— Так прижалась ко мне, будто не кричала утром, что я самый последний человек на свете, о котором бы ты плакала, — слова вырвались против воли, сам не понимал, что его постоянно заставляет грубить ей.
— Заткнись! — пнула его под бок Ольга, вызывая легкие отголоски былой боли. — Мерзкий, противный эгоист!
Вилор рассмеялся, а после, неожиданно даже для себя, поцеловал Ольгу так, как никогда: с нежностью и благодарностью. Отрываясь от губ, он только улыбнулся, сдерживая готовую сорваться с языка насмешку…
…Красивый молодой мужчина, сидя в мягком кресле, потягивал вино. Это был Геронт — магистр Лютины, он размышлял, блаженно улыбаясь своим мыслям, будто исполнялась самая заветная мечта в его жизни. На столе лежала карта Симфонии, магистр изредка бросал на неё взгляд, из-за чего улыбка на его лице становилась ещё шире. Как приятен вкус триумфа, какое блаженство видеть смерть одного из смертных врагов. Но это только начало, список его врагов намного длиннее. Они все ответят за те унижения, которые пришлось перенести по их вине. А поражение было для магистра Лютины самым страшным из всех оскорблений.
Лия вошла мягкой походкой и села напротив. Геронт уже привык к такой схожести его соратницы с магистром замка, хотя поначалу это раздражало. Теперь же, глядя на это совершенное лицо, в нем просыпалась жажда мести.
— Празднуешь победу?! — промурлыкала девушка.
Ему уже казалось, что по-другому она разговаривать и не умеет. Всегда вела себя, как кошка, показывала, что всего лишь слабая женщина, и думает, что ситуацией владеет именно она. Разве Геронт — магистр Лютины — может с этим смириться? Эта ему пока нужна, пока жива та, другая, что заставила его домен капитулировать. А после… жизнь покажет. Сейчас основная цель — уничтожить Озера и их магистров и захватить Речной в Бездну прицепом. Он снова вспомнил, как стрелы пронзили грудь Вилора, на душе стало тепло, как же сладка месть!
— Ты уверена, что твой план сработает? — не отрываясь от созерцания вина в кубке, спросил он у Лии.
— Мой план идеальный… Зря сомневаешься. Ты же видел, на что я способна. Ты мне кое-что обещал.
— Когда Бранд потеряет кольцо, — отмахнулся Геронт.
Лия погрозила в воздухе пальцем, но не сказала ничего.
Мужчина, с ног до головы укутанный в темно-синий плащ, без стука вошел в покои магистра Лютины.
— Кто посмел? — вскочил Геронт, ненавидел, когда кто-то нарушал придворный этикет, забывал о его высоком положении.
Мужчина скинул капюшон плаща и отвесил поклон магистру, скрывая проступившую на лице ухмылку.
— Ну и помощники у тебя, дорогая, — небрежно бросил магистр Лютины, застывшей в расслабленной позе Лие.
— Рис милый мальчик, пока выполнял все, что скажу, — не открывая глаз, протянула она.
Рис фыркнул, но возражать не стал. И почему она ему так доверяет? Он бы и на сотню шагов не подпустил к себе такого наглого самоуверенного типа. Да и не забыл ещё, что Рис посмел явиться в Лютину и на всех углах поносить магистра. Была бы его воля… Он тут же представил, как черноволосая голова слетает с плеч этого заносчивого ублюдка, но девка ему покровительствует. А ему пока нужны все возможности, которые она предложила за какой-то рубин, хранящийся в его личном. Одно слово баба — побрякушки на первом месте. За это выложила столько ценных артефактов, десяток рун Соулу чего только стоил. Да и её сотня воинов… такого звериного стремления к бою не видел давно. Просто сказочно было наблюдать, как они разрывают буквально на куски этих идиотов из королевского двора.
— У меня есть новости, — не дожидаясь приказа говорить, сказал Рис.
Геронт недовольно поморщился. Лия недовольно посмотрела на своего помощника.
— Госпожа… — с униженной покорностью добавил он и поклонился.
Геронт тут же представил, как Бранд склоняет перед ним голову. Если будет что склонять…
— Говори, — небрежно приказала Лия.
— Вилор — жив!
Рука с бокалом дрогнула, и вино залило шелковую, расшитую серебром тунику.
— Он не мог выжить, — спокойно отозвалась Лия. — Ты что-то перепутал… Я отравила стрелы. Никакая магия не смогла бы вылечить этого эльфа. От моего яда нет спасения…
— У него сын целитель, — ответил Рис.
— Даже взрослому хилфлайгону не всегда этот яд по зубам. Или ты не натер наконечники ядом?
— Я сделал, как вы приказали…
Геронт заметил, как побледнело лицо мужчины. Всезнающий! Да он самый настоящий трус, трусится весь перед своей хозяйкой. И чего её так бояться?
— Я… все… сделал… — слова у него вырывались с хрипом, он даже застонал.
Геронт хмыкнул.
— Я не могу проверить сейчас, но, надеюсь, ты меня не обманул.
— Нет, госпожа, — едва слышно ответил Рис, облокачиваясь рукой на стул, наверное, ноги подкосились со страха за свою шкуру. — В королевском дворе мог быть артефакт полнейшего исцеления. Вилор — эльф, его сородичи могли обеспечить его подобным.
Лия посмотрела на своего слугу, Рис едва заметно задрожал.
— Возможно… — кивнула она.
Геронт нахмурился. Неужели все-таки его враг жив? Это значит, что девка не выполняет свою часть уговора.
— Только не говори, что Вилор действительно жив, — с гневом бросил он Лие, но девушка уже снова приняла свою расслабленную позу и мягко ответила:
— Ну, пусть жив, но это ничего не меняет. Он всего лишь пешка и ничем нам не угрожает. Я согласилась его убить, чтобы просто потешить твоё самолюбие. Это дурное стечение обстоятельств. Я не учла вариант с руной.
— А если и Бранд избежит твоей ловушки? — Геронт почти рычал, представляя, что сделает с ним обозленный магистр Речного вместе со своей красавицей любовницей.
— О Бранде не волнуйся, он попадется, как миленький. Скоро Симфония забудет о его блистательном царствовании, навсегда забудет.
— Неужели ты действительно думаешь, что наш план может свергнуть магистра Речного? — едва слышно спросил Рис.
— О, мой милый мальчик, — рассмеялась Лия, — это далеко не всё, что я ему приготовила. К сожалению, Бранд наполовину сумасшедший, стоит только нажать на нужный рычаг и он сорвется. Можешь мне поверить, сегодня вечером в Речном будет по-настоящему весело.
Геронт уже не чувствовал такой уверенности в успехе, как пару минут назад. Если даже Вилора убить не удалось… Бездна!.. Да они же разорвут Лютину в клочки…
— Мы так не договаривались! — крикнул он, вскакивая. — Не получишь ты ничего, пока…
Но слова застряли в горле, будто кто-то перекрыл кислород. Геронт не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. Глаза его союзницы замораживали и внушали дикий страх до истерики. Он почувствовал, как поток энергии проникает в его личное пространство, пережигая нити, разрушая ткани внутри тела. Он упал на пол, сотрясаясь в конвульсиях, не в силах даже кричать. И в момент все кончилось, но только голос Лии, прозвучал, как зов из Бездны:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
