– Рик!
– Ты хотел убить ее, – прорычал он, тяжело дыша. Никто не посмеет отнять у него Саманту! Ни один человек на свете. – Вставай. – Он вскочил, подняв Вайтсрайга за шиворот и по-прежнему держа пистолет. – Шантажом заставил ее работать на тебя, а когда она оказалась умнее, попытался убить?!
– Рик, прекрати!
До него смутно донеслись вопли сирен: это приехали полицейские. Уолтер, не экономя на скотче, старательно обматывал Лока с головы до ног. Рик смотрел прямо в бесцветные глаза Вайтсрайга, наблюдая, как плещется в них страх.
– Знаешь одну хорошую поговорку? – пробормотал он, отступая на несколько дюймов. – Как там… Ах да: долг платежом красен.
Он нажал курок.
Саманта вскрикнула, когда Николас повалился на пол.
Господи Боже, Господи Боже!
Но тут Николас, мотая головой, поднялся на четвереньки, и ей стало легче дышать. Бедняга согнулся в три погибели, пытаясь остановить поток крови.
– Ты отстрелил мне ухо!
– Только кусочек, – отмахнулся Рик, кладя пистолет в карман.
Саманта стояла, разинув рот и тупо глядя в пространство, пока подошедший Рик не взял у нее пистолет. А ведь она совсем забыла про оружие.
Он выщелкнул обойму и положил вместе с пистолетом на капот «мерседеса».
– Я думала… – пролепетала она, но недоговорила.
– Я едва сдержался, – жестко бросил он.
Саманта рванулась вперед и обняла его. Во всех своих кошмарных сценариях именно она заходила слишком далеко и этим отпугивала Рика. Рик же неизменно был собран и прекрасно владел собой. А теперь оказалось, что он едва не убил человека, пытавшегося причинить ей зло.
Его руки сомкнулись вокруг нее, сильные и теплые. И надежные. Для нее – надежные всегда.
– Остаешься, чтобы посмотреть, что будет дальше? – осведомился он. – Сейчас здесь появится не только Горстайн.
– Придется, – откликнулась она, хотя дрожала как осиновый лист, потому что до смерти боялась Интерпола и ФБР.
– Вовсе не обязательно.
– Я остаюсь. Даже супергерой вроде тебя не смог бы проделать все это в одиночку.
К ним подсеменил Стоуни.
– Объясняйтесь с полицией сами. Мне лучше убраться отсюда. Позвоню тебе вечером, беби.
С этими словами он перебрался через груды мусора и обломков и направился к пристани.
Двадцать секунд спустя появилась первая полицейская машина. Горстайна в ней не было.
– Руки вверх, все! – заорал коп. Из машины высыпались еще с полдюжины мундиров. Рик отпустил ее и поднял руки.
– Это мы вызвали вас, – заявил он идеально бесстрастным, сверхобаятельным голосом с британским акцентом.
– Позвольте посмотреть на ваши ладони, прежде чем все выяснится, – смягчился полицейский.
Двое других подняли на ноги стонущего Николаса.
– Он стрелял в меня, – охнул тот, пытаясь зажать поврежденное ухо, в то время как полицейские безжалостно отрывали его ладонь от головы.
Дула пистолетов снова повернулись в сторону Рика. Черт! Не будь он так растрепан, грязен и окровавлен, акцент, возможно, и сработал бы.
– И он украл мою картину, – пропыхтел заклеенный скотчем Лок.
– Где пистолет, парень?
У Рика хватило ума не пошевелиться.
– В правом переднем кармане пиджака.
Они окружили его. И тут Саманта поняла, каким беспомощным чувствовал себя Рик, когда на нее надели наручники. Но и сейчас он не сводил с нее взгляда, словно умолял не наделать глупостей. А ей так хотелось наделать глупостей! Она могла схватить пистолет, втолкнуть Рика в машину и удрать.
Стараясь дышать равномерно и, сжав кулаки, она отступила. И молча вынесла все. Увидела, как ему завели руки за спину и надели наручники.
– Мисс Джей!
При звуках знакомого голоса Горстайна она едва не потеряла сознание от облегчения. И потеряла бы… имей она привычку падать в обморок. Господи, жизнь превратилась в полное безумие, а у нее наверняка поехала крыша, если она счастлива видеть копа!
– Горстайн, уберите их от Рика!
Он вошел на склад в сопровождении дюжины офицеров ФБР и Интерпола.
– Джентльмены, – объявил он, – это Саманта Джеллико, та, которая сообщила мне о месте сбора шайки.
– Джеллико? – оживился один из интерполовцевц здоровенный итальянец. – Его дочь?
Потребовалось все ее мужество, чтобы кивнуть.
– Папа позвонил мне и сказал что занят в большом деле, – сымпровизировала она, – и добавил, что картина Рика Аддисона должна быть здесь. Услышав по телевизору о случившемся в музее, я решила, что мы должны ехать сюда и сделать все, чтобы никто не удрал вместе с Хогартом.
– Я следил за ней, – громко объявил Лок, когда полицейские заменили скотч наручниками. – Хотел вернуть Пикассо. А она и Аддисон решили меня прикончить.
– Давайте пока что снимем наручники с мистера Аддисона и мистера Лока, – решил Горстайн, перебросив зубочистку в другой уголок рта. – Отвезем всех в участок для дачи показаний.
Пораженная Саманта ткнула пальцем в Лока.
– Это он все задумал.
Горстайн шагнул ближе к ней. Рик встал по другую сторону.
– У тебя есть доказательства? – пробормотал он.
Сэм перевела взгляд с осколков телефона Рика на его поцарапанное, окровавленное лицо. Он едва заметно качнул головой. Черт! Значит, он не отсылал никакого е-мейла. Блефовал!
– Фото! – неожиданно воскликнула она. – В конверте из канцелярской бумаги. В том чулане. На них Лок вместе с этим типом. – Она ткнула пальцем в Николаса. – Это он – главарь всей шайки, если верить моему папе.
Но Лок продолжал уверять в своей невиновности все то время, пока его уводили из склада. Горстайн не протестовал, когда Интерпол взял на себя заботу о Николасе, но когда взглянул на Сэм, лицо его было мрачнее тучи.
– Что еще? – удивилась она. – Вы ведь главный герой, не так ли?
– Что это вы натворили в музее? – проворчал он. – Дымовые шашки, обрезанная проводка, дыры от пуль…
– Не понимаю, о чем вы, детектив, – перебил Рик, осторожно взяв ее руку. – Мы сидели дома, пока не услышали новости и не раздался звонок от отца Саманты.
– Ладно. Вы двое поедете со мной в участок, где я составлю протокол.
– Нового мы вам ничего не сообщим, – заявил Рик, – но, конечно, рады помочь полиции.
– Не могу дождаться, чтобы посмотреть, чем все это закончится. – Горстайн вытащил зубочистку, выбросил и заменил новой. – Интересное, должно быть, зрелище!
Три часа спустя Горстайн вернулся в конференц-зал, куда поместили ее и Рика. Очевидно, когда на сцене появлялся сэр Галахад, маленькая комнатушка с решетками на окнах была недостаточно хороша. Фил Риптон присоединился к ним больше часа назад, но его основной обязанностью было удерживать ФБР от попыток опознать ее как подозреваемую, избившую нескольких офицеров в музее. Пусть миллиардеры и предпочитают блондинок, она была рада снять парик и показать собственные рыжие волосы.
