Регина отошла от окна, собираясь переодеться, так как ей предстоял визит к дяде. Она еще не видела его с того дня, как появилась в доме Слэйда. Внезапно она заметила, что перед домом остановился экипаж Брэггов. Регина радостно улыбнулась — по-видимому, дядя вместе с женой решил ее навестить, чтобы удостовериться, в самом ли деле все благополучно.
В открытой дверце экипажа показался цилиндр, и Регина подняла руку, чтобы поприветствовать приехавших, но вдруг ее рука застыла в воздухе.
Человек в экипаже не был Бреттом. Это был ее отец, граф Дрэгмоур.
Первой в дом стремительно ворвалась графиня Дрэгмоур. Регина вскрикнула от радости и заключила мать в объятия. Высвободившись наконец, графиня Джейн воскликнула;
— Что произошло? Я так переволновалась!
Но тут отец взял Регину за плечо и устремил на нее пристальный взгляд.
— Что за невероятную историю рассказал мне твой дядя?
Благодарение Богу, с тобой все в порядке.
— Когда вы приехали? — стараясь унять волнение, спросила Регина.
— В Нью-Йорк мы прибыли на прошлой неделе. Бретт сообщил нам по телеграфу, что все в порядке, но в какие-либо детали он нас не посвятил. Мы бросились сюда, побив все рекорды скорости. Я только что от Бретта. У тебя действительно все хорошо?
Регина кивнула.
Глаза Николаев Шелдона потемнели.
— Ладно! Теперь объясни, что все это значит? Ты вправду потеряла память? От тебя не было ни слова после нападения на поезд.
— Да, отец. Ты знаешь, что по своей воле я бы никогда не посмела исчезнуть.
— Уж конечно, такое можно было бы ожидать от твоей сестры, но никак не от тебя.
— Николае, — негромко напомнила графиня, — Николь сейчас очень достойная леди.
Граф повернул голову к жене.
— Дорогая, поверь мне, хоть она сейчас и герцогиня, она не более умна, чем была до свадьбы. Ее имя постоянно появляется в «Гардиан» в связи с самыми разными скандалами. — Он снова повернулся к Регине:
— Бретт сообщил мне, что память вернулась к тебе еще до свадьбы. Я не могу этого понять, Регина. Ты никогда не подчинялась минутным порывам.
Регина с трудом подавила приступ страха. Тон отца был угрожающим; впрочем, чего еще ей следовало ожидать?
— Слэйд — очень хороший человек.
— Он женился на тебе из-за твоего наследства? — неожиданно спросил граф.
Регина замерла, не зная, что ответить.
— Ну? Бретт говорил мне, что твой муж взял тебя ради приданого.
Регина с трудом заставила себя говорить.
— Он не хочет брать моих денег.
— Вот как? Ну что ж, это хорошо, поскольку, если ты останешься с ним в браке, я не дам тебе ни шиллинга.
Регина в изумлении уставилась на отца.
— Николае! — воскликнула графиня. — Мы можем по крайней мере сесть и все цивилизованно обсудить?
— Я не вижу ничего цивилизованного в том, что какой-то охотник за приданым соблазнил мою дочь и женился на ней без моего согласия!
— Он меня не соблазнял, — прошептала Регина. Встреча с отцом получалась еще ужаснее, чем она предполагала.
— Он мог соблазнить тебя еще до свадьбы — словами.
Вскружить тебе голову, ну а потом постараться привязать к себе иначе. Признайся, разве это было не так? Теперь тебе пора прийти в чувство и бросить его. Мы поможем тебе с разводом. Собери свои вещи — мы уезжаем отсюда немедленно.
Регина даже не сразу поняла эти льющиеся потоком гневные слова.
— Прости, что ты сказал?
— Ты сделала ошибку, и мы должны ее немедленно исправить. — Тон графа смягчился. — Тебе не нужно бояться за свою репутацию, дорогая. Я обо всем позабочусь.
Развод будет очень быстрым, а потом ты вернешься домой и вновь выйдешь замуж. Маркиз Хант сочтет за честь стать твоим мужем, а ведь он в скором будущем — герцог Сардхэм, Регина. С таким мужем тебе нечего бояться сплетен.
Регину все услышанное повергло в шок.
— Слэйд — мой муж, и этого ничто не изменит!
— Это изменит развод, дорогая.
— Нет!
По лицу графа было видно, с каким трудом ему удавалось держать себя в руках.
Джейн осторожно обняла мужа за талию.
— Николае, не надо так! Я знаю, что ты расстроен, но ты должен успокоиться, чтобы мы могли все здраво решить.
— Не вижу, что тут решать. Этот мерзавец обманул и соблазнил мою дочь; так просто ему это с рук не сойдет!
— Пожалуйста, успокойся, отец, он меня не обманывал!
Я знала, что он женится на мне из-за приданого, и все равно согласилась. Я люблю его.
— Ты любила Хортенза тоже!
— Нет! — решительно воскликнула Регина. — Я никогда не любила Рандолфа! Я только думала, что люблю его.
— Ну вот ты все и объяснила.
Регина замолчала — возразить было нечего. Словесную баталию ей у отца не выиграть. Но она должна победить. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, Регина произнесла:
— Папа, давай пройдем в гостиную, сядем и все обсудим.
Скоро вернется Слэйд, и ты сам увидишь, что он за человек.
Пожалуйста.
— Нет, Регина. Нам нечего обсуждать, кроме твоего развода.
Регина сделала еще один вдох, на сей раз чтобы набраться мужества.
— Тогда нам действительно нечего обсуждать. Прошу тебя, уйди.
Какое-то время граф ошеломленно смотрел в лицо дочери.
— Ты сгоняешь меня из дома?
Видеть его лицо Регине мешали слезы. Она оказала неповиновение отцу первый раз в жизни.
— Да, отец, боюсь, что ты прав.
— Войдите, — произнес Слэйд, протягивая помощнику бумаги. — Отвезите это Робу Левину как можно скорее, Гарольд.
— Да, сэр, — ответил помощник. Взяв бумаги, он повернулся и проскользнул в дверь.
Только теперь Слэйд поднял глаза и в тот же момент каким-то шестым чувством понял, что в его кабинет входит отец Регины. От этого человека буквально исходили волны могущества и власти. Слэйд поднялся из-за стола навстречу гостю.
— Мистер Шелдон?
Выражение лица вошедшего джентльмена стало еще мрачнее.
— Вы очень догадливы, Деланса, — бросил он. — Впрочем, мне следовало этого ожидать. Человек, который всего за несколько дней смог задурить голову моей проницательной дочери, должен быть очень ловким парнем.
Слэйд уже не сомневался, что ему предстоит тяжелый разговор.
— Вы ее соблазнили? — требовательно спросил Николае. — Она это отрицает, но я ей не верю.
— Я даже не притронулся к ней до свадьбы.
— Как благородно!
— Вы хотите меня линчевать? — спросил Слэйд.
— Нет, — отрезал Николае. — Для этого я слишком брезглив.
Слэйд сжал пальцами крышку стола, чтобы сдержаться.
На подобные оскорбления он всегда отвечал кулаками, но с этим человеком драться он не хотел.
— Впрочем, повесить вас — мысль неплохая. Хотелось бы посмотреть, как вы дергаетесь в петле.
