула Ольга.
Лелана закрыла глаза, вспоминая слова Бранда. Ей она не скажет. Хватит с Ольги новостей о Вилоре.
— Я не могу с ними связаться, — только и ответила она. — Но буду пытаться.
Ладонью чувствовала слабое колебание грудной клетки Вилора. Дышит… слабо… из последних сил, закусывая губы, чтобы не выказать слабости перед остальными. Она магистр… и сейчас единственный лидер Озерного края. Пыталась закрыть глаза, но они настойчиво распахивались. Почему-то кровавая картина завораживала. Она не могла себя заставить отвести взгляд от бледного лица, багровой от крови одежды, оперенья проклятых стрел, сильной недвижимой ладони, которая сжимает в руке какой-то шелковый мешочек…
— Что это у него? — едва слышно спросила она у оставшихся в комнате вассалов Вилора.
Большинство пожало плечами. Только один тихий ответ:
— Это ему кто-то принес перед нападением.
— Что там?
Она головой указала на мешочек, приказывая посмотреть. Может, это имеет какое-то отношение к внезапно вспыхнувшей войне.
Воин Вилора с трудом разжал пальцы сюзерена, развязал тесемки мешочка и высыпал его содержимое себе на ладонь.
— Не знаю… что-то круглое. С одной стороны пиктограмма какая-то… с другой знак молнии…
Ольга вскрикнула и вскочила.
— Соулу, — забормотала она. — Лела, это Соулу.
Она выхватила руну из рук ничего непонимающего воина.
— Руна Соулу…
На её лице появилась улыбка, такой счастливой Лелана не видела подругу давно, но не совсем понимала, чем вызвана такая реакция. Она схватила Вилора за руку и всунула ему в руку круглый металлический медальон.
— Лела, это артефакт полнейшего исцеления. Не знаю, откуда Вилор его взял…Их почти не осталось в Симфонии… Соулу! — громко позвала она руну.
Яркая вспышка света ослепила на мгновение всех присутствующих. Неподвижно лежащий Вилор вдруг забился в конвульсиях, очень похожих на предсмертную агонию.
— Она его убила! — закричал кто-то.
— Ничего подобного! — топнула ногой Ольга.
Но воина такой ответ не устроил. Он схватил Ольгу за плечи и ненавистью рыкнул:
— Ты хотела от него избавиться. Мы все знаем, что вы не ладили…
Все разом заговорили, оглушая Лелану. Но энергия из кольца больше не выходила, это могло означать только две вещи: Вилор умер… или…
— Что здесь, мать вашу, происходит?! — послышался громкий голос.
Присутствующие застыли в немой сцене. Вилор поморщился от боли и сел с гневом и удивлением глядя на собравшихся в его комнате людей.
— Вы оглохли?! — повторил он. — Я спрашиваю, что здесь твориться? Ларк, немедленно отпусти мою жену и не распускай руки. Я, кажется, должен заявлять на неё свои права. Бездна, как в голове шумит, будто меня тысячу раз вывернули наизнанку. Долго я был без сознания?
Воины не отвечали, не оправившись от шока. Вилор изумленно поднял бровь, не понимая странного поведения своих вассалов.
— Какого демона вы на меня так уставились? Что произошло?
— Ты вернулся с Бездны, — прошептала Лелана, поднимаясь с пола.
— Это ещё что за новость? Меня, конечно, ранили, и раны до сих пор ужасно болят, но, по-моему, я жив и к предкам не собираюсь.
Ольга недовольно сбросила со своих плеч руки воина Вилора и радостным воплем бросилась магистру на шею. Он стиснул зубы от боли, но всё же обнял одной рукой.
— Дорогуша, у меня сейчас будет болевой шок, если ты меня не отпустишь, — едва смог простонать он.
Оля поспешно отпрянула и кинулась обнимать Лелану, делясь своей радостью.
— Что происходит? — ещё раз спросил Вилор.
— В тебя попали три стрелы. Одна почти в сердце, — радостно ответила Оля. — Мы все думали, ты не жилец. Но кто-то прислал тебе руну полнейшего исцеления… И ты жив.
Вилор с недоумением смотрел по сторонам, пытаясь выстроить в логическую цепочку всё, что произошло с ним. Он был на виноградниках. Один из воинов подошел к нему и протянул какой-то шелковый мешочек. Кто-то просил передать магистру королевского двора, но кто именно воин сказать затруднялся. Дальше он помнил огонь, распространяющийся с невероятной скоростью, панику, крики вокруг, он сам даже не успел достать меч. Его грудь растерзали стрелы, он даже почувствовал, как они разрывали ткани. Адская боль пронзила всё его существо. Он даже успел подумать, что пришел его последний миг, а после был только мрак. Сознание возвращалось к нему медленно, будто кто-то насильно пытался удержать его душу в истерзанном теле. Когда он открыл глаза, раны ещё болели. Несколько минут он лежал неподвижно, осознавая, что до сих пор жив, а потом его внимание отвлекло, происходящее рядом, поэтому, вспоминая о произошедшем, чувствовал себя таким ошарашенным.
— Кто прислал тебе руну? — спросила Лелана.
Вилор только пожал плечами.
— Я даже не знал, что там руна. Но явно этот "доброжелатель" знал о нападении…
— По-моему, ты был главной целью…
— Похоже на то, — согласился Вилор, хотя голова не работала.
Понимать, что выжил, иногда тяжелее, чем осознавать, что умираешь.
В комнате магистра наступила неловкая пауза. Лелана первая пришла в себя и резко начала раздавать приказания.
— Ларк, перестань таращиться на своего магистра. В Озера чрезвычайное положение, а вы не нашли лучшего занятия, чем застыть с суеверным ужасом на лице. Займитесь делом! На границах выставить усиленную охрану, необходимо вернуться на виноградники, оценить ущерб, развеять по ветру убитых и, быть может, подобрать раненых. Объявите полную боевую готовность, пусть никто даже в собственной постели не оставляет оружия. Выполняйте!
Никто не стал перечить, несмотря на то, что Лелана вряд ли могла раздавать им приказы. Она многому научилась, мелькнуло в его голове. Они быстро оставили комнату.
Вилор сидел на кровати, Ольга молча прильнула к нему, пряча лицо. Неужели рада его спасению? Вилор легко обхватил её одной рукой, сейчас не испытывал желания съязвить как всегда, наверное, ещё не совсем оправился от шока.
— Так прижалась ко мне, будто не кричала утром, что я самый последний человек на свете, о котором бы ты плакала, — слова вырвались против воли, сам не понимал, что его постоянно заставляет грубить ей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
