– Так точно! Известить мне штабных офицеров на Зеленой палубе?
– Разумеется. – Зауэр наставил оружие на дверь. – Открывай.
– Есть!
Со щелчком вышла засовы, и матрос с той стороны двери чуть не уронил поднос с кофе, увидев лейтенанта.
– Максим, бросай поднос и держи вот это! – Зауэр протянул ему оружие, и удивленный рассыльный растерянно его принял. – Держись девятнадцатого канала. Сам молчи, отвечай только, если тебя вызовут. А теперь за мной.
И он побежал вперед. Створки герметичных дверей расходились перед ним, как половинки ножниц, и смыкались за его спиной, превращая ночь в череду туннелей, освещенных прыгающим красным светом.
* * *
Первое, что она осознала – болит голова. Второе…
Она лежала в амортизирующей койке. Руки и ноги замерзли.
– Рашель!
Она попыталась ответить, что уже в сознании, но не услышала, что получилось. Открыть глаза удалось лишь невероятным усилием воли.
– Время. Сколько? Давно…
– Минуту назад, – ответил Мартин. – Что тут было?
Он лежал на соседней койке. Капсула была невероятно тесной, как бывало на рассвете космической эры. Люк над головой был откинут, открывая вид на дверь каюты изнутри.
– Люк, закрыть. Я же говорила, что у меня есть спасательная шлюпка?
– Ну, я думал, ты в переносном смысле. – В тусклом освещении видны были расширенные зрачки Мартина. А над ним начала затягиваться крыша капсулы. – Что происходит?
– Мы находимся на… – Она остановилась ради судорожного вдоха, – …черт возьми, на водно-солевой ракете. Атомной. Чемодан набит… ураном. И бором. Материальчик, который нужен в аварийной ситуации, которого на месте не найдешь. Мой маленький страховой полис.
– Но нельзя же пробивать себе путь наружу из обитаемого корабля! – возмутился Мартин.
– Посмотришь сам. – Она отлепила губы от зубов. – Запечатывает… переборки. Вокруг нас – герметичный кокон. Вопрос только…
– Автопилот готов, – объявила шлюпка.
Ряд навигационных огней зажегся на консоли.
– …в том, будут ли они в нас стрелять при старте.
– Погоди, дай я спрошу прямо. Мы менее чем в дне пути от Рохарда, так ведь? У этой штуки хватит пороху нас туда доставить? И ты собираешься пробить дыру в стене и вытащить нас наружу, а они нас просто так отпустят?
– Типа того что, – сказала она, закрыв глаза и рассматривая красивые синие картинки на собственной сетчатке. – Около десяти тысяч секунд ускоренного полета до приземления. Мы сейчас в сорока тысячах секунд от перигея. Так что будем дрейфовать, как кусок дерьма, понятно? Прикинемся пустым топливным баком. Если они засветят радар, то выдадут себя, если будут стрелять, станут видимыми. Так что, да, они нас отпустят, решив, что подберут потом, сделав свое дело. Если мы попытаемся добраться туда первыми, они будут стрелять…
– Ты ставишь на то, что Фестиваль их прикончит.
– Ага.
– Готов запустить топливный насос, – заявил автопилот. У него был голос вздорного старика.
– Мой первый муж, – сказала Рашель. – Всегда ворчал.
– А я думал, это был твой домашний хорек. – Мартин разбирался в спасательной паутинке. – На этом корыте гравитация есть?
– Шлюпка – не прогулочная яхта.
Что-то ударило, заколотило в наружную дверь.
– О, черт!
– Запуск через сорок две секунды, – сказала Рашель.
– Будем надеяться, это время у нас есть. – Мартин нагнулся и стал привязывать ее к койке. – Сколько эта штука «же» тянет?
Она засмеялась и тут же закашлялась.
– Сколько мы выдержим. Атомная ракета.
– Атомная? – Он вытаращил в ужасе глаза. – Но мы же будем живой мишенью! Если они…
– Заткнись и не мешай работать.
Она закрыла глаза, занявшись последними приготовлениями.
Слово «крадучись» было сутью всего дела. Атомная ракета была действительно живой мишенью для корабля вроде «Полководца». У нее был двигатель примерно часа на четыре, в течение которых она могла уходить от погони, если некомпенсированное ускорение не размажет пассажиров по стенкам и если линкор не включит полную боевую тягу и не настигнет ее. Когда топливо выгорало, ракета отдавалась на милость баллистики. Хуже того, пока не удастся уйти хотя бы на десять тысяч километров от корабля, ракета будет в пределах досягаемости третичного лазера: достаточно, чтобы корабль просто навел на шлюпку свою лидарную сетку – и пассажиры спекутся, как яйца в микроволновке.
Но есть разница между может и будет, и Рашель надеялась, что в эту щель сумеет проскочить ее шлюпка. Активизировать двигатель большого корабля – это создать маяк, который заметит любой миноносец противника в радиусе половины световой минуты. Включить большой лазерный сенсор или лазерное орудие – как зажечь большой неоновый сигнал: «КОРАБЛЬ ВТОРЖЕНИЯ – ИДИ МЕНЯ УБИВАТЬ».
Если каперанг Мирский не захочет навлекать на себя гнев адмирала, демонстрируя себя перед всем Фестивалем, он не станет так яростно гоняться за Рашелью. Только если она включит собственный двигатель или сигнал бедствия, руки у него будут развязаны – потому что она и без того выдаст его позицию.
Тем не менее прежде всего нужно выбраться из корабля. Несомненно, команда захвата через минуту будет уже у двери каюты с ружьями и резаками в руках. Ослабленные переборки между выросшей спасательной шлюпкой и внешним корпусом – это все хорошо, но как добиться чистого отделения, не вызвав тревоги?
– Мех-один. Передать первичную последовательность разрушения.
– Подтвердите. Первичная последовательность разрушения для меха-один.
– Меч. Подтверждение?
– Подтверждаю.
Передатчик в чемодане послал наружу разрушительную песню сирен, на волне, которую воспринимали только механические шпионы Рашели – те, что еще остались. Мех-один, заклиненный в клапане спуска унитаза гауптвахты, услышит. Используя остатки энергии своих батарей, он взорвет собственный заряд, поменьше ручной гранаты – но достаточно мощный, чтобы разрушить выводящую трубу.
* * *
На военных кораблях невозможно использовать канализацию, работающую на силе тяжести. Канализация «Полководца Ванека» – сложная система труб, соединенных клапанами, препятствующими обратному току, – работала под давлением. «Полководец» отходы не утилизировал, но хранил, иначе они замерзали бы в шрапнель, разрывая корабль, словно ружье, заряженное льдом. Но из каждого правила есть исключения, и хранение отходов в танках во избежание создания баллистических осколков – вполне удачное решение, если не считать риска аварии на борту, короткого замыкания или загрязнения системы жизнеобеспечения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
